Идеальная тьма
Шрифт:
Мне не спалось, и я считала вымышленные звезды на моем потолке, до тех пор, пока я уже не могла вспомнить, какое число следующее.
В моем сне Девин был забыт.
Лицо Ашера было близко к моему, его губы, почти касались меня, когда он шептал мне на ухо.
Глава 8
Лишь на мгновение я увидела Ашера в классе в понедельник, мое лицо покраснело от смущения, а
Я быстро отвела взгляд.
После моего сна я просто не могла столкнуться с ним.
Я не помнила, что он шептал мне — только чувство, которое осталось после него.
Только память о его губах, потому, что они пылали на моей коже.
На Истории Америки он бросил свой рюкзак вниз и сел на свободное место рядом со мной.
– Это — место Элли, — сказала я, возможно немного резковато.
Элли и я были двумя из трех юниоров в лыжной команде, и она убила бы меня, если бы кто-то занял ее место.
– Она всегда здесь сидит.
Он скрестил руки и наклонился назад на стуле, рассматривая меня.
– Из того, что я понял, ты нуждаешься в ком-то, кто поможет тебе с заданием.
В Американской истории много дат, которые нужно запомнить.
И не похоже, что ты становишься настолько румяной от Первой мировой войны.
Я гримасничала.
Он был прав, конечно.
С тех пор, как он появился, у меня явно были трудности с концентрацией, на всех уроках, но по некоторым причинам, история, с ее механическим запоминанием, была самой сложной.
И то, что он сел рядом со мной, совершенно выбивало из колеи.
– Привет, Скай, — сказала Элли, появляясь позади нас.
– Готова к практике сегодня? Я слышала, что…
Она затихла, поскольку заметила Ашера.
Она подняла руку к своим светлым волосам и начала накручивать один из завитков на указательный палец.
– Извини, — сказала я.
– Он уже уходит.
Глаза Элли стали большими.
– Нет! — сказала она быстро.
– Не волнуйся, об этом.
Она улыбнулась Ашеру.
– Сиди с ним.
Сегодня я забыла свои очки и поэтому все равно должна сесть ближе к доске.
От ее флирта немного подташнивало.
– Наслаждайся моим местом.
Сохрани его теплым для меня.
Она села на соседний ряд, поближе к нам, следя за нами все время.
Я повернулась к Ашеру, ошеломленно.
Он смеялся.
– Эй, и не смотри так на меня, — сказал он, повышая голос.
– Я не чего не могу поделать с тем, какой эффект я произвожу на людей.
– На девочек, ты имеешь в виду, — ответила я.
– Заметь, это ты сказала — сказал он с усмешкой.
– Не я.
Он наклонился, и я почувствовала его землистый аромат.
Было
Я знаю, что ты провела некоторое время с моим кузеном.
Действительно, не очень хорошая идея.
Тебе лучше избегать его в будущем.
– Смешно.
Он тоже сказал о тебе.
Его глаза немного расширились.
– Да, держу пари, что он так и сделал.
– Что это с вами с обоими?
Он устроился на своем стуле.
– Мы просто по-разному относимся к жизни.
– Я не уверена, что такое заявление поддержали бы в суде.
Ты знаешь, что многие кто, нарушают правила, в конечном итоге оказываются в тюрьме, верно?
– Верно, — сказал Ашер, улыбаясь еще шире, как будто у нас была какая-то тайна.
– Или они придумывают новые медицинские методики, спасающие жизнь, или изобретают машины, которые делают нашу жизнь проще, или получают Нобелевскую премию за достижение мира во всем Мире, и о них потом напишут в книгах по истории.
Нарушители правил мыслят нестандартно.
Они меняют мир.
Я уставилась на него, пытаясь сформулировать слова возражения, но это не смогла.
Он самодовольно улыбнулся и откинулся на спинку стула.
Мы сидели в тишине все оставшееся время.
Каждый раз, когда я смотрела на него, его глаза говорили о том, о чем он думал, что выиграл спор.
Как только я зашла на раздачу в кафетерии во время обеда в среду, Девин встал на свое место позади меня.
– Привет, сказал он.
– Как печенье?
– Превосходно
– Ты непременно должен зайти как-нибудь.
Я немедленно захотела прикрыть рот рукой.
Почему я сказала это? Я, что флиртовала с ним?
– Возможно в следующий раз.
– Твоя тетя вернулась с поездки?
– Да, — сказала я.
– Она вернулась несколько дней назад.
Вообще-то она не моя тетя, она мой законный опекун.
Я просто называю ее так.
– О, — ответил он.
– Понятно.
– Она была лучшей подругой моей мамы.
Она взяла меня к себе, когда они погибли.
– Я сожалею о твоих родителях.
Это должно быть тяжело.
Его глаза встретили мои, и я увидела сочувствие и понимание в них.
Он тоже потерял кого-то? Если не при пожаре, то при каких, то других обстоятельствах.
– Да, — сказала я.
– Было тяжело.
– То есть, и сейчас тяжело.
Мне очень захотелось снова оказаться на тихой тропе в лесу.
Возможно, там мне было бы гораздо легче говорить, но здесь, в шумном кафетерии, было почти невозможно подобрать нужные слова.