И 3
Шрифт:
– Есть. Эльфийский заповедник — проворчал я — Заповедные земли. Ладно… я понял тебя, Управляющая. Никаких обид с моей стороны нет. Ты ведь это хотела услышать, машина? Мое обещание, что однажды я не явлюсь сюда с огнеметом?
– Да.
– Никаких обид, железяка — кивнул я и пошел к двери — Через два-три дня я уберусь отсюда. И двинусь к Франциску II. Можешь звякнуть Камальдуле и сказать ей об этом. Хотя она и так знает…
– Спасибо, коменданте Оди. Если однажды тебя на самом деле выбросят… я подберу тебя. Обещаю. Даже если ты более не будешь приносить пользу. Говоря твоим
– Щедро — хмыкнул я.
– Каппа, Хорхе, Ссака и все прочие члены твоего текущего отряда могут рассчитывать на то же самое.
– Теперь точно щедро.
– Она уходит.
Развернувшись, я глянул на экран. Качающийся шагоход удалялся. Сольпуга выбрала жизнь, а не смерть в атаке мстителя. Что ж… ее выбор.
Шагая к выходу, я громко спросил:
– Ты хоть раз видела в воздухе летающие острова, Управляющая?
– Четырежды. Трижды это был один и тот же остров, что шел одним и тем же курсом с крайне медленной скоростью. Каждый раз он появлялся с одинаковым промежутком времени. По моим расчетом он раз за разом огибает планету.
Я остановился. Посмотрел на помятый шар висящий над встревоженным озерцом.
– И когда он был здесь последний раз?
– Если ты хочешь спросить о времени, когда он должен появиться здесь снова… по моим расчетам он должен появиться здесь через семь суток и одиннадцать часов. Точнее сказать не могу — считаю, что на летающий остров влияют погодные условия вследствие чего я не могу предсказать точное время его появления.
– Раз на него влияют погодные условия, значит он не корректирует свой путь. И раз он появляется здесь регулярно и идет одним и тем же маршрутом…
– Я пришла к тому же выводу, коменданте Оди. Остров идет на автопилоте.
– Ты определила принадлежность острова?
– Да. Судя по постоянно исходящей с летающего острова служебной информации это Россогор-1. Штаб-квартира корпорации Россогор.
– Ладно — кивнул я — Ладно…
– Планы на следующий день, коменданте?
– Вычищу твой затылок от гнили — рассмеялся я, махнув рукой вверх и назад.
– Отрадные новости, коменданте. И спасибо… спасибо…
– За что?
– За то, что не придешь сюда с огнеметом.
– Ну да — хмыкнул я — Ну да…
Все скрывавшиеся в уцелевшей части здания твари явно не были рады моему возвращению. Но я поднял им настроение, первым делом превратив убегающего крохотного плукса в кровавое облачко с помощью дробовика. Повернувшись к Хорхе, что уже достаточно грамотно занял позицию чуть позади, я приглашающе кивнул:
– Вперед. Остальные твои.
– Есть!
Голос гоблина не дрогнул. И неудивительно — за время нашего похода к речным руинам Хорхе столько всего навидался, что темный коридор с мелкими плуксами уже не мог его особо впечатлить. Вскинув оружие, он дважды выстрелил, вернув к коридор гулкое эхо. Со второго раза попал, прикончив еще одного плунарного ксарла.
Я сместился назад, заодно подтолкнул вперед парочку откровенно боящихся гоблинов, что решили «опробовать свое мужское начало», как выразился один из них. Они не были моими —
Мокса хотела дать знать всем, что власть скоро изменится и что она претендует на опустевшее место — мол если есть что сказать, говорите прямо сейчас. Резон Дырявой можно понять — если кто рискнет сейчас с недовольством натужно наморщить жопу, и я решу, что этот ушлепок не станет жестким правильным лидером, то я его просто грохну. Мокса загребает жар моими руками. И не скрывает этого. А мне посрать — не первый и не последний раз меня используют как волнолом. Уверен, что она даже мечтает о том, чтобы кто-нибудь пыркнулся прямо сейчас — после показательной кровавой казни потом уже долго никто не решится попытаться шатнуть молодое дерево власти.
Управляющая же… она хочет оценить реакцию каждого жителя на новость о моем скором уходе. Ей хочется знать кто этому обрадуется, кто опечалится, кто захочет уйти со мной, а кого по-прежнему накрывает индифферентная похеристичность ко всему кроме дурманных грибов.
Они обе собирают информацию и выжидают. Их затерянный в джунглях крохотный мирок получил приток свежей крови и современных благ. У них все хорошо. Будущее заиграло новыми яркими красками.
Когда мы заходили внутрь, опять пробираясь через завалы, там снаружи как раз шло бодрое голосование, начатое какой-то энтузиасткой древней хрени. Она, захлебываясь от восторга, предложила переименовать Вест-Пик в Нью Эльдорадо Магнифико. Вот же сука долбанутая… хорошо, что мы уходим. Иначе начались бы смерти…
– Сеньор? — чуть напряженный голос Хорхе вырвал меня из ленивых размышлений, и я кивнул, подтверждая, что им придется лезть в ту темную вонючую дыру из которой сочится бурая тягучая жижа.
– Святая Мария и Матерь еешная! — сипло заявил замыкающий гоблин и опустил обрез — Нет. Нет, сеньоры. Я в эту жопу не полезу! Я охранником стать хочу, а не гребанным героем с алмазным болтом! Мерде! Я ухожу!
Круто развернувшись, он впервые показал настоящую решительность, двигаясь быстро и целеустремленно. Не оборачиваясь, схватившись одной лапой за торчащую из разрушенной стены арматурину, прижимая другой рукой к животу болтающий обрез, он окунул голову в провал и уже оттуда крикнул:
– Я сам справлюсь. А вы идите… Ох!
На наших глазах из-под его ноги выскочили скользкие камни, и он рухнул на пузо. Задергавшись, начал подниматься, изрыгая ругань.
Выстрел…
После прокатившегося эха наступила звонкая тишина, что секунды через три была нарушена моим смехом. В проломе дергалась жопа стрелка, ругань была сдавленной и перемежалась всхлипами искреннего ужаса.
– Я не справлюсь — выдавила наконец темный пролом — Не справлюсь… я руку себе отстрелил… вот сука… сука! Мерде! Зачем я сюда поперся?!