И в аду есть герои
Шрифт:
Черный туман, молниеносно сформировавшийся вокруг Сантьяги, поглотил горячее пламя, а серебряные искры, сорвавшиеся с кончиков пальцев комиссара, заставили погонщика рабов остановиться и неуверенно отступить на шаг назад.
– Это что-то новенькое, – проворчал Ктулху.
– Рад, что вам понравилось.
Вероника ощутила, как в узком коридоре стремительно накапливается магическая энергия. Ктулху и черноволосый щеголь, которого погонщик рабов называл Сантьягой, буравили друг друга взглядами, но, торопливо собирая силы, не спешили приступать к решительным действиям.
– Ктулху, второй…
– Я вижу, – процедил тот. – Второй – чел. Он твой.
– Понятно!
– Начнем одновременно.
– Две секунды! – крикнул контролирующий состояние магического поля Тамир.
Кортесу это предупреждение спасло жизнь.
Раз, два… И коридор превратился в ад. В горящий, кипящий и кричащий ад, наполненный шипением пламени и визгом сталкивающихся полей чистой магической энергии. Ктулху пробил построенные комиссаром серебряные искры и обрушил на него колоссальный удар, заставляя тратить силы на постоянную активизацию самых мощных защитных арканов.
Вероника выпустила «эльфийскую стрелу» одновременно с погонщиком рабов, но за мгновение до того, как из золотых глаз ведьмы вылетела огненная молния, Кортес слегка отклонился. Тем не менее он рухнул и покатился по полу. Девушка была уверена, что ее удар достиг цели, и, позабыв о наемнике, присоединилась к атакам Ктулху. Вот только тело, пронзенное «эльфийской стрелой», должно было отлететь в другую сторону…
Кортес распластался на полу в шаге от погонщика рабов.
– Ты сдохнешь, нав, ты сдохнешь!
Ктулху чувствовал, что комиссар теряет силы. В движениях Сантьяги пропала прежняя элегантность, на лбу выступил пот, а щегольский белый пиджак был порван: нав не успел вовремя среагировать на подключившуюся к схватке Веронику и пропустил одну молнию. Она даже не ранила его, просто скользнула по плечу, но иерархи Кадаф приободрились. А самое главное, непрерывный натиск не позволял комиссару накопить энергию для создания «рева левиафана», который стал бы очень эффективным оружием в тесном коридоре, заставив противника тратить силы только на защиту. Вот он отступил на полшага. На шаг.
– Не думай, что я тебя отпущу! – взревел Ктулху, бросаясь вперед. – Ты мой!!
Острый шип погонщика рабов вонзился в пол в миллиметре от лица Кортеса.
Вероника уловила движение в последний момент, когда уже ничего нельзя было поправить. Неподвижно лежавший до сих пор мужчина неожиданно сгруппировался, и откуда-то из-под Ктулху послышалось противное завывание. Девушка даже не поняла, что это заработал мощный электромотор.
Черное полотно циркулярной пилы, выполненное из прочнейшего навского сплава, хищно вгрызлось в серую шкуру между ног погонщика рабов, в самой уязвимой точке на его теле.
Ктулху
– Что случилось?
Краем глаза ведьма заметила, что Сантьяга прекратил сражение и с любопытством наблюдает за происходящим. Завывание усилилось. Погонщик рабов резко обернулся, и Вероника с ужасом увидела, что его глаза переполнены болью.
– Беги!
– Что?
Пила вонзилась в нежную плоть Ктулху, и по гигантскому телу иерарха Кадаф прошла судорога.
– Бе…
Кортес пробурчал короткое заклинание и хладнокровным щелчком отправил в рану маленький белый шарик. Внутри погонщика рабов разорвалась ледяная бомба.
– Нет! – Вероника сделала шаг назад.
Ноги Ктулху подломились, и Кортес едва успел выкатиться из-под оседающего тела.
– Ты!.. – Ведьма хотела разорвать убийцу, растоптать, вырвать сердце, она уже даже вскинула руку, чтобы послать в негодяя…
В руках Сантьяги возникла гигантская «шаровая молния», и ее жгучий блеск заставил Веронику машинально изменить заклинание. Взрыв прозвучал в тот самый момент, когда ведьма шагнула в спешно вызванный вихрь портала. Огненная волна ударила девушку в спину, и дикая боль скрутила тело Вероники.
– Хорошая драка, – усмехнулся наемник, пнув ногой хвост Ктулху.
– Признаться, я до последнего не был уверен, что ваша безумная затея осуществится, – улыбнулся комиссар.
– Ваша поддержка много значила.
– Забудьте, – великодушно махнул рукой Сантьяга. – Я не мог пропустить такое зрелище: чел ликвидирует иерарха Кадаф. Это войдет в историю.
– Хорошо, что я сам не вошел в историю. – Наемник снял шлем и вытер лоб, испачканный густой кровью Ктулху. – Устал.
– Понимаю. – Нав с любопытством покосился на останки погонщика рабов. Как и хотел наемник, плотная шкура Ктулху осталась без повреждений. – И все-таки, Кортес, для чего вам понадобилась…
– Комиссар! Рыцари и люды столкнулись на складе готовой продукции, – сообщил Тамир. – Кажется, назревает скандал.
– Иду.
– Это здание находится в секторе Зеленого Дома! Что вы здесь делаете? – сверкающие глаза Миланы гневно буравили Франца де Гира.
– Кодекс не запрещает Великим Домам проводить акции по всему Тайному Городу! – парировал мастер войны. – Орден не требовал объяснений относительно схватки на улице Покрышкина!
– Там был заурядный бой! А сейчас вы влезли в операцию Зеленого Дома.
– Что за операция здесь происходит?
– Я не обязана отчитываться перед Чудью!
– А придется!
– Вы уверены?!
На складе «ЦентрМедПереработки» становилось жарко. С одной стороны рыжеволосые чуды, блестящие командоры войны в традиционных балахонах, с другой – белокурые дружинницы Дочерей Журавля. Красивые и опасные. Разгоряченные схваткой с охранниками фабрики и рассчитывающие на добычу. Отступать никто не собирался. Коробки со «стимом» были аккуратно сложены за спинами рыцарей – в тот момент, когда в помещение ворвались люды, Франц как раз собирался вызвать портал в Замок.