Идеал на витрине

Хмельницкая Ольга

Они пошли дальше.

– Мише надо купить что-то для дома, – сказала Марина, – у него же теперь есть дом, пусть даже это и съемная квартира.

– Нет, – проговорил Дима, – Мише я оплачу новые зубы. В конце концов, кто, как не он, быстро открыл дверь и выпустил тебя из туалета, когда

Инна добилась того, чтобы замок заклинило и тебя там заперло.

Они пошли дальше. Тележка была уже почти полной.

– Надо еще что-то Артему, – вспомнила Марина. – Может, большую книгу кроссвордов? Или вот… ридибундусы восточноазиатские.

– Какие-какие ридибундусы? – переспросил Дима. – Да еще и заморские какие-то.

– Это такие подушечки с улыбочками. Мохнатые смайлики. С ними можно спать.

– У Артема, как я понимаю, уже есть с кем спать, ему ридибундусы ни к чему, тем более восточноазиатские. Лучше купить ему что-то полезное.

– Учебник по математике?

– Его надо отправить учиться в вуз. А потом я возьму его к себе на работу. Кстати, я тебе еще подарок не купил. Что ты хочешь?

– У меня тут список есть, – сказала Марина и достала из сумочки лист, сплошь исписанный мелким почерком.

Лариса стояла у машины Гены и держала в руках зажженную зажигалку. На боках машины уже не было слов из трех букв, она была перекрашена.

«Бросить – не бросить, – думала Лариса, – бросить – не бросить».

Она представляла, как полыхает машина, как от нее тянется шлейф черного дыма, как краску лижут языки пламени и она пузырится, вздуваясь. Как лопаются покрышки и оттуда вылезает колючий стальной корд.

«Очаровательно», – подумала Лариса.

Помимо воли перед ее глазами всплыла бледная, потрясенная Инна

Сергеевна, белые пальцы, вцепившиеся в краешек стола, искаженное страхом лицо. Почему Инна Сергеевна стала такой? Была ли она испорченной с самого начала? Или она когда-то сделала что-то не так, ступила на кривую дорожку, а потом пошло-поехало? Может, с каждым нехорошим поступком ее душа чернела? На душе проступали пятна? В крыльях ангелов появлялись темные перья? Может, она тоже пыталась кому-то отомстить? Всему миру? И так и осталась – без возможности все кому-то рассказать, замкнутой во зле, как в скорлупе, погрязнувшей в гордыне и одиночестве.

Лариса подумала о рыжеволосой девушке, купившей вишневую сумку своей мечты перед самым Новым годом, улыбнулась, а потом потушила зажигалку, повернулась и пошла прочь.

Марина обвела взглядом торговый центр.

– Скупишь весь магазин? – спросил ее Дима.

– Да, сегодня я чувствую себя в силах сделать это, – ответила Марина.

В следующие два часа она купила джинсовые шорты, несколько маек, кроссовки, юбку, красное платье, мобильный телефон, удобные шлепанцы, совершенно неудобные, но чрезвычайно красивые туфли, фаянсовую леечку для цветов, крупную зеленую толстянку в горшке, томик «Анны Карениной», книгу про оригами, зонт-трость немыслимо яркой расцветки, купальник травянисто-зеленого цвета, пароварку, корзинку для рукоделия, телескопическую настольную лампу, диск с песнями Адриано Челентано, терку для корейской морковки, жемчужные сережки, воздушного змея и две вазы.

Потом Марина перевела дух, смахнула со лба пот и улыбнулась мужу. Шопинг удался.