Идеальное тепло
Шрифт:
– Там ничего сложного. Теперь надо подобрать цвет.
Гена-Глен повернул кресло, приложил руку к зеркалу и произнёс:
– Изменение цвета волос.
С левой стороны зеркала активировалась гелло-панель и выскочило окно с различными палитрами.
– Попробуем пшеничный, - задумчиво произнёс человек и нажал на нужный цвет.
У отражения в зеркале тут же сменился цвет волос.
– Поверни головой.
– Тар выполнила его приказ и Гена-Глен заключил: - Нет, не пойдет.
Они проверили несколько цветов, пока мужчина не остановился на тёмно-каштановом.
– Теперь лицо.
Гена-Глен вновь отвернул кресло от зеркала и принялся "творить новое лицо". Для этого он использовал особое вещество, которое намазывал на лицо женщины специальной лопаткой, а потом использовал некоторые инструменты, чтоб придать лицу нужные черты. Было видно, что ему неудобно так работать, наверное, он привык "творить" лицо руками, вылепливая, словно глиняную скульптуру, но он ни разу не пожаловался и не стал причитать. Только порой просил Тар самой провести пальцами по лицу, чтоб придать более мягкие черты, которые без рук трудно "вылепить". "Творение" лица заняло больше двух часов, ещё час оно высыхало, но в результате на Тар в зеркале смотрела совсем другая женщина.
Лицо её стало немного толще, скулы слегка "опустились", но щеки казались впалыми. Нос стал слегка вздернут, а брови толще и ровнее (их налепили отдельно). Круглый подбородок стал слегка квадратным, отчего губы стали казаться ещё тоньше. Реснице пришлось "проредить", ещё она выстригла себе неровно чёлку (специально неровно), прикрывшую лоб. Тар стала выгладить иначе и моложе, ей и 22 нельзя было дашь. Лет 20 максимум!
– Гена, ты с омоложением не перестарался?
– Катя на это тоже обратила внимание.
– Наоборот, то что надо!
– ворчливо ответил мужчина.
– Молодая, нерасторопная ассистентка, которая из кожи вон лезет, чтоб доказать, что что-то значит и что ей намного больше, чем она выглядит. Объект на это не сможет не клюнуть.
– По себе судишь?
– хмыкнула Катя, прижала ладонь ко лбу и с нарочитым извинением добавила: - Ой, прости, я забыла, что ты предпочитаешь молодых, нерасторопных ассистентов.
– Я не гей!
– гаркнул мужчина так, что Тар вздрогнула в кресле.
– Ага, - насмешливо протянула Катя, кинув взгляд на его яркую рубашку.
– Всё! Иди, в уголок забейся и не мешай мне работать!
– с раздражением отмахнулся Гена-Глен.
Ещё минут сорок Тар потратила на то, чтоб одеть линзы. Это оказалось очень трудным делом, особенно после того, как женщина надела первую линзу. Вторую - она думала будет легче, но это, наоборот, было намного трудней.
В результате, к новому лицу, цвету волос и прическе, присоединились новые глаза: синий у зрачков и бронзовый у ободка.
Пока Тар изумленно рассматривала себя в зеркале, Гена-Глен куда-то сходил и вернулся с небольшим чемоданом розового цвета с покарябанными боками. Передал он чемодан кенуар со словами:
– Не смотря на то, что многие вещи будут выглядеть старыми, но там всё новое, можешь не
– Указав на одну из дверей, мужчина добавил: - Я подготовил тебе вещи, иди, переодевайся.
За дверью оказалась небольшая комната с зеркалом во всю стену, небольшим столиком, стулом и крючками, на которых весела вешалка с одеждой. На столе лежала потрепанная сумка-планшет коричневого цвета, а внутри несколько блокнотов, ручки, карандаши, книга и ещё некоторые мелкие безделушки: расческа, зеркальце, пилочка для ногтей, лак, салфетки, пачка с леденцами и другие. Одна вещь привлекла внимание Тар, но она решила узнать, что это после того, как переоденется.
Одежду ей подобрали неброскую, но качественную: тонкий свитер под горло синего цвета, черный пиджак с серебреными пуговицами, черные штаны и полусапожки на плоской подошве. Все село как влитое. Поместив свою одежду в бокс, Тар перекинула сумку через плечо и вышла из переодевалки.
В комнате обнаружился Макс Ходстер и... Денис Савронский, потому что от Романова у начальника остались разве что высокий рост и большие ладони.
Денис Григорьевич Савронский был высоким, полноватым брюнетом сорока семи лет. С круглым лицом, выпирающим брюшком и небольшой бородой. У него были карие глаза и мохнатые брови, и большой, можно сказать, огромный нос. Одет он был теплый чёрный свитер, джинсовую куртку, джинсы и ботинки. В одной руке он держал чёрною с серебреными линиями спортивную сумку, в другой - её чемодан.
Если бы не теплые волны, которые прошли по её телу, то кенуар никогда бы не узнала в этом мужчине Романова!
Тар уже знала, что здешние мастера могут сделать из человека (ну или кенуар) совсем другого человека, но за своим изменением она наблюдала, а тут видеть такую разницу было для неё потрясением.
– Здравствуйте, Денис Григорьевич, - вырвалось из Тар автоматически. Только голос был изумленным, а не заискивающим, как должна была Мла обратиться к начальнику.
Начальник не стал ей на это указывать, понимая её удивление, а спокойно спросил:
– Есть какие-либо вопросы? Нужно их обговорить до того, как мы покинем это здание.
– Есть, - подтвердила Тар.
Кенуар задала несколько приготовленных заранее вопросов, относящихся к их легенде и заданию, а потом достала из сумки небольшую пачку и спросила:
– Что это? Я впервые это вижу и не знаю, для чего это предназначено.
Лица у троих мужчин как-то странно вытянулись, и они быстро отвели взгляд. Начальника кенуар не чувствовала, но вот остальные мужчины испытывали неловкость и легкое смущение.
– Тара, убери это!
– воскликнула Катя и замахала руками.
Кенуар не понимала, почему все так всполошились, но послушно вернула пачку в сумку.
– Пошли, расскажу, что это такое, - кивнула Катя на переодевалку, из которой Тар вышла.
Оказавшись внутри, Катя удивлено спросила:
– Ты вправду не знаешь, что это такое?
– Нет, - ответила кенуар.
– Это тампоны, - с каким-то намеком протянула женщина, увидела в глазах кенуар непонимание, вздохнула и пояснила, зачем они нужны.