Ice rose
Шрифт:
— Понятно, ну ты там держись. Мне кажется, что совсем скоро всё изменится. Вот не знаю, но жопой чую, — говорит она, и я начинаю показательно смеяться. Этот смех я выдаю только тогда, когда в моей жизни случаются противоборствующие моменты — как сейчас, например.
Лиса имеет очень странную особенность. Как только она говорит эту фразу «… жопой чую» — я понимаю, что скоро действительно произойдёт что-то кардинальное, и это полностью изменит мою жизнь. Я понимаю, что в этот момент нужно смеяться, так как она говорит это в шутку. Но каждый раз, когда рыжая
— Ладно, я побежала, нужно делать лабораторную работу по технологии на завтра. А то получу двойку, — прощается девушка, и мы заканчиваем разговор.
Сейчас по времени у меня ужин, потом УЗИ, после этого массаж и на прогулку. Вечером приедет Эмбер и привезёт мне документы. А завтра утром заедет Роза с докладом о работе бухгалтеров. Она написала мне не так давно, что закончила проверку, и завтра во второй половине дня у неё беседа с очередным спонсором.
С одной стороны, хорошо, что все бегают ко мне, а я отдыхаю. Но по мне лучше наоборот. Я привыкла к подвижному образу жизни. А сейчас моя подвижность заключается только в том, чтобы: отнести тарелку из-под ужина в столовую, дойти до палаты, взять сумку, с которой я хожу на процедуры, пойти в кабинет УЗИ.
— Мисс Ховард, прошу, — приглашает меня миссис Мингл, и я захожу в стерильный кабинет жёлто-голубого цвета.
Кладу все документы на стол и ложусь на кушетку.
— Ну что, как ты себя чувствуешь? Боли прекращаются быстро? — атакует вопросами врач, проверяя записи в карте.
— Всё хорошо. Проходят быстро. В основном болит только по утрам, когда встаю с кровати и делаю первые несколько шагов, — отвечаю и поднимаю свою кофту. Катрина Мингл осматривает мой живот, сначала ощупывая его. Я лишь морщусь, когда она смотрит его внизу и просит раздвинуть ноги, чтобы убедиться, нет ли раздражения.
После осмотра женщина делает какие-то записи на целую страницу моей карты, а я лишь только лежу в предвкушении увидеть своего ребёночка.
— По срокам твоя матка должна ещё увеличиться на три сантиметра. И она выросла, но насколько — в точности нам сейчас покажет ультразвук.
Женщина запускает технику, и телевизор на стене включается вместе с компьютером. Я выдавливаю на живот немного жидкости для лучшего сканирования моей брюшной полости. Доктор в белом халате с резными рукавами берёт сканер, и красный прямоугольник появляется на моём животе.
— Вот оно — наше чудо, — говорит доктор, глядя на экран своего компьютера, а я смотрю на телевизор, висящий на стене.
Женщина преклонного возраста водит по животу и иногда останавливает изображение, измеряя черепную коробку, диаметр живота, длину рук и ног. Даже удается посмотреть косточки малыша. Это моё третье УЗИ за почти полные три месяца беременности. Первое было вначале, когда я узнала о ребенке, второе — совсем недавно, когда произошёл спазм. Сейчас смотрят, не нарушалось ли развитие. То есть это обычное плановое УЗИ,
— Вот это ротик, тут глазки и ещё носик. Под ним только верхняя губа, нижнюю он сосёт, поэтому её не видно. Послушаем сердечко. Нужно сохранить частоту колебаний, — говорит доктор, и я пристально смотрю на экран.
Брюнетка нажимает на какую-то кнопку, поднеся сканер к сердцу, и я слышу, как быстро оно бьётся, а на экране видно, как оно прыгает у него в груди.
— Сто тридцать ударов в минуту. Вполне нормально для вашего срока, — говорит она, сохраняя скрин, после чего мы продолжаем смотреть на моего малыша.
На экране телевизора я вижу, как он двигает ручками и ножками. На моих глазах появляются слезинки, и я не могу не радоваться этой картинке. Доктор нажимает на печать, как только удаётся уловить его полностью. После того как он станцевал для нас в телевизоре, я замечаю, что он открыл ротик, и прошу сделать ещё одну фотографию. Но если это против правил, я оплачу затраты.
***
— Ничего себе он зевнул! С ума сойти можно! — говорит Эмбер Ирина Ховард, приехав ко мне в больницу. Она знала, что я сижу у врача, и решила дождаться меня в холле около кабинета.
Я не могла оторваться от экрана и даже сняла на телефон, как он двигается внутри меня; перед этим специально скушала немного шоколада, чтобы малыш был активен. Теперь буду смотреть на него постоянно.
— Пойдём в палату, мне надо отнести вещи и вытереть живот. У меня массаж через несколько минут. Ты сможешь подождать? — спрашиваю я сестру, смотря под ноги, чтобы не упасть.
— Конечно, смогу, посмотрю телик у тебя в палате. — Улыбается девушка в лёгком платье цвета морской волны. На её талии виднеется золотой поясок.
— Опять стащила у меня пояс? — спрашиваю я, смотря на её талию.
— Ну сестрёнка, он у тебя такой красивый! — смотрит на меня умоляющим простить её взглядом. Одно слово — засранка!
Я лишь закатываю глаза, а сестра улыбается. Я кладу вещи на столик и иду в душевую кабину, чтобы смыть с себя эту жидкость. После принятия водных процедур я, чистая, отправляюсь с простынёй к массажисту.
Девушка давно ждёт меня. Я ложусь на спину в лифчике и трусах, и она начинает массировать мне живот. После массажа матки, я наслаждаюсь массажем позвоночника и стоп.
— Дарина, ты просто волшебница! — говорю я, разминая стопы и шею. Никакой ноющей боли, даже намёков на неё.
— Спасибо, жду тебя через два дня! — записывает она результаты массажа в карту и, видимо, то, что почувствовала своими чудотворными руками. Надеваю обратно пижаму и забираю карту. Решаю взять баночку с содовой, что-то сильно захотелось чего-нибудь газированного.
Я стою в своей милой ночной рубашке. Она в виде майки: верхняя часть напоминает лифчик для беременных, а всё остальное — обычная футболка. Вторая часть — розовые бриджи ниже колена.