И в субботу субастик вернулся

Маар Пауль

– А не лучше ли было бы просто-напросто разбудить моего друга? Да, разумеется, лучше! – решительно проговорил Понеделькус и направился к комнате Пепперминта. Он снова постучал в дверь. И снова никто не отозвался. Понеделькус распахнул дверь настежь. В комнате было пусто.

– Странное дело! – удивленно проговорила госпожа Бркжман. – Подумать только, я даже не заметила, как эти двое вышли из дома.

И тут Понеделькус заподозрил неладное.

– Я подожду здесь, пока вернется мой друг, – сказал он хозяйке.

– Хорошо.

А надоест ждать, приходите ко мне на кухню! – ответила Брюкман и оставила Понеделькуса в комнате. Он начал разглядывать машину желаний. Рычаг был поставлен на “ВКЛЮЧ.”, и лампочка все время мигала.

– Сдается мне, что Пепперминт и Субастик в опасности. Может, они угодили в западню и не могут теперь выбраться? – размышлял он. – А не пожелать ли, чтобы они сейчас же вернулись домой? Да, конечно, пусть сейчас же вернутся! Я видел третьего дня, как работает эта машина. Самое благоразумное – велеть ей доставить их к парадному. А не то хозяйка еще что-нибудь заподозрит. Она ведь только что видела, что в комнате никого нет. И Понеделькус проговорил в рупор:

– Хочу, чтобы Пепперминт и Субастик очутились внизу у парадного входа!

В то же мгновение в хижине из пальмовых листьев на необитаемом острове господин Пепперминт наклонился к Субастику и прошептал:

– А теперь бежим отсюда, пока нас не спасли и не доставили на корабль! Хочу, чтобы мы с тобой очутились сейчас дома, в нашей комнате!..

– Что такое? – удивленно воскликнул Понеделькус, когда господин Пепперминт и Субастик появились вдруг в комнате. – Я же велел машине доставить вас к парад... – слова застряли у него в горле. Пепперминт и Субастик снова исчезли.

– Почему мы стоим у парадного входа? Я же просил перенести нас прямо в ком... – начал было Пепперминт, но не успел он договорить, как вдруг снова очутился у себя в комнате.

– ...ному входу! …ному входу! – в полном замешательстве твердил Понеделькус. Но господин Пепперминт не успел ему ответить – неведомая сила тотчас же снова подхватила его и перенесла на улицу.

– Что происходит? – крикнул он. – Почему мы опять...

Но оба уже снова стояли в комнате рядом с Понеделькусом.

– Синий свет! – в ужасе вскрикнул Субастик, показывая на машину желаний. В лампочке слабо мерцал синий огонек. – Синий свет! Скорей хватайте нас, а не то... Держите нас! Держите!..

Но оба уже снова были внизу.

– Что все это значит? – испуганно прокричал господин Пепперминт, Субастик не успел ответить, как они опять перенеслись в комнату.

– Хватайте нас! Держите! – крикнул Субастик Понеделькусу. – Держите и не отпускайте!

Но тот не успел и пальцем пошевельнуть, как они снова перенеслись к парадному.

И только когда их швырнуло в комнату снова, Понеделькус схватил Пепперминта за руку, а Субастик изо всех сил уцепился за Пепперминта.

– Скорей

выключайте машину! Скорей! Скорей! – вопил Субастик.

Понеделькус протянул свободную руку к машине и выключил ее. Субастик в ужасе уставился на синий огонек, который замигал теперь с еще большей скоростью.

– Слишком поздно! Синий свет! Синий свет! – в отчаянии кричал Субастик. – Два желания борются теперь друг с другом не на жизнь, а на смерть! Кто кого пересилит – я машину или машина меня. Кто проиграет, пропал! Крышка тому!

– Но почему крышка? Что случилось? – взволнованно спросил Пепперминт. Ведь теперь, когда Понеделькус выключил машину, они были в своей комнате, и никто не должен был удерживать их за руки...

– Два желания враз! –в изнеможении проговорил Субастик. – Два желания, которые противоречат друг другу: не можем же мы в одно и то же время быть и в комнате, и у парадного. Кресло мне пододвиньте! Скорей! Мне совсем плохо!

Пепперминт был вне себя от страха.

– Какой ужас! – пролепетал он и, взяв Субастика на руки, бережно усадил его в кресло. – Может, лекарство дать? Как тебе помочь?

– Положи мне на лоб холодное полотенце! – простонал Субастик. – Я весь горю!

– У него жар! – воскликнул господин Пепперминт. – Он в самом деле весь горит!

– У машины тоже жар! – закричал Понеделькус и показал на машину желаний. Докрасна накалились в ней все провода. Одна за другой ослепительно вспыхнули и перегорели все лампочки, и откуда-то изнутри повалил черный дым.

– Да брось ты эту дурацкую машину! – крикнул Пепперминт. О ней он теперь и думать не хотел. – Скорей принеси мокрое полотенце! Не видишь, что Субастику плохо?

– Полотенце? Сейчас! – задыхаясь от волнения, проговорил Понеделькус и мигом вернулся назад с мокрым полотенцем в руках.

Господин Пепперминт сразу же положил его Субастику на лоб, и от полотенца пошел пар. И тут вдруг машина зашипела, внутри у нее что-то треснуло, синий огонек часто-часто замигал и погас.

– Победа! Машина сгорела! – облегченно вздохнул Субастик и лишился чувств.

– У Субастика обморок! Что делать? Как быть? – закричал господин Пепперминт. – Надо немедленно вызвать врача.

Он бережно взял Субастика на руки и перенес его на свою кровать.

– А не лучше ли усадить Субастика в мою машину и отвезти в больницу? – предложил Понеделькус. – Да, конечно, лучше!

Оба в нерешительности топтались у кровати, глядя на Субастика. Тот вдруг заерзал на постели и что-то пробормотал.

– Он уже пришел в сознание! И что-то говорит! – облегченно вздохнул господин Пепперминт. Он наклонился к Субастику и спросил: – Как ты себя чувствуешь? Что у тебя болит? Хочешь, позовем врача? Или, может, лучше усадить тебя в машину и отвезти в больницу?