И нет преград…
Шрифт:
Ровное дыхание Сэма убедило Энни в том, что он действительно спит. «Сейчас или никогда!» — решила она. По счастью, привязав ее шарфами к кровати, он сделал не тугие петли, и она могла немного шевелить руками. Энни неуклюже изогнулась, пытаясь дотянуться до маленьких ножниц, спрятанных под воротником, но тут пружины ее кровати громко скрипнули, и храп Сэма смолк.
Энни замерла в неподвижности, охваченная тошнотворным страхом. Но, слава Богу, все обошлось. Сэм какое-то время лежал тихо, потом до нее опять донеслось его размеренное дыхание.
Изловчившись,
В конце концов шарфик распался на две половинки и одна ее рука освободилась. Энни облегченно вздохнула. Избавиться от второго шарфа оказалось значительно проще. Несколько раз щелкнув ножницами, она прорезала шелк.
Слава Богу! Ее окатило волной радости. Она осторожно соскользнула с кровати, на этот раз почти не потревожив пружины.
Медленно передвигаясь по темной комнате, Энни взяла со стула свою одежду и сумку, решив пока не снимать оставшиеся на запястьях узлы — это можно будет сделать потом. По счастью, она умела ходить бесшумно. Во время болезни мамы Энни ухаживала за ней в свои выходные дни. Перед самой смертью Мэриан Диллон очень плохо спала — ей было трудно дышать, она ворочалась в постели, корчась от боли. В короткие, но благословенные часы маминого сна Энни научилась по мышиному тихо бродить по спальне, наводя порядок и собирая грязное белье.
И теперь эта наука ей пригодилась. Быстро натянув джинсы, рубашку, пальто и сапоги, Энни забросила сумку на плечо и ощупала туалетный столик в поисках револьвера Сэма. Она вздрогнула, когда ее пальцы соприкоснулись с холодным металлом расстегнутых наручников. Наткнувшись на ворох одежды Сэма, Энни нашла его ремень с оружием и вытянула тяжелый «кольт» из кобуры. Когда оружие весомо легло ей в руку, Энни вдруг подумала, что проще всего было бы положить на лицо Сэму подушку и застрелить его.
Но она тут же в ужасе отбросила эту идею. Да, Сэм Ноубл незаконно взял ее в плен и подверг ее жизнь опасности, и все же она не могла решиться на хладнокровное убийство — так же, как не могла сегодня утром ударить его ножом в спину. Оставалось лишь надеяться, что ей удастся перехитрить своего похитителя.
Энни убрала револьвер в кобуру и надела ремень Сэма себе на бедра. Секунду помедлив, она достала бумажник из заднего кармана его брюк и на ощупь отсчитала несколько шуршащих банкнот. Как ни совестно ей было воровать у Сэма деньги, Энни понимала, что без долларов прошлого века ей не обойтись. Современные деньги и кредитные карточки, которые лежали у нее в сумочке, сейчас были совершенно бесполезны.
Разумеется, Сэм рассердится, когда узнает, что она его обокрала — если вообще заметит это, ибо ее побег обозлит его в десять раз больше. Но ведь она уже обвиняется в убийстве и ограблении банка.
Положив бумажник Сэма на туалетный столик, Энни решила прихватить заодно с револьвером и его брюки. Губы ее скривились в усмешке. Оставшись без штанов, он не сразу бросится за ней в погоню!
Она осторожно приоткрыла дверь, и из коридора в спальню просочился мягкий свет. Сэм спал с безмятежно-невинным лицом., Увидев его руку, лежавшую возле рейки железного изголовья, Энни не смогла побороть соблазн. Конечно, в ее положении было глупо даже приближаться к спящему, но ей очень хотелось помучить своего похитителя. Она осторожно взяла наручники с туалетного столика, на цыпочках подошла к его кровати, пристегнула один наручник к железной рейке изголовья, а другой очень аккуратно защелкнула на запястье Сэма.
Попался, голубчик!
Сдерживая торжествующий смех, Энни выскользнула из комнаты.
Глава 10
— Что за черт!..
Незадолго до рассвета Сэм внезапно проснулся и сразу же обнаружил, что его правая рука прикована к железной рейке кровати. Отчаянно ругаясь и безуспешно дергая рукой, он в бешенстве взглянул на соседнюю кровать и увидел там пестрые клочья шелковых шарфов, развевающихся от сквозняка. Итак, его пленница сбежала.
Какой же он болван! Поддался на ее уговоры, проявил сочувствие и связал ей руки шелковыми шарфами! А эта негодяйка обвела его вокруг пальца, пока он мирно спал. У него всегда был чересчур крепкий сон, и преступница этим воспользовалась.
Что же делать? Он внимательно оглядел комнату и не увидел ни своих брюк, ни револьвера. Оставалось только одно средство.
— Помогите! — крикнул Сэм во все горло. — Мне нужна помощь!
Так он орал битых пять минут, прежде чем из коридора раздался робкий женский голос:
— Сэр, это горничная. У вас что-то случилось?
— Случилось, черт возьми! Скажите портье, чтобы он поднялся ко мне в номер, и немедленно!
— Слушаюсь, сэр, — ответил испуганный голос. Спустя пару минут в комнату влетел портье. Он залился стыдливым румянцем, заметив на одной кровати прикованного наручниками Сэма, а на другой — трепещущий ворох рваных шарфиков.
Ноздри коротышки осуждающе раздувались.
— Я могу вам чем-то помочь, сэр?
Сэм скрежетнул зубами. Перед ним стоял тот самый маленький ханжа, который регистрировал их вчера.
— Да, черт возьми, можете! — прорычал Сэм с интонацией разъяренного быка. — Найдите ключ от наручников. Он должен быть в кармане моих брюк.
Мужчина даже не шелохнулся. На лице его было написано лицемерное возмущение.
— А позвольте узнать, сэр, каким образом вы попали в столь щекотливое положение?
— Не позволю!
Портье округлил глаза и погрозил Сэму пальцем. Его голос зазвенел от праведного негодования:
— Напрасно я пустил вас и эту… женщину… в нашу гостиницу. Вы сразу показались мне дикарями-греховодниками. Ясно как Божий день, чем вы здесь занимались.