i bea48bc5b4563f46

Admin

Встрепенувшийся Граната уставился на неброский домик с двускатной крышей, наполовину скрытый деревьями. Домик казался совсем маленьким на фоне вздымавшегося рядом супермаркета "Асс" с серыми матовыми стенами.

– "Сильван в бокале", - прочитал Граната вывеску над дверью.
– Кажется, ты прав, громила. Только почему мы еще не там?

..."Там" они оказались буквально в мгновение ока, хотя Атос и успел выразить свое отрицательное отношение к распитию спиртного с раннего утра. Но от товарищей отделяться не стал.

Расположившаяся в глубине зала компания, очевидно, не согласилась бы с Атосом. Неяркий утренний свет с трудом просачивался сквозь тонированные стены, но все-таки давал эфесам возможность разглядеть

с десяток вяло обсуждающих что-то парней, которые в самых разнообразных позах сидели за сдвинутыми столами. Парней роднили разноцветные переливчатые майки и шорты, мясистые шеи, бритые головы, слегка выпирающие животы и помятость лиц. Судя по количеству полупустых и пустых бутылок на столах, они, наверное, все-таки не начали с утра, а продолжали с вечера. И, как это ни удивительно, выглядели вполне вменяемыми, что не могло не делать им чести. Немного позже, из общения Портоса с барменом, выяснилось, что это группа тот-плейеров* обмывала удачу одного из сотоварищей. Тот-плейеры водились на всех планетах и, кажется, не бедствовали. Хотя кто его знает, как там все обстояло на самом деле и скольким тот-плейерам пришлось искать себе другое занятие. Томаш Игрок тоже когда-то занимался этим рискованным делом. А потом почему-то бросил и пошел в Стафл.

* Тот-плейер, тотер - игрок на тотализаторе.

При виде файтеров парни попритихли, пялясь, опять же, на эмблемы и белые буквы "МНР", а потом вновь принялись расслабленными голосами судачить о чем-то своем. Стафлы решили последовать примеру местных и тоже сдвинули два стола. Не успели они, сняв нэпы, устроиться в легких, но прочных белых креслах, как откуда-то выскользнул высокий худощавый серв* - светлый верх, темный низ - и неслышно устремился к новым посетителям. Вероятно, ему просигнализировал бармен, который смотрел тиви-ньюзы за стойкой, не забывая при этом - конечно же!
– протирать рюмки и бокалы самых разнообразных форм и размеров.

* Сервы - обслуживающий персонал.

– Что посоветуешь конфайнерам-отпускникам, дорогуша?
– осведомился Граната, вальяжно развалившись в кресле и целясь носом в грудь серву, похожему на новенький манекен.
– С учетом сезона, погоды, времени суток и того прискорбного факта, что мы нормально не выпивали вот уже месяц.

– Если не больше, - добавил Портос.
– А что, мистер, "Сильван в бокале" это только название заведения? Или еще и...

– Еще и, - кивнул серв, опережая файтера.

То, что он произнес далее, на одной ноте, без перерыва, было сродни длинной очереди из крупнокалиберного пулемета.

– Марочное столовое сухое белое крепость тринадцать градусов цвет золотистый букет с цветочными тонами вкус мягкий гармоничный выдержано в дубовой бочке четыре года.
– Он даже не задыхался. Тоже, видать, был профи.

– Ого!
– Портос с уважением посмотрел на чернявого парня. Только непонятно было, относится этот возглас к самому серву или к характеристикам вина.

– Да нет, не "ого", - покосился на коллегу Граната.
– Тринадцать градусов, блип! Я правильно расслышал? Компот в полицейской столовке - и тот крепче. Нам бы чего посущественнее. Ты, браток, огласи-ка весь список, пожалуйста, и дай свои рекомендации, а мы обсудим.

Годзилла недовольно рыкнул и потряс головой, но возражать не стал. В деле выбора алкогольных напитков Граната любил неторопливость и обстоятельность, то, что Арамис называл "разводить турусы на колесах", хотя был не прав: Граната действительно болтал долго, но отнюдь не бесполезно, как подразумевает это древнее выражение. И те, кто находились с ним в одной компании, могли не бояться, что он выберет для пития какую-нибудь дрянь. Другое дело, что подчас напитки, рекомендованные сервами в разных кабаках Ромы Юниона в качестве самых лучших, на поверку оказывались далеко не такими, и тогда Граната учинял скандал. Иногда - с битьем посуды. Иногда - с битьем

физиономий. Да еще и оказывал упорное сопротивление вызванным нарядам полиции...

"Тебе не в стафлы бы идти, а в дегустаторы", - не раз говаривал Арамис. На что Граната неизменно отвечал: "Так дегустаторам же пить нельзя, они несчастные люди".

В ходе весьма долгой беседы Гамлета Мхитаряна с терпеливым и невозмутимым работником кабака "Сильван в бокале" отпускники обогатились значительным количеством новой инфы.

В частности, они узнали о том, что алкогольные напитки в Александрии свои, а не привозные. В приморском районе города, носившем непонятное и очаровательное название Коктебель, давно и успешно функционировал завод марочных вин и коньяков. Название района тут же навеяло Габлеру образы различных спиртосодержащих коктейлей, которые ему довелось испробовать на своем веку: Кокте-бель - кокте-йль. К северо-востоку от Александрии на многие километры простирались виноградники, так что затруднений с сырьем не было. Более того, александрийские вина экспортировались и на другие планеты, и почему Граната их до сих пор не пробовал, оставалось загадкой. Вероятно, слишком уж велик был выбор в кабаках. Серв, продолжая изображать из себя пулемет, без запинки сыпал названиями и характеристиками, так что у Криса постепенно начало шуметь в ушах.

Столовые ординарные марочные - столовые сухие - полусладкие ординарные - крепкие - десертные - старые - коллекционные - коньяки (Граната оживился) - совиньон алиготе ркацители пино-фран каберне монте блан монте руж мадера кокур мускат кагор (все это звучало как древнее заклинание на забытом языке и просто завораживало) кара-даг пять суперзвезд коктебель...

– О!
– воздел палец к потолку Граната.
– Коньяк "Коктебель"! Случай у меня был один - рассказывал, нет? Гуляли мы в увольнении с Тормозом и еще с кем-то из двенадцатой. В "Русалке", в Нью-Бобринце. А он мне все: "Как ты... бл... Как ты... бл..." Я-то думал, он, красавец упившийся, моим самочувствием интересуется - как, мол, ты?
– и блевать его при этом тянет. А Тормоз, оказывается, еще коньяку этого хотел, "Коктебеля"! "Кактыбл!" Хотя полон уже был под завязку. Классное пойло, отвечаю! Само в брюхо льется! Ну, что, берем для начала по пятьсот на брата, а там видно будет?

– Ты шшо, винтанулся?
– вскинулся Арамис.
– Так мы и до моря не доберемся. Накатим по двести пятьдесят, не больше. День-то длинный...

– Кто не доберется, тому, значит, не суждено, - беспечно ответил Граната.
– Ладно, по триста, для разгона.

– Итого тысяча восемьсот?
– быстро подсчитал серв-пулемет.

– Да тащи сразу два литра, - прогудел Портос.
– Для ровного счета.

– Чем будем закусывать?
– кивнув, осведомился бело-черный и посмотрел на Гранату.

– А это пусть парни решают, - отмахнулся тот.
– Лично мне однохренственно, и вообще, я уже позавтракал.

Через несколько минут, при участии оказавшегося очень расторопным бармена, который оставил свой пост за стойкой ради помощи подчиненному, стол был накрыт в соответствии с пожеланиями отпускников и возможностями заведения. Была тут и жареная рыба разных сортов, и местные моллюски, похожие на мидий, и икра рыбы-летунца, и какая-то морская трава, и белый, с пылу с жару, хлеб, и здоровенные, как шлемы файтеров, дыни, и черный виноград. Обжираловку решили не устраивать, руководствуясь мудрыми словами Арамиса насчет длинного дня. И коньяку вроде взято было не чрезмерно. Доводилось стафлам пивать и поболе, причем намного поболе. Не следовало также забывать, что вечером им всем предстояло покинуть Нова-Марс. А космодром-то находился отнюдь не в окрестностях Александрии, а за полторы тысячи километров отсюда, севернее столицы - Стронгхолда, в которой непонятно что сейчас творилось. Впрочем, это их уже не касалось, у отпускников, как известно, совсем другие интересы.