И-5
Шрифт:
– Может и прокатит – глянул на капитана Сэд.
– А может не прокатит и будем мы сосать херы охранников в Паскудосе… – вздохнул Эд.
– Может и будете сосать – кивнул я и подопнул задумавшегося в дверях Сэда – Курс на сраный Чернодр!
Глава четвертая
– Инфернально! – ахнула старая сука и плюнула кровью – Сучий буй!
Зажав дыру в груди, она рухнула в гнойную воду, утянув с собой на цепи мертвое тело, прикованной к ней и забитой до смерти пленницы. Последнюю я особо не рассматривал, но заметил, что выглядела она как кусок застарелого говна с выдавленными палочкой грубыми чертами лица, многократно окунутого в раствор кислоты.
– Да
Все происходило на небольшом островке посреди каньонной реки. Островок являлся грубо отделанной пристанью, от которой шел достаточно широкий мостик к тому, что можно было с уверенностью назвать кучей окаменелого дерьма – несколько причудливо лежащих друг на друге каменных глыб разного размера. Промежутки между ними были заделаны каменной кладкой, дощатыми стенами, пластиком и всем, что попалось под шальную руку вечно бухого строителя – включая собственное дерьмо и комья грязи. Все это дерьмо из лежащих друг на друге и непонятно как не падающих глыб было почернелого цвета и обросло столь же темными странными водорослями… или это был мутировавший лишайник. Свисающие плети то и дело касались текущей под ними воды и тут же отдергивались как от ожога.
– Чернодр! – с излишним почтением и отчетливым страхом проблеял стоящий на носу Сэд, закутанный в длинный плащ с большим капюшоном, под которым поблескивали линзы очков – Третий форпост! Отголосок темной древней историй Гнойного…
– Завались…
– Ну да… херня это все…
Удивительно, но ведь эти двое старперов, что вывели других закованных старперов на убой, видели приближение корабля. Но никак не отреагировали. Более того – подставили нам спины, презрительно игнорируя.
– Это тюремщики! Они вывели решивших сдаться на последнюю прогулку – пояснил Сэд – Таков ритуал… хотя ты прав – херня это все. Но… есть что-то мрачное и красивое в смерти рядом с отравленной бушующей водой, закованной меж величественных стен страшного каньона. Здесь родился – здесь и умрешь… – осекшись, Сэд развел руками и куда тише добавил – Мы ждем. Не сомневайся, Оди – мы дождемся. Мы дали слово! А команда Мульроса слов в дерьмо не макает!
– Дождетесь? – удивился я и ткнул рукой в сторону каменной кучи дерьма, похожей на уродливую никчемную скульптуру – Вперед! Сообщи придуркам из ваших, чтобы не дергались при виде меня, если не хотят сдохнуть. И расспросите про двух пленных девок. Потом давай за мной.
– Так может ты просто рацию передашь… Оди… там ведь… – он снова замолчал, поняв, что я не слушаю и шагаю к мостику – Ох… ладно… я сам передам…
Через пару метров он протрусил мимо, пробежал по мосту и начал подниматься, с трудом удерживая равновесие на скользкой каменной тропе и избегая приближаться к тянущемуся к нему лишайнику. Накинув на шлем мокрый капюшон рваного плаща со следами крови, я ускорился за ним, наступая в те же места и вообще стараясь держаться за его фигурой – не только прикрытия ради, но и чтобы привлекать к себе меньше внимания. Корабль остался за нами, едва подрабатывая двигателями – Мульрос что-то говорил про истощающиеся батареи, что можно подзарядить лишь в одном месте их участка Каньона. Услышав пару слов описания, я догадался о каком месте он говорит…
Сэда я догнал у самого входа, являющегося обычной по сути деревянной низкой дверью, втиснутой под нижнюю глыбу. Нервно отстучав по ней что-то ритмичное,
– Чернодр – нагромождение почти бесформенного. Старики говорят, что это как не вылепленное будущее, как не выкованный металл, как…
– Это дерьмо с дверкой – буркнул я.
– Тоже верно… – согласился Сэд и отлетел в сторону, получив удар резко открывшейся двери.
– Пароль! – радостно осклабился пригнувший голову амбал, высунувшись наружу – Шепни мне нежно сракой… хык!
Отступив, я позволил его отрубленной башке упасть и укатиться вниз, где ее тут же опутали жадные плети черного лишайника. Переступив фонтанирующее кровью безголовое тело, я вошел внутрь и повторил удар, лишив башки лысого старикашки, что потянулся за обрезом. Выпнув кривляющийся мяч за дверь, я нашел ведущую вверх лестницу из досок и дернул к ней Сэда.
– С отъезда здесь оставалось трое – проблеял тот, явно стремаясь подниматься.
Я всунул ему в руки обрез – проверив сначала есть ли патроны – и мотнул головой в сторону выхода:
– А те двое на островке?
– Они транзитом с Паскудоса.
– Там дверь на мостик?
– Угу. А в сторону – комнатухи форпоста.
– Убей третьего – поощрил я.
– Третью…
– Да посрать.
– Л-ладно… попробую… но мои руки в смазке, а не в чужой крови… ой!
Словив мотивирующий пинок под жопу, Сэд взлетел наверх обоженной постапокалиптичной птичкой. Я поднялся следом. Мы свернули, поднялись по еще пяти грязным ступеням – я бы трахнул весь штатный персонал за такую грязь – и… Сэд шарахнул из обоих стволов, накрыв мелкой дробью мирно спящую сидя жирную девку в слишком тесном для нее кожаном бикини, что утопало в дряблых волосатых телесах. Словив пузом и сиськами весь дробовый букет, девка подскочила, ударившись башкой о низкий каменный свод и рухнула без сознания. Тихо рассмеявшись, я толкнул остолбеневшего мужика в нужную ему сторону, напомнив:
– Расспроси!
– А… да… она же еще жива…
Наступая на мягкое, ломая податливые кости, я не ответил, просто вывалившись наружу и оказавшись на уже виденном снаружи хлипком подвесном мостике, что вел к тому, что здесь нарекли Паскудосом.
Ну… выглядит это как стена из подручного дерьма, к которой ведет мостик и того же материала. По словам Мульроса и его парней – а они только слышали, но не бывали там, чему сильно рады – Паскудос представляет собой здоровенную выемку в стене каньона, расположенную слишком близко к воде и потому постоянно хапающую ядовитые кислотные испарения. Жить тут нельзя. Быстро умереть тоже не получается. Это как дырявая газовая камера смерти, где каждый вдох почти смертелен, но именно что почти и лишь приближает к смерти. Прямо как жизнь… паскудная жизнь в Паскудосе…
Перейдя мостик, я оглянулся и увидел, как по островку торопливо бежит небольшая группа гоблинов. Они пересекли островок, привычно взлетели по трапу, втекли внутрь надстройки и дверь захлопнулась. Задержавшись на минуту, я терпеливо ждал, глядя на корабль и лишь краем глаза посматривая на замершую у входа в Паскудос фигуру с топором на длинной рукояти.
– Эй! Ты еще кто, гноесос?! Обзовись!
Не отвечая, я терпеливо ждал, глядя на покачивающееся у пристани судно. Еще пять секунд… десять…
– Кто ты такой, отсос?! Напряги губы, пока я не заставил тебя напрячь жопу в рвотном кровавом порыве!
Двадцать секунд…
– Крутым и дерзким себя возомнил? – в голосе орущего зазвучала предсказуемая тревога и легкий страх. Он видел лишь плащ. Но кто скрывается под плащом? Вдруг один из явившихся с досмотром боссов, что быстро вырвет язык за такие слова – Я на посту! Я в своем праве!
Еще десять секунд…
– Я просто выполняю свою работу… сэр…
– Сэр – хмыкнул я – Сэр…