И придет ночь
Шрифт:
Тинкер некоторое время с беспокойством смотрел вслед Люку. Он размышлял, не стоит ли ему все-таки забрать Сил-вер домой, когда за его спиной послышались шаги. По лестнице поднимался тонкий, как тростинка, человек с гривой нечесаных черных волос и проницательными темными глазами.
– Значит, ты слуга этой леди будешь?
Тинкер молча кивнул.
– Стало быть, это ты притащил сюда эту огромную псину с грязными лапами?
– Кромвель не просто собака. Он часть нашей семьи.
– Да, к ним прикипаешь душой. – Фергюсон кивнул в знак
Неожиданно он протянул Тинкеру свою мозолистую руку. Тинкер не сразу ее пожал. Сначала он долго вглядывался в этого человека.
– Меня зовут Джеймс Тинкер. С кем я имею честь разговаривать?
– Джонас Фергюсон. Я уже давно служу милор... э-э... в смысле, давно здесь, в особняке, работаю.
– Нет нужды от меня ничего скрывать. Я сразу же понял, кто этот юноша, как только с него упала маска. Он вылитая копия своего отца, герцога Девонхема. Типичные скулы Деламеров. Ни с кем не спутаешь.
– Деламеров? – Джонас изобразил удивление. – Не понимаю, о чем вы говорите.
– Да хватит вам, – перебил его Тинкер. – Мне все известно. Он сам мне рассказал прошлой ночью.
Джонас удивленно вскинул брови:
– Правда? Насколько я знаю, он никогда об этом никому не говорил. А что в тебе такого особенного?
– Он считает необыкновенным не меня, – со значением произнес Тинкер, – а скорее ее. Да, эта молодежь совсем запуталась в своих отношениях. Придется нам им помочь.
Двое слуг склонили головы и начали совещаться. Продолжая строить планы, они спустились по лестнице на кухню и откупорили бутылочку виски, которую Джонас давно приберегал для подобного случая.
Люк молча разглядывал двух Сен-Клеров. Мальчишке не помешает немного поправиться и заняться спортом. Люк решил, что фехтование подойдет как нельзя лучше. Сегодня же он покажет мальчику несколько простых приемов.
Люк сам удивился, почему ему в голову лезут подобные мысли. Господи, да что это с ним происходит? Ему-то какое дело до этого мальчишки! Проблемы Сен-Клеров его не касаются. Сколько бы он ни убеждал себя, что надо им помочь, через несколько дней их пути навсегда разойдутся.
Это даже к лучшему, уверял себя вернувшийся в комнату Люк.
Брэм радостно обернулся к нему:
– Значит, все это были просто выдумки! Я не вижу на вашем лице ни единого шрама. Какой дурак пустил слух о вашем уродстве? Никогда не видел такого прекрасного лица.
– Да, у него поразительные скулы, не правда ли, Брэм? А взгляни, какой у него прямой нос.
– Он, скорее, орлиный, если хочешь знать мое мнение.
Люк сложил руки на груди и нахмурился.
– Ох, извините, вам неприятна наша болтовня? – Силвер была сама невинность.
– Нет, что вы. Я просто в восхищении, что меня разглядывают, как породистого коня на ярмарке.
– Но мы же ничего плохого не имели в виду... – На лице Брэма появилась робкая улыбка. – Да вы, похоже, просто шутите. А я-то сразу не понял.
Заметив, как
– Да, я действительно шутил. Такая уж у меня дурная привычка. Ну а теперь оставь нас одних. С твоей сестры достаточно расспросов на это утро. Иди найди моего сурового слугу и скажи ему, чтобы приготовил тебе что-нибудь поесть. После этого я научу тебя держать шпагу, если ты, конечно, захочешь. Думаю, тебе не помешает нарастить на свои кости немного мускулов.
– Правда? – Брэм радостно распахнул глаза в предвкушении забавы. – Настоящую шпагу?
Люк кивнул.
– Ну а теперь уходи. И захвати с собой этого грязного пса.
Кромвель, поняв, что разговор идет о нем, весело гавкнул и последовал за Брэмом.
Люк подошел к кровати и взглянул на Сил вер:
– Устала?
– Немного. Как же я была рада их всех увидеть!
– Отдохни чуть-чуть. Пройдет совсем немного времени, и ты снова будешь с ними.
Силвер еле заметно улыбнулась. Она нежно провела ладонью по подбородку Люка.
– Какой же ты суровый. Сущий дьявол.
От ее прикосновения у Люка напряглись все мускулы.
– Лишь дьяволу под силу совладать с такой чертовкой, как ты.
– Бедный мой дьявол! Как твое плечо?
– Прекрасно, – отозвался Люк. Его сводило с ума легкое прикосновение ее тонких пальцев.
– Правда? Я могла бы попросить Тинкера принести лавандового масла и настоя горечавки. Лучшего лекарства для поверхностных ран просто не придумаешь.
– Моя рана уже почти зажила, женщина! Будь добра, закрой-ка свой рот и помолчи хоть чуть-чуть.
– Нет, но ведь лавандовое масло творит чудеса! Да и тимьяновое масло тоже неплохое средство. Правда, оно очень сильное, поэтому пользоваться им нужно крайне осторожно, но...
– Хватит! Ну когда же ты наконец оставишь мою рану в покое?
Силвер показалось, что на этот раз он рассердился всерьез. Может, о нем уже давно никто так не заботился и он чувствовал себя неловко? Но за этим человеком просто необходимо присмотреть! Каждый раз, когда ему приходилось присаживаться, он морщился от боли, да и по многим другим признакам было заметно, что его рана еще не зажила. Она решила поговорить с тем милым слугой, который совсем недавно заходил в комнату. Может, он уговорит его подлечиться как следует?
– Хорошо, разбойник. Как скажешь.
– Что это вы даже спорить на этот раз не стали?
– Не стала вот.
– Ох, не нравится мне это, Солнышко. Ни на секунду не поверю в твою кротость. Что ты еще задумала?
Силвер притворно вздохнула:
– Похоже, я для вас действительно сущее мучение.
– Глупости. – Люк не сводил с нее глаз. – Если ты еще раз это повторишь, я... я... сделаю что-то ужасное!
– Ладно, – мягко сказала Силвер. Ее нисколько не испугала его угроза. Откинувшись на подушку Люка, она принюхивалась к запаху цитрусового мыла, которым пахло постельное белье.