И на исходе дня…
Шрифт:
Отсутствие сознания для физически и морально избитого человека – это высшее благо. Но меня угораздило заснуть на каком-то проходном дворе! И ведь пока убивали – ни души не было, а как только я решила спокойно отойти в мир иной – набежали, разгалделись!
– Эту на автолёт вместе с той, что в коме. Труп оставьте пока на месте, сейчас Горан приедет, хочет лично осмотреть, – пророкотал кто-то рядом, заставляя меня выплыть из блаженной неги и вновь ощутить все «прелести» жизни. Моё тело горело огнём, во рту всё пересохло, а еще вокруг нестерпимо воняло.
– Добееейте, –
– Пока рано, – сверху коротко хохотнули, – вот подшаманим вас там да сям, расспросим: что да как, и тогда снова поговорим на эту тему.
– Ммм? – я в сильном негодовании приоткрыла один глаз, пытаясь разглядеть и запомнить наглого шутника. Эффекта ноль – вокруг всё плыло и опасно пошатывалось.
– А что? Желание гражданина – для нас закон, – продолжил мой наглый собеседник. – Только не вздумайте умереть раньше времени – с поднятием и допросом трупов сейчас столько мороки! Волокита, знаете ли, одна. Бюрократы замучили.
В следующее мгновение меня резко приподняли за плечи и ноги и, уложив на носилки, понесли в сторону свежего воздуха.
– Так-то лучше. Мученический вид вам совершенно не идёт, лучше злитесь. Злость – лучшее лекарство от депрессии, – эта сволочь снова хмыкнула. – И вообще, на вас большая ответственность: вы, похоже, будете единственным толковым свидетелем в этом деле. Так что постарайтесь вспомнить всё как следует и остаться в живых хотя бы до беседы со следователем.
«Хрен вам, а не сведения!» – успела подумать измученная я и даже пальчик нужный оттопырила в сторону удаляющегося голоса, сил не пожалела.
А потом снова был спасительный сон без картинок, запахов и иной отвлекающей дряни.
…
Нир Горан Вук
«Чертов тачфон! Когда его, наконец, разорвет от количества звонков?!»
С раздражением сдернув с себя простынь, я сел на край кровати и с силой потёр уставшее от бессонной ночи лицо. В это время аппарат ненадолго затих. В голову даже скользнула нелепая мысль о том, что меня оставили в покое. Нет, не оставили.
– Слушаю! – гаркнул я, глядя на бликующий экран старенького аппарата и ожидая очередных невесёлых новостей.
– Привет, Горан! Ох, и помятая у тебя рожа, дружище, – жизнерадостная физиономия Данте окончательно испортила настроение – его звонок не предвещал отдыха в ближайшие часов восемь-десять, а то и больше.
– Говори, – ответил я, включив самый громкий режим связи и бросив тачфон на кровать. Хотелось кофе и закурить.
– Фу, мужик, ты хоть бы трусы надевал, что ли, я хоть и не ханжа, но предпочитаю вид женского тела, – раздалось недовольное бурчание из аппарата. – Кстати, о телах! – тут же спохватился парень. – Нашли Октавию!
– Мертва? – замерев с зажигалкой в руках, я приготовился к худшему.
– Пока нет. Но истязали её конкретно, так что будет нашим некромантам работёнка… Тут еще кровь предыдущих жертв, полуразложившийся мужик и девчонка посреди пентаграммы.
– Кто нашел? – прикурив, я с тоской посмотрел на кофе-машину. Не успею.
– Местные рабочие, у них отпуск закончился.
– Не понял, кто закончил?
– Ну, девчонка. Шестая жертва лежала в самом центре, Горан. Вид потрепанный, но в ушах бриллианты, на руке золотые часики, не простая, смекаешь?
– Ты допросил её? – натягивая брюки, я полуобернулся к тачфону, чтобы четче слышать, что рассказала девчонка. Нельзя было упустить ни одной детали.
– Эээ… нет. Она: «а» – практически без сознания и довольно-таки сильно избита; «б» – напиталась силой жертв, отчего её жуть как колбасит; и «в» – всё еще сильно пьяна. Похоже, гульнула ночью не по-детски. Перегаром от нее тащит просто за версту.
– И?
– И я отправил её в нашу клинику вместе с Октавией. Говорить о чем-либо сейчас бесполезно, уж поверь…
– Поверить тебе? Лучше проверю. Я еду в клинику, ты осмотри тело! Зафиксируй каждую мелочь! – рявкнув всё это в аппарат, я отключился и направился к выходу. Дело принимало очень нехороший оборот. Октавия Лонг… Если она умрет, а девчонка примет даже часть ее силы, то придется худо. Еще телохранителем не пойми у кого работать не приходилось!
Возмущенно фыркнув себе под нос, я схватил ключи от кара и вновь закурил. Нужно было многое обдумать. Кое-что из случившегося я давно предвидел, но явно не всё. Впрочем, была надежда, что и псих, наконец-то, просчитался.
Что ж, посмотрим, что там за «жертва номер шесть».
…
Ольга Кир
Давненько мне не было так хорошо. Душа просто пела от счастья, а тело от чувства полнейшего удовлетворения. Мы с Миросом лежали в обнимку на берегу моря. Вокруг ни единого постороннего: только чайки в небе, он, я и наша безграничная любовь…
– Кхм, кхм, – раздалось совсем рядом с нами, – я, конечно, прошу прощения, что вторгаюсь в такие интимные мечты, но у меня к вам безотлагательное дело.
– Что? – отпрянув от любимого, я обернулась, чтобы тут же наткнулась взглядом на женщину средних лет в белом плаще до земли. Она стояла и в упор смотрела на меня. Ярко-зеленые глаза незнакомки поражали своей глубиной и необычным внутренним светом. Никогда таких раньше не видела. – Кто вы такая?
– Еще раз прошу меня простить, – дама слегка наклонилась в мою сторону и заглянула через шезлонг Мироса. Мой жених загорал абсолютно обнаженным, не обращая никакого внимания на новое лицо. Я растерялась от подобного поведения. – О, вы, я вижу, чувствуете себя неловко из-за своего внешнего вида и времяпровождения, – дама обвела взглядом пустынный пляж и снова уставилась на меня. – Но это пустое, поверьте, милая. В силу своей работы мне регулярно приходилось видеть и не такое. Хотя обычно я стараюсь уйти незамеченной… Ну да ладно, позвольте, мы перейдем в мои грёзы, там будет гораздо удобней.