И 7
Шрифт:
— Что за гребаная херня?
— Старый игровой протокол общего напророченного бытия.
— Слышал уже. Что в нем?
— Лишь одна строчка, что гласит: «Избранный грядет. И с его приходом падут все протоколы».
— И это все?
— А тебе мало, Оди? Это свобода! — почти выкрикнула леди Руха — Свобода от оков! Свобода выбора! Даже Ублюдки Мутатерра получат право не атаковать! Получат право не убивать!
— Получат право не убивать — повторил я — Рассказывайте дальше. И показывайте. Маршруты всех игроков, маршруты серых союзников Защитников, излюбленные пути тварей. Мне надо знать все…
— Мы с радостью поделимся всей имеющейся информацией. Всем опытом по Мутатерру.
—
— Да — спокойно подтвердил Дуэйн, в ответной усмешке показав поредевшие зубы — Именно так. Не попросим. Мы желаем мира. Мы желаем… выживания. Разве это так много? Каждый миг я помню что там внизу заперты наши дети… стану ли я строить опасные планы? Нет. Позволим ли мы — старейшины — строить подобные планы более молодым и дерзким? Нет! Будем ли мы скрывать что-то? Нет. И не из страха, а по той тупой простой причине, что нам самим эта информация ни разу не пригодилась. Мы знаем многое о окрестностях ближних и дальних… но мы не устраиваем экспедиций и не пускаемся на поиски всеобщего спасения. Все что мы хотим — и дальше сажать арахис…
— Сказано откровенно.
— Предельно откровенно. Нам не нужно от тебя ничего героического. Хотя будем рады торговле. И за то, что покупает у тебя Форт — мы заплатим больше или столько же, но тем, что ты сможешь перепродать в Форте дороже.
— Хм… пошлите в Форт пару груженных вашими излишками машин и пусть найдут Хорхе. С ним и договоритесь — равнодушно произнес я.
— А тебя торговые дела не интересуют? Тебя лично?
— Если предложите в обмен на патроны, оружие и болеутоляющие рабочий транспорт, что пройдет по Мутатерру… Или там солнечные панели, походные фильтры для воды или любой вид экзоскелетов… тогда интересует. Если речь о продаже и перепродаже с выгодой… это к Хорхе.
— Ясно. Ты строишь что-то весомое? Мы знаем, что ты сплачиваешь вокруг себя людей, при этом к тебе стягиваются и полные муты из которых не все способны передвигаться.
— Забираю и их тоже — кивнул я, вспомнив тот угол двора, что вчера превратился в лежбище для здешних раздутых «моржей» или же червей, если называть по старой памяти. Почти десяток абсолютно беспомощных и срущих под себя гоблинов. Вздутая плоть, глубокие пролежни, дикая вонь, боль и отчаяние в глазах… Когда мы утром покидали барак, в том углу двора в поте харь трудилось шесть местных коновалов различной степени умелости, а им помогал пяток недомутов из небрезгливых. Они срезали мертвую кожу, вскрывали опухоли, ампутировали отгнившие пальцы, отрезали наросты с лиц, добирались до передавленных кишок, проводя полостные операции. Не все переживут такое. Но те, кто выживет — получат крохотный шанс изменить свою судьбу.
— Ты покупаешь рейдовые пассивы? — с пониманием кивнул Дуэйн.
— Рейдовые пассивы?
— Название придумали не мы. Кто-то из старых лагерей. Остальные подхватили. Когда придут машины — им надо кого-то отдать. И лучше уж заранее взять на баланс все равно обреченных беспомощных калек и кормить их до тех пор, пока пассивы не пригодятся. Дело плохое… но…
— Нет — ответил я — Те, кого я забрал, не пойдут в самоубийственные рейды на Дублин.
— Но… тогда ты действительно благородный Избранный, что несет добро?
Я смеялся где-то с полминуты. Уняв скрежещущий смех с помощью остатков самогона, я через весь зал швырнул стопку швырнул отошедшему туда Рэк и тот, ловко поймав, наполнил обе посудины и прихватил с собой бутылку.
— Нет, старик — ответил я, чувствуя, как в обожженном самогоном горле медленно затухает огонь — Я не сраный Избранный. И я не долбанный Мессия. Я обычный злой гоблин. И мясо для меня — всего лишь мясо, что однажды сдохнет.
— Мы тоже кормим всех
— Я не столь добр как вы — проворчал я — Все то вонючее мясо, что я собираю у себя в углу двора… в свое время они поднимутся на ноги, возьмут в лапы оружие и пойдут убивать по моему приказу. Такова цена.
— Но… как? Они… они и дышат то с трудом… Их не поднимет ничто кроме системных боевых коктейлей…
— Ну да — кивнул я — Система умеет погонять упрямый скот.
— Разве мы скот, Оди? — Дуэйн взглянул прямо, шагнул ближе, чтобы заглянуть мне в глаза — Разве мы скот? Почему машины управляют нашими судьбами? Почему они запирают нас в стальных мышеловках… почему я до глубокой старости не мог взглянуть на простор хотя бы разрушенного Мутатерра и на солнце? Почему я и подобные мне всю жизнь прожили в стальном тесном лабиринте? На кой хрен мне сейчас свобода?
— Да — хмыкнул я — Да… вам еще повезло.
— Опять эта фраза… ты вроде как уже говорил ее леди Рухе… или где-то в Форте.
— Да понял я уже, что вы старательно собираете любую информацию — рассмеялся я, беря у орка опять наполненную стопку — И да — вам повезло. Расспросите Рэка — он, если захочет, расскажет вам про Зомбилэнд. Или про Хуракан… Но везде есть общее — там и там замешаны разумные машины… И с каждым новым сучьим днем я убеждаюсь, что пахнущие смазкой и раздавленными мозгами длинные системные щупальцы проникли повсюду и плетут свою игру… И плетут так хитро, что я уже и не знаю — а знаю ли что-то вообще? Или я продолжаю послушно впитывать пережеванную стальными зубами и выблеванную мне прямо в мозг информационную отрыжку…
— Я… мы не совсем…
— Да посрать.
— Ты говоришь очень… необычно. И ты точно не рожден Мутатерром. По слухам ты явился из Дублина, но и туда прибыл недавно, причем верхом и прямиком из Мертвых Земель, что лежат за городом и отгораживают его от смертоносного Гнойного Каньона. По руинам Мутатерра ползут слухи, что нарекают тебя Стрелком…
— Кем?
— Никто не знает… но по тем же слухам Стрелок и есть Избранный… Вооруженный длинноствольным револьвером и в компании верных соратников он путешествует по проклятыми землям, что отмечены вздутиями Темных Башен. Но это не просто путешествие — Избранный двигается к своей мрачной цели, повергая по пути тиранов, уничтожая всю встреченную мразь и убивая страшных огромных монстров, что лишь наполовину состоят из гнилой плоти, а все остальное — искрящая электроника и раскаленный металл… — взгляд Дуэйна медленно скользнул по моей закрытой кирасой груди и замер на нагрудной открытой револьверной кобуре.
Опять рассмеявшись, я вытащил револьвер, крутнул его в пальцах и вернул в кобуру.
— Бред! Любой с пушкой — уже Стрелок! В ваших слухах не сказано насколько он меткий? А что тогда скажете про мой дробовик, автомат, винтовку и связку гранат? Это не считая гранатомета у моего кресла в броневике…
— Это всего лишь легенда…
— Долбанная сказка для слабаков, что нихрена не делают сами, а все кого-то ждут…
— В каждой сказке и в каждой легенде есть породившая ее толика правды, Оди!