И Мир за стеной выбрал тебя...
Шрифт:
Мужчина аккуратно взял меня подмышки и помог встать на здоровую ногу. Дальше один из секьюрити дал мне в руки костыли, которые принес кто-то персонала аэропорта. Взяв их, я решила, что демонстративно буду натружено взваливать на них свое несчастное тело, чтобы этому угру стало стыдно – это он виноват в моей травме, пусть даже и косвенно!
Он преспокойно стоял и выжидал, пока я поднимусь и разберусь с костылями, пристально наблюдая за мной. Однако стоило мне пошатнуться, как тут же подхватил под руку, прямо, сама галантность! Когда мы,
– Я в жизни ничего подобного не видел! Вы кто? У Вас волосы каждое мгновение становятся другого цвета! А глаза… - он пристально посмотрел в мои глаза.
– Вы не похожи ни на японку, ни на кореянку. Так, кто же Вы, прелестная незнакомка? С такими данными, Вы явно не из простых смертных.
Я чертыхнулась про себя, произнесла заклинание для волос, и ответила:
– Вам показалось. Я по происхождению японка.
– Конечно. Такая же, как я – русский! Не поверю. В документах может быть написано, все что угодно.
– А Вы русский? Полагаю, Вы тоже говорите неправду. Я не очень разбираюсь в лицах, но судя по акценту, могу сказать, что Вы кореец! Вы – политик или какая-то известная медийная персона? – я вопросительно глянула на незнакомца.
– Ну, почти угадали. Бизнесмен. Похоже, даже обладаю некоторой известностью, судя по собравшейся толпе.
За разговорами я доковыляла, наконец, до самолета, и, заглянув в посадочный талон, попросила незнакомца, раз уж так вышло, любезно проводить меня до кресла. Но в место этого, мужчина сказал:
– У меня альтернативное предложение - давайте со мной? У меня точно будет удобнее. Я лечу бизнес классом. Думаю, персонал самолета не будет против, ведь так? – взгляд с прищуром обратился к сильно засмущавшейся стюардессе.
– Да, конечно. Мисс, Вы можете быть гостьей господина Ли.
Сильно сопротивляться я не стала. Срочно нужно было заняться ногой, которая страшно распухла и болела так, что периодически я начинала поскуливать. Меня посадили в кресло, перед которым было очень много свободного места. Бросив рядом на сидение куртку, я сняла кроссовки, стянула носок с больной ноги, и стала ее осматривать. Просканировав стопу, констатировала - трещина.
Первый раз в жизни я не знала, как поступить. Это было связано с энергией, которую мне необходимо было потратить на восстановление кости. На земле у меня было бы много всевозможных источников, чтобы помогать себе энергетически. Сейчас, когда самолет начал набирать высоту, и я почувствовала нутром, насколько эта система хрупкая и небезопасная, мне не откуда было взять внешнюю подпитку. Вариант приходил на ум в данном случае только один – обезболить и уже после посадки заниматься лечением. Вздохнув тяжело, я так и поступила.
Увидев, что я пытаюсь обратно натянуть на распухшую ногу носок, ко мне подсел господин Ли.
– Ну как? Удалось разобраться самой?
Он изучающе разглядывал мою стопу, с сомнением
Я старалась не показывать вида, что рассматриваю его. Он будет, пожалуй, повыше Тэхёна, крепкого спортивного телосложения, черноволосый, с тонкими благородными чертами лица. У него интересные глаза: карие, немного раскосые, похожие на изогнутый ивовый листочек. Небольшой рот с красиво очерченными губами его совсем не портит. В такого можно влюбиться и даже с первого взгляда. Интересно, а сколько ему лет?
Я подняла голову и, мельком взглянув в насмешливые глаза сидящего напротив господина, ответила:
– Я смогу это сделать только после посадки. К моему глубокому сожалению. Два часа как-нибудь перетерплю. И давайте общаться на корейском, раз Вы кореец.
– Хорошо, - господин «сама любезность» перешел на родной язык.
– Вас будут встречать?
– Нет, - я отвернулась к иллюминатору, за которым светило ослепительно яркое солнце.
– Вы без предупреждения прилетаете или Вас некому встретить? – не унимался мужчина.
– Можно узнать, для чего Вы интересуетесь? Хотите мне помочь?
– А если и так? Вас довезут туда, куда скажете. Кстати, меня зовут ЁнХэ, господин Ли ЁнХэ. А Вас, юная леди?
– Тэя.
– Тэя? Не похоже на японское имя.
– Какая разница, японское оно или еще какое-нибудь. Это ведь не принципиально. Я не могу принять Ваше предложение. Я еще сама не знаю, куда направлюсь.
– Это как? У Вас есть знакомые в Корее? Нет? Я не понимаю. Вы, что, летите просто так? Без всякой цели?
– Цель есть всегда и у всех. И у меня тоже. Но о ней всем подряд рассказывать необязательно. Это все.
Мужчина, молча, продолжал меня рассматривать. Чувствовалось, что у него в голове идет какой-то напряженный мыслительный процесс, наверно, решал к каким угровым хабам меня послать, но через некоторое время неожиданно выдал:
– Вы внешне очень необычная. Предположу, что Вы мечтаете стать айдолом или актрисой, так?
– Нет. Никогда не мечтала ни о чем таком, по крайней мере, здесь на Земле.
– Ого! Что значит, здесь на земле? А где не на земле? В океане или в космосе? – господин Ли заулыбался. – Может, на другой планете?
– Представьте, да! – я разозлилась. – Скажу только Вам и по большому секрету – я инопланетянка. А хотите, еще и докажу?
Господин ЁнХэ еще шире заулыбался, демонстрируя свои белоснежные ровные зубы и едва заметные ямочки на щеках:
– Конечно, хочу. Когда мне еще представится случай увидеть, как инопланетянка доказывает свое существование!
Я про себя ругнулась за свой несдержанный язык, но отступать почему-то передумала. Меня взяли на «слабо», и я на это не без удовольствия повелась. Немного поразмыслив, сформировала голому приличной величины с моментом, когда создавала и выпускала дракона перед публикой на площади у вокзала в Синдзюку.