I will always choose you
Шрифт:
Прошёл ещё час. Это было уже не смешно. Дико хотелось покурить, но он не мог себе позволить и сдвинуться с места. Мало того, что пришлось бы брать с собой игрушку с цветами, чтобы их благополучно не стащили, так и взгляд не собирался отлучаться от изучения табло, которое он уже выучил наизусть.
Он сперва даже не обратил внимания, что в здании началась непонятная суматоха и некоторые сотрудники аэропорта стали перешептываться с побледневшими лицами, на которых сквозило недоумение и дикая печаль. Задумчиво прищурив глаза, мужчина медленно обвел взглядом открывающуюся взору территорию и тяжело вздохнул.
Наверное, показалось.
Да и
Нужный ему рейс отсутствовал в списке.
В недоумении посмотрев по сторонам, он заметил небольшую группу встречающих, которые с замешательством смотрели туда же, куда и он до этого. Их тоже ситуация ввела в ступор.
Наплевав на подарки, он поднялся с места, ощущая вялость в затекших конечностях и уверенным шагом направился к небольшой группе людей.
— Прошу прощения. Вы не знаете, почему тот рейс убрали со списка? — обратился он к людям, кивая головой в сторону экрана.
— Сами не понимаем что происходит. Они давно должны были выполнить посадку, — раздраженно выплюнул мужчина афро-американской внешности.
— Может стоит уточнить эту информацию? — подала голос женщина бальзаковского возраста, нервно кусая губы.
— Да ходили уже и не раз. Руками только разводят, ничего дельного сказать не могут, — отозвался мужчина лет сорока, в строгом дорогом костюме, удерживая в руке красивый букет пионов, который то и дело шоркался о его бедро.
«Да что происходит вообще…» — подумал мужчина, хмурясь всё сильнее. Боковым зрением увидел сотрудника аэропорта, который подошел к ним и тяжелым взглядом обвел каждого стоящего в ожидании человека. Обреченно прикрыв глаза, сотрудник начал говорить.
Сердце забилось как бешеное, тело онемело, а во рту резко пересохло. В глубине души раздался оглушительный взрыв эмоций, после которого наступила звенящая пустота.
Самолёт потерпел крушение.
Мужчина уже не слышал крики и истерики женщин и мужчин, которые стояли рядом. Отрешенным взглядом он посмотрел в сторону сидящего в одиночестве медведя. «Зря так улыбаешься, плюшевый. К своей хозяйке уже не попадёшь», — горько подумал он, застыв на месте.
Глаза защипало и рукой пришлось срочно их протереть. Знал же, что этот день настанет. Но, сука, он никогда не был бы к нему готов! Скинув капюшон, схватился за волосы, перекручивая в памяти счастливые воспоминания. Теперь только они у него и останутся. Крупная дрожь пробрала тело, словно он нырнул в ледяную прорубь. Клинками в лёгкие зарядило, дышать стало нечем. Пришлось выдыхать воздух через рот, иначе просто потеряет сознание от происходящего.
— Прошу прощения.
Он вынырнул из своего отчаяния, обратив внимание на девушку, в руках которой были листы, и пальцы нервно сжимали ручку. Заглянув в его глаза сочувствующим взглядом, девушка мигом отвела взгляд, утыкаясь в свои листы и немного с дрожью в голосе продолжила:
— Можете назвать своё имя и имя человека, кого вы ожидали…
На последней фразе голос стал едва слышен, и она, вероятно, собрав всю свою волю в кулак, снова заглянула в глаза брюнета, в котором плескалась невероятная боль.
— Имя? Да, конечно, — голос казался чужим. Говорить оказалось больно, словно песка в глотку натолкали. Он прокашлялся. — Моё имя Хиро. Хиро Файнс.
Девушка быстро стала записывать размашистым
— Ожидал… двух людей. — Тяжело сглотнул, чувствуя что становится дурно. — Женщина — Анастасия Аккерман, и девочка десяти лет — Хейли Аккерман.
Говорить о них вслух оказалось тяжелее, чем он думал. Сдерживать эмоции больше не получалось, и слезы, снося все барьеры, полились из глаз. Да плевать уже. Ему оставалось только смириться с этим.
— Мне искренне жаль, — едва слышно проговорила девушка, в глазах которой тоже начала скапливаться влага. — Держитесь.
Хиро поджал свои губы и молча направился к оставленным на скамье подаркам. Теперь этот медведь и эти цветы, казались чем-то траурным и скорбным. Сердце разрывалось от боли и Хиро накрыл ладонью глаза, кривя губы, в попытке не зарыдать в голос. Дышать было тяжело. Еще и крики, раздававшиеся тут и там, громкие рыдания — всё это ещё больше разносило душу в щепки. Словно они все плачут и кричат за него. Именно такая атмосфера образовалась где-то в глубине.
Присев на корточки перед игрушкой, он сжал ладонью мягкую ногу медведя и отчаянно прошептал:
— Леви, позаботься о нашей принцессе. Теперь настала твоя очередь.
Пробыв в таком положении несколько минут, Хиро резко поднялся на ноги и быстрым шагом направился в сторону выхода, оставляя на пустующих сидениях игрушку и цветы, которым так и не суждено было попасть в руки к своим адресатам.
***
Леви
Открыв глаза, невольно прищурился, стараясь избавиться от рези в глазах из-за навязчивого солнца. Слух улавливал пение соловья и едва слышимое кукование кукушки. Ощущалась атмосфера спокойствия. Окончательно привыкнув к свету, понял, что лежу на поляне среди яркой зеленой травы. Где-то вдалеке виднелся густой лес. Приняв положение сидя, сладко потянулся. Будто проспал целые сутки. Давненько такого не было. Из-за постоянных кошмаров, со сном проблемы только усугублялись и теперь я действительно наслаждался своим состоянием.
Вдруг интуитивно ощутил присутствие другого человека позади себя. Едва хотел обернуться, как почувствовал на своих плечах нежное и трепетное прикосновение ладоней. По коже пробежались мурашки, заставляя волоски на руках встать дыбом. Нахмурившись, ухватился ладонями за чужие руки, в попытках скинуть их с себя. Никому не позволял так к себе прикасаться. Никому кроме неё. Сердце болезненно сжалось.
Обернувшись, подумал, что сердце остановится с этого мгновения навсегда. Дыхание перехватило и рот едва приоткрылся в изумлении.
— Что же ты так грубо, мой капитан? Неужели не соскучился?
Этого не может быть. Это не может быть правдой. Девушка игриво улыбалась, прищурив свои глаза. Такие родные до дрожи — голубые глаза. Кудрявые длинные волосы закрывали плечи, оставляя вид только на острые ключицы, виднеющиеся с неглубокого декольте, нежного белого платья.
Я снова её увидел. Живую.
Не тот образ, который приходил мне в кошмарах каждый раз, когда я перед тем, как потерять сознание от удара головой о камень, лежащий в траве, увидел, после взрыва злополучного громового копья. Не окровавленное тело и лицо с пустыми потухшими глазами и струйкой крови стекающей изо рта. За эти пять лет уже начал забывать её образ, а вернее — старался вычеркнуть. Образ живой и пышущей энергией и красотой девушки исчезал из памяти, оставляя лишь образ лишенного жизни тела. Тела, которое испустило свой дух, чтобы защитить его, мать его, его шкуру!