И пришел день...

Fargen

– Именем Рода моего, и кровью своей подтверждаю клятвы данные и договора заключенные, пусть мой дом вновь станет твоим, пусть моя семья вновь станет твоей, пусть пока жив мой Род, будет власть твоя сильна, а защита крепка. Да будет так.

Люциус со страхом слушал слова, что произносил, но в сердце было убеждение: всё сделано правильно. Тело уже слабело от потери крови, и волшебник чувствовал, что не сможет сам подняться на верх, понимая при этом - домовики могут и не войти в этот зал, столько на нем защит. И в тот миг, когда в душу стало заползать отчаянье, он увидел всадника

в белой броне восседавшего на горемке на фоне ночного неба. Его платиновые волосы развевал ветер. Этот образ был величественен, как лик Божества, вот только благости от него не чувствовалось. От него веяло спокойствием и опасностью, а ещё казалось, что он читает самые потаенные мысли и желания. Придя к какому то выводу, мужчина улыбнулся, и сразу на душе потеплело.

– Жертва принята. Договор подтверждён!
– пророкотало в зле.

– Асмодей! Придурок! Залечи раны своему хозяину!
– раздался детский голос над ухом у теряющего сознание блондина.

________________

Очнулся Люциус в своей кровати. Рядом с нею стояло два стула, на одном сидел Дагда и весело болтал с мужчиной, занимающим второе детище ренесанса. Напротив него восседал стройный аристократ лет тридцати в магловском французском фраке и белых перчатках. Угольно черные волосы были изящно острижены и не покрывали шею, но прикрывали лоб и глаза, которые выдавали его не человеческое происхождение, светясь темно вишневым светом. От него веяло сдержанной силой, спокойствием и довольством.

– Ой. Смотри. Люциус пришел в себя, - радостно выдал блондина ребенок.

– Господин. Как вы себя чувствуете?
– вежливо и заботливо поинтересовался незнакомец.

– Ты кто?
– спросил первое, что пришло в голову аристократ.

– Я ваш дворецкий и управляющий поместьем, - галантно раскланялся вставший мужчина.- В силу заключенного нами договора, с этого дня я снова приступаю к выполнению своих прямых обязанностей.

– Снова?
– тупо переспросил блондин, поднимаясь с кровати. В теле не ощущалось недавно перенесенной потери крови.

– Да. Род Малфоев издревле был демонологами, и имел ряд договоров с Адскими князьями, в том числе и со мной. Но пятьсот лет назад им пришлось запечатать все основные святилища, дабы сохранить минимальную связь с нами, и пережить времена Закрытых Врат с наименьшими потерями. Как я вижу, наше решение было правильным. Вы очень похожи на своего предка Люциуса, который последним приносил жертвы древним.

Хозяин поместья тяжело опустился на кровать. С телом было всё в полном порядке, а вот голова отказывалась принимать новую информацию.

– Асмодей, не грузи. Видишь - ему совсем плохо. И так мужик пережил многое, а тут ты со своими откровениями. Дай ему отдохнуть, - укоризненно проговорил Дагда.

– Да, вы правы, Дагда. Прошу меня простить, хозяин, мы оставим вас, но если вам что-то понадобиться - можете просто позвать меня по имени. Я услышу и сразу явлюсь, - заверил Асмодей.

– Ага, - автоматически ответил Люциус, оставаясь в одиночестве. Его жизнь снова сделала кульбит, и сколько их ещё будет, пока он с Дагдой?

________

А тем временем Дагда потащил Асмодея

к себе в комнаты. Мальчишка был очень рад новому знакомому, этот демон не знал его, но чувствовал родственную душу, а бесшабашное поведение малыша искренне радовало одного из древних. В отличие от своих светлых собратьев, архидемоны ценили юмор и простоту. Множество идиотов в прошлом погибало призывая одного из Темных Богов, а потом начиная разводить антимонии и трястись от страха. От мальчишки просто несло радостью и азартом, похоже, это мелкое чудо уже шагнуло за Грань между светом и тьмой. Такие души являются высочайшей ценностью любого мира, потому, что они воплощают в себе замысел Творца.

Комната малыша была красивой и отвечала вкусам самого Асмодея, а перепуганный раб, старавшийся прикинуться элементом дизайна, в своём уголке, дополнял картину.

Не обращая ни на кого внимание, Дагда подбежал к кровати и вынул из-под подушки дневник Тома, после чего забрался с ногами на кровать, пригласив жестом демона присесть на стул стоявший рядом с ней.

– Том! Том! Выходи. У меня тут интересный гость, а мне лень потом тебе всё пересказывать, - затараторил малец сжимая тетрадку.

– Тише- тише!
– недовольно заворчал появившийся из артефакта призрак мужчины лет тридцати- сорока. Его ярко красные глаза не оставляли сомнения в личности призрака.

– Упс! Ошибочка получилась, - прикрыл ладошкой рот Дагда, но мордашка у него при этом была шкодная до нельзя.
– я то думал что основной личностью станет Том... на некоторое время.

Вольдеморт подозрительно прищурился разглядывая ребенка, а в дальнем углу тихо сполз по стеночке потерявший сознание Северус.

Картина оказалась столь умилительной, что древний демон не выдержал и рассмеялся. У него был искренний и открытый смех существа, которое ничего не боится и умеет радоваться каждому приятному моменту в жизни.

Это привлекло внимание Вольдеморта к новой личности. Вдумчиво рассмотрев весельчака, Темный Лорд с удивлением посмотрел на Дагду:

– Ты где демона взял? Я думал, что они не могут появляться в нашем мире?

– Не можем. Я только проекция, так сказать, малая личность. У меня нет моей былой силы, и всей полноты сознания основной личности, до тех пор пока Врата не откроют вновь, я смогу существовать только как хранитель поместья, чудо уже то, что меня смогли пригласить сюда хотя бы в таком виде, - вежливо ответил Асмодей.

– А как открою - свалишь?
– прищурив глаз, поинтересовался малыш.

– Ну что вы! Я же заключил договор! Эта личность останется выполнять его условия, и сможет принимать меня в полном объеме, в случае необходимости, - укоризненно пояснил демон.

– Тут ты тоже заведуешь делами семьи и брака, а походу и карательной системой?
– продолжил расспрос Дагда.
– Мне кажется на тебе ещё жадность и игроманы висели?

– Ваш знакомый был так сильно загружен?
– удивился Асмодей, - Здесь в моём ведоме месть, похоть, ревность и жадность ещё жажда власти - вежливо улыбнулся Адский Князь.
– Хотя первые три греха можно объединить в отдел "семьи и брака", как вы выразились.