i d22eb7fa14baa6c4

Unknown

Страшно каждый раз, как я иду из школы между стеной и этими проклятыми

плакатами с лицами Хладных.

Мое имя — Вивиан. Вивиан Торвальд. Мне полгода назад исполнилось шестнадцать.

Я уже шесть лет хожу, оглядываясь.

Внешность у меня обычная. Темно-русые волосы едва достают мне до плеч. Они

колыхаются едва заметными волнами. У меня близко посаженные глаза серого цвета и

прямой нос с едва заметной горбинкой. Губы полные, но лишь с намечающимся

контурами.

Но

это неважно для Хладных. Им важно лишь одно — я — девушка. А значит, для

них я лакомый кусок. Мне нужно бояться.

И я боюсь. И это неспроста.

Один из Хладных убил моего отца.

В день его гибели мне всегда становится душно в городке. Только тогда я хочу

вырваться за стену. Только тогда, меня не пугает мысль о том, что там полно Хладных.

Все в день его памяти мне кажется особенно ярким и режущим глаз. Мы всюду были

с моим отцом и старшим братом Оливером.

Тогда Хладный выбежал из-за угла дома, когда еще солнце было в зените.

Мы с отцом и мамой возвращались из больницы, где маме с папой сообщили о том, что у них будет ребенок. Тогда, в животе моей мамы уже была моя сестренка — Ванесса.

Зная все это, папа не мог позволить забрать Хладному мою маму. Мне было тогда

пять лет. Оливер остался дома смотреть фильмы. Я же увязалась за ними, хныкая.

Странно, но мне не снятся кошмары из-за того случая. Но каждый день у меня встает

перед глазами эта картина, когда Хладный сворачивает шею моего отца.

Еще бы минуту и он был бы жив. Армейцы прибежали, опоздав.

Отец был мертв.

Он спас нас с мамой, пожертвовав собой.

Несс никогда не видела своего отца.

Вчера ей исполнилось десять. Ее отсчет начался, как и мой когда-то. Шесть лет назад.

Она напугана. Моя мама с детства внушала ей ужасы о Хладных. Я тоже молча

слушала их, понимая, что мама очень боится за меня и Несс.

Оливер, единственный мужчина в нашей семье, всегда издевается надо мной, когда

этого не видит мама.

Уходя на очередную ночную тусовку, он с ядом в голосе произносит:

– Я оторвусь и за тебя, моя дорогая, Вив.

Потом он вздыхает. И в этот раз он искренен как никогда.

– Жаль, что на ней не будет девчонок.

Он чмокает, сидящую в своем любимом кресле около двери, Несс и отправляется

гулять. Я всегда бешусь. Но быстро отхожу.

Несс и Оливер — с оливкой кожей как у нашего отца.

У них такие же как и у него темно-каштановые волосы и карие глаза. Я же взяла от

него лишь упрямство и желание к свободе.

Внешностью я в мать. А вот характер ее передался моим брату

и сестре.

Мы все разные.

В Оливере и Несс имеется та нотка оптимизма, которой так порой не хватает мне.

Они могут жить и не замечать всей этой огромной клетки, в которую мы себя сами

загнали из-за жажды власти. Они умеют закрывать на все это глаза.

Я не умею.

Я отличаюсь. Лишь отец понимал меня, но теперь его рядом со мной нет.

По городу слышится сирена. Она словно купол накрывает меня.

Я зажимаю уши и ускоряю свой шаг. Бегу домой. Мама будет волноваться.

***

Залетаю домой. Дышу очень быстро, стараясь вернуть спокойствие в себя.

Оливер сидит на диване, сложив ноги по-турецки, и смотрит фильм по телевизору.

Мама собирает себе еду на работу. Она сегодня в ночную смену на консервной фабрике.

Несс несется ко мне, обнимая:

– Виви!
– с детским восторгом кричит она мне на ухо.

– Что красотка?

– Ты купила мне что-нибудь?!

Несс учится дома. Мама считает, что на нашу семью одной безголовой девицы как я, хватит.

Если бы не желание отца, чтобы я закончила колледж, то мама бы и меня сделала

домашней затворницей. Она очень боится за нас с сестрой.

Но я хожу в колледж. Предпоследний класс.

Класс, в котором, помимо основных предметов, нас учат как отличать Хладных от

простых людей. Но это не нужно. Я считаю так.

Более красивых людей, чем Хладные, я не видела. Правда, я никогда и не покидала

наше гетто.

И Несс всегда просит меня купить ей что-нибудь.

Я покупаю. На сэкономленные деньги от обедов.

Иногда шоколад, а иногда какие-то безделушки у дяди Сэма, что держит свой

фургончик у нашего колледжа.

Только там старик может толкать свои вещицы детям. Куклы, что он шьет разных

размеров, не нужны мальчикам. А девочек мало на наших улицах.

В нашем колледже нас всего одна треть на две трети пацанов.

– Ну же!
– требовательно переминается с ноги на ногу Несс, отрывая меня от

размышлений.
– Что ты мне принесла?!

– Отстань от сестры, Ванесса!
– строго говорит ей из кухни мама.

– Зажилила, да, Вив?!
– оглядывается на нас Оливер, сверкая своей улыбкой.

– Почему ты еще не свалил?
– злобно интересуюсь я у него. Брат пожимает плечами и

молча возвращается к просмотру фильма. Я глажу по голове нетерпеливую сестру.
–

Принесла, моя красавица!

Я достаю из заднего кармана своих старых и потертых джинс шоколадный батончик с