Идеальная жена
Шрифт:
Но сегодня можно не опасаться. На часах всего семь часов, а Райан вернется, скорее всего, ближе к полуночи. По пятницам он всегда так приходит, а Девон обычно лежит в темноте, прислушиваясь, не зашуршит ли его ключ в замочной скважине, строя догадки, где он был и с кем…
Отбросив глупые мысли, Девон прошла в свою комнату, переоделась в простой белый купальный костюм и направилась вниз.
Райан отпер массивную входную дверь, вошел в прихожую и бросил ключ на столик.
– Девон!
Его голос эхом отдался в тишине огромного фойе.
– Девон!
Запустив пятерню в волосы, Райан переходил из одной комнаты в другую. Все то время, что такси мчало его из “Вотеринг-Хоул”, он мысленно торопил приближение момента, когда откроет дверь, войдет и увидит Девон.
Теперь же нетерпеливое ожидание сменилось разочарованием: стало ясно, что он один в доме. Девон куда-то ушла.
Наверное, надо было позвонить, что его планы изменились и он скоро приедет домой.
Но как позвонить, если он никогда раньше не предупреждал ее, вернется домой рано или задержится? Он сам завел такой порядок и строго требовал, чтобы оба его придерживались.
И потом, что бы он ей сказал? Что приедет домой пораньше, потому что свалял дурака, сцепившись со своим другом Фрэнком? Что взбеленился от неуважительных слов Фрэнка о Девон, хотя сам всегда так думал и не раз говорил?
Он поднялся по мраморной лестнице на второй этаж, и его шаги отдавались гулким эхом. Райан заглянул в библиотеку, в музыкальную комнату, в игровую. Пусто, как он и предполагал.
Ступени, ведущие в комнату Девон, терялись в полумраке. Райан немного поднялся по ним и, держась рукой за поручень, задрал голову и посмотрел на закрытую дверь.
Там Девон или нет? В этой комнате она проводила большую часть своего времени, когда он был дома; иногда Райан слышал звуки музыки, доносящиеся оттуда (в ее комнате стоял сидиплейер). Он уже знал ее вкусы: она предпочитала Гершвина и Рахманинова. Он улыбнулся, подумав, что, если бы не Девон, он так бы и не узнал, что до шестидесятых годов люди писали музыку, которую приятно послушать и в наши дни. Но сейчас в доме царила тишина. По всему было видно, что ее нет дома. Еще не поздно, приятный вечер, кафе открыты… Должно быть, ушла прогуляться или навестить подружку – кого-нибудь из тех, с кем она смеялась, разговаривая по телефону.
Райан резко выдохнул. Что это с ним такое сегодня? Что, в принципе, произошло? Фрэнк сделал несколько едких замечаний по поводу Девон. Всего-то. Райан даже фыркнул от негодования на самого себя. Девон, наверное, так же ждет конца намеченного срока, как и он. Вот закончится последняя неделя, и тогда даже разговора не может возникнуть о том, чтобы возобновить этот глупый контракт.
То, что он высказал Фрэнку, тоже правда, черт возьми, думал он, спускаясь вниз. Такая длинная, трудная неделя. Что ему сейчас пошло бы на пользу, так это хорошенько расслабиться, снять стресс, полностью успокоиться.
Райан отбросил пиджак и галстук. Полчаса на “Наутилусе”, сказал он себе, расстегивая пуговицы рубашки. Э-э-э! Час на черном монстре, а затем – расслабуха в джакузи, и он будет как огурчик!
Открыв
Райан распахнул дверь в зал, да так и застыл, открыв рот.
Клубы пара, как туман, поднимались с поверхности теплой воды. В этом белесом тумане, выступая неясным контуром, как водяная нимфа из древней легенды, виднелась Девон.
Райан не мог оторвать глаз от ее тела. Капли воды, как крошечные бриллианты, блестели на ее мягкой, бархатистой коже. Волосы, свободно разметавшиеся по спине, похожи на каскад белого золота. [7] Тело прикрыто простым белым купальником; вода сделала ткань полупрозрачной, и Райан явственно видел, как сильно, упруго вздымается грудь, маленькими точками выпирают соски; даже темный треугольник внизу живота был отчетливо обрисован.
7
Белое золото – светлый сплав золота, особенно с никелем или палладием.
Но больше всего Райана пленило ее лицо; сердце его бешено заколотилось. Его поразило не выражение шока на ее лице, не широко раскрытые глаза и полураскрытые губы. То, что его поразило в ней, – это чувство неподдельной, искренней радости в первый, неуловимый момент, когда она увидела его в дверях.
– Райан, – проговорила она хриплым голосом. – Что… что ты тут делаешь?
Ему пришлось прокашляться, прежде чем он смог говорить:
– Я… я все отменил, что было запланировано на сегодня. Мне хотелось… тебя увидеть.
Девон нервно облизнула губы.
– Я… я бы не воспользовалась джакузи, если бы… если бы знала, что ты… Давай поговорим позже, позволь мне вытереться и переодеться, и…
– Нет.
– Райан, пожалуйста…
Слова застряли у нее в горле, когда она увидела, что он стал приближаться. Ноги ее обмякли, как будто в них не стало костей. Она задрожала.
Господи, как же он красив! Рубашка расстегнута почти до пояса, открывая загорелую, мускулистую грудь, покрытую черными волосами. Его глаза! Никогда она не видела их такими темными. И они горели огнем.
Райан остановился в нескольких сантиметрах от нее.
– Девон, – охрипшим голосом сказал он.
– Не надо, – прошептала она. – Пожалуйста, не надо… – И очутилась в его объятиях, губами почти вплотную к его губам.
Его губы были так горячи, требовали всего с такой исступленностью, что ее пробрал страх.
Но как можно бояться того, о чем мечтала столько ночей? Чувствовать его близость… Напряжение языка… Остроту кромки зубов…
Обвив шею Райана руками, Девон прошептала его имя. Ее пальцы погрузились в шелковистые волосы на его затылке, скользнули под рубашку и пробежали по мускулистой спине.