i 0a3a4f30eeb528b3

Admin

– Саша, - укоризненно заметила Виктория Олеговна.
– Ты не хуже меня знаешь, что на воздухе в любом случае аппетит волчий, а вы едете не отдыхать, а работать. Так что - бери и - без разговоров. Как медик советую.

– Ну, если вы настаиваете...
– Сержант вопросительно посмотрел на полковника.

– Именно настаиваю.
– снова завладела ситуацией Виктория.

– Тогда я возьму.
– водитель достал из кармана сложенный "квадратиком" пакет-сумку защитного цвета и быстро упаковал в него пакет с провизией.
– Спасибо. От всех нас.

– Опять ты обскакал меня, Саша.
– шутливо поморщился Сергей Валентинович.
– Это всё

же моя жена...

– Прошу прощения, экспромтом получилось. Но всё равно - огромное спасибо. Это ведь - для всех офицеров и солдат...

– Угадал, Саша.
– Виктория Олеговна улыбнулась.
– Все в порядке, Сергей?

– Да, Вита.
– офицер поцеловал жену и подошел к двери.
– Подумай хорошенько о Рывке. Не гони...

– Не буду...

– Мы пошли.
– он открыл дверь и пропустил вперед водителя.
– Буду, как всегда, к субботе, не раньше.

– Знаю, Сергей. Успехов.

– Тебе также.

– Сергей Валентинович, простите. Это правда, что Виктория Олеговна думает о президентстве?
– Александр не первый год был водителем у полковника и потому хорошо знал многие обстоятельства его семейной жизни. Они не спеша шли вниз по лестнице, проигнорировав лифты и эскалаторы с гравитоннелями. Потапов раскланивался со знакомыми ему соседями.

– Хорошо, если только думает, Саша. Ей всего двадцать восемь, а она вчера мне слишком хорошо по многим уровням и признакам доказала, что проблем в Медслужбе Нижнего больше чем достаточно. И она колеблется.
– полковник сел рядом с водителем в небольшой разъездной автомобиль со знаком Вооружённых Сил России. Водитель положил пакет на просторное заднее сиденье и липучки обвили его своими лентами, не давая опрокинуться или накрениться. Потапов просмотрел информацию на трех плёночных миниэкранах.
– А как у нас дела с объектом пятнадцать?

– По плану испытаний сегодня - развёртывание комплекса в полной мере. Впервые после третьих отладочно-стендовых испытаний.
– водитель вывел машину на тихую улочку, уходившую в дачный пояс, окруживший населённый пункт.
– Через час будем на месте. Или ускориться?

– Не надо, Саша. Я пока поразмыслю.

– Хорошо.

Выезд на полигон прошел нормально и Сергей Валентинович Потапов с удовлетворением подписал все пластики, необходимые для принятия серии новейших комплексов на вооружение. После короткого празднования, ставшего уже традиционным, он вернулся к себе в дивизию.

Виктория Олеговна Знаменская оказалась права - в России снова начали проявляться весьма негативные тенденции. Постепенно об их существовании и вредоносности узнавало всё больше и больше людей. В российском обществе одновременно формировались и действовали уже хорошо знакомые россиянам сфокусированные на конкретный вопрос или проблему три слоя: активисты, либералы и пассивники. Пока что, как обычно, было больше пассивников и либералов, что давало возможность активистам не проявлять чрезмерную деятельность раньше времени и лучше подготовиться.

Как всегда было в России, беда оказалась комплексной и задела своими чёрными крыльями не один десяток человек. Прежде, чем во весь рост встала проблема биологического терроризма, пришлось пережить спрогнозированную во многих деталях волну терроризма техногенного, ставшего уже, к огромному сожалению, привычным. Взрыв, происшедший на одной из законсервированных старинных атомных станций в Московской области вполне предсказуемо привёл к огромному количеству человеческих жертв и пострадавших.

Гражданские медики центральных областей

России были подняты по тревоге через минуту после взрыва, военные медики - через тридцать секунд - сработала система автоматического экстренного оповещения Силового и Защитного Колец страны. Виктория Олеговна, садясь в кабину прибывшей прямо к её дому реанимационной кареты "скорой" подумала о том, что паника и неразбериха будет нешуточной. Хотя Нижний Новгород уже который век считался купеческой столицей России и мог бы, в силу высоких стандартов обеспеченности антикризисными структурами каждого региона России, прямо не реагировать на то, что случилось в достаточно удалённой области, нижегородские медики считали по другому: не прошло и нескольких минут, как давно сформированные экипажи Нижегородской Медицинской службы Оперативного Реагирования, её "внешних" (имевших право и возможности действовать за пределами титульной области) частей, в число которых входил и экипаж реанимобиля Знаменской, получили приказ на ускоренное выдвижение.

Путь до границы Нижегородской области машина преодолела быстро - огромная эмблема специальной медицинской службы и ярчайшие вспышки проблесковых маяков даже без многотональной оглушительной сирены исправно делали свое дело: по команде центральных постов управления наземным движением транспорта светофоры по пути следования длинной колонны спецтехники, возглавляемой реанимобилем, в котором находилась Знаменская, моментально переключались на "зелёную волну", влиться в которую могли только экипажи специальных машин. Регулировщики вовремя занимали свои места на перекрёстках и провожали колонну учтивыми разрешающими жестами, легко сдерживая потоки других машин. Пешеходы останавливались как вкопанные на бровках тротуаров или спешили покинуть проезжие части автодорог, завидев мерцание предупреждающих о проезде спецмашин сине-жёлтых маячков на пешеходных светофорах. Скорость колонны поддерживалась практически неизменной - сто пятьдесят километров в час и Знаменская уже решила, что так будет и дальше, до самого места происшествия, но оказалось, что её предположения неверны.

За пределами Нижегородской области начались сложности с продвижением. Хотя светофоры и регулировщики работали по-прежнему чётко и слаженно, близость к очагу возгорания ощущалась всё сильнее - количество личных автомашин на дорогах всероссийской сети увеличилось скачкообразно и даже специальные полосы автострад оказались забиты транспортными средствами.

Пока головная машина, сверкая всеми проблесковыми маяками и непрерывно завывая включённой на полную мощность сиреной, выбиралась из плотных потоков "бегущего" из Становска транспорта, прокладывая дорогу колонне, Виктория прокрутила в памяти данные по готовности общества к подобным сюрпризам. В машинах колонны уже давно шла подготовительная работа: люди обрабатывали непрерывно поступающую по многочисленным каналам информацию и обсуждали планы и моменты будущих действий.

Глядя на давно забытый и вдруг ставший реальным беспорядок на дороге, по которой шла головная машина, Знаменская вспомнила многие кадры хроники, запечатлевшие отступление гражданского населения из районов, охваченных стихийными и техногенными бедствиями. Ей, как врачу, было хорошо известно, что несмотря на несомненные мощь и совершенство охранительных механизмов современного общества, историческая память и привычки ещё способны играть с отдельными людьми и с целыми сообществами такие вот шутки. Вся мощь охранительных систем чаще всего была способна снять две трети напряженности, одну треть - только ослабить.