Хуторок
Шрифт:
— Есть кто дома?
— Есть. — Отворяя входную дверь, ответила Фима, глядя на стоящую у порога бабу Надю.
Пожилая женщина, не ожидавшая увидеть в доме холостяка, живущего с пожилым постояльцем, молодую девушку. Тут же измерила Фиму недовольным, осудительным взглядом, что только позабавило пышногрудую красавицу.
— Знать меня не знает, а уже в шлюхи записала. — Подумала Фима, но не подала вида, просто пригласила вредную старуху в дом. — Проходите, все на кухне.
Баба Надя с гордо поднятой головой, всем своим видом демонстрируя
— Здравствуйте люди добрые. — Поприветствовала она мужчин, окинув всех осудительным взглядом. — Меня к вам прислал Захар Кругов, у него на маслобойне куры передохли. А так как вчера, вы ходили разбираться с подобной проблемой к гончару, то он попросил меня позвать вас к нему, раз уж я мимо буду идти.
— Хорошо. Сейчас пойдём, посмотрим что случилось. — Кивнул Потапыч и взглянул на дочку. — Серафима, возьмёшь для вскрытия, птиц с нового места происшествия.
— Конечно, пап. Помогу вам, чем смогу. — Кивнула девушка и, собрав посуду со стола, поставила её в посудомоечную машину. — Только не идите без меня. Я быстро соберу всё, что требуется, а потом вместе пойдём. А то я не знаю, где здесь маслобойня.
— Да тут не далеко. — Явно сменив гнев на милость, защебетала главная сплетница хутора, словно извиняясь за преждевременные выводы. — На реке.
Через десять минут следователи, поп и ветеринар, отправились на маслобойню, после того как бесцеремонно отделались от сопровождения бабы Нади.
— Ого! Какая красота! — Не удержавшись, воскликнула Фима, увидев на берегу реки старинную водяную мельницу с огромный колесом, что вращала бегущая река. — Это же надо, словно в сказку попала.
— И то, правда. — Невольно подумал отец Антип, залюбовавшись цветущими первоцветами, что распустились на берегу реки.
— Даже не знала, что в Ягино есть старинная мельница. Да такая красивая! — Не унималась девушка, проходя мимо живописного здания с выбеленными стенами, которые украшали синие узоры.
— Это не мельница, а маслобойня. Хотя работает по принципу мельницы. — Пояснил Антип.
— Здравствуйте. — Заметив званых гостей, сказал хозяин сказочного здания. — Спасибо, что так быстро пришли. Пойдёмте, покажу свои убытки. Я птичник поставил поодаль от маслобойни, чтобы соблюсти санитарные нормы. Поэтому вам придётся ещё немного прогуляться. — Извиняющимся тоном добавил Захар.
— Ничего страшного. Гулять возле твоей маслобойни одно удовольствие. — Успокоил хозяина Антип.
Путь в птичник занял всего несколько минут, и всё это время Сергей не любовался красотой пейзажа, а поглядывал на владельца маслобойни. Мужчина, как и гончар, источал сильную светлую ауру цвета морской воды, чистую и прозрачную. Вскоре, следователи приступили к своим прямым обязанностям. Начали собирать улики, подтверждающие намеренное отравление птицы, сделали несколько снимков нового места происшествия, а Фима взяла трупы кур для изучения.
— Фима. — Обратился отец
— Практически ничего, пап. — Ответила Фима. — Все птицы — совершенно здоровы. Такое чувство, что они встали кругами, опустили головы и…
— Отдали своему богу души. — Перебив, закончил фразу Антип.
— Может быть. Но я всё-таки отправила образцы в город, там оборудование лучше и есть возможность провести большее количество анализов. Результаты пришлют завтра.
— Как всё серьёзно. — Удивился Кругов, услышав, что падежом кур занимаются даже Мейские лаборатории. — Неужели так важно выяснить причину падежа домашней птицы?
— Конечно. Особенно в свете последних хулиганских выходок с использованием токсичной слизи. — Пояснил Потапыч.
— Думаете, гибель кур и хулиганство связаны? — Решил удовлетворить своё любопытство Захар.
— Конечно. — Вместо следователей ответил поп, и мужчины принялись обсуждать возможные взаимосвязи. Ведь после того, как в интернет просочились видеокадры с дракой человека и монстра, все жители хутора были убеждены — их следователи не просто так свой хлеб едят. Они охотятся на сбежавших из тайной лаборатории Мейска, мутантов.
Только вот Сергей, слушал всю это болтовню в пол уха. Всё его внимание привлекла тёмная аура расползавшаяся во все стороны от мёртвого алтаря и её сильно боялась аура маслобойщика, так же, как и аура гончара. Но потом, Сергей уставился на мельничное колесо, ибо оно переставало крутиться. Река текла как обычно бурно и мощно, но колесо вопреки всем законам физики останавливалось.
— Захар. — Перебив всех и не заметив, обратился Сергей к мужчине чуть старше себя. — А у тебя колесо на маслобойне для красоты? Сама же маслобойня на электричестве работает.
— Что ты, нет, конечно. — Задетый за живое возразил Захар. — Всё работает, как и в старину от водной силы. Если я начну электричеством пользоваться — потеряю всех своих богатых клиентов, помешанных на ЗОЖе.
— Тогда почему колесо останавливается? Я думал ты, уходя, выключил его, потому и вращается всё медленнее и медленнее.
Едва бросив взгляд на своё колесо, маслобойщик выскочил из птичника как ошпаренный, бегом побежал к маслобойне. Трое мужчин и девушка бросились за ним, переживая о том, что Захар может в реку свалиться. Ибо он, подскочил к своему огромному колесу, стал в воду смотреть.
— Сломалось? — Осторожно поинтересовался Антип, внимательно рассматривая речную воду.
— Да. Наверное, опять затопленное бревно течением принесло, или железяку какую, как в прошлый раз. — Ответил обеспокоенный маслобойщик. — Буквально неделю назад, огроменная доска застряла между лопастей колеса, чуть не сломала. Словно кто специально эту палку в колесо вставил, чтобы остановить.
— А теперь что? Опять палка? — Спросил Потапыч, тоже пытаясь рассмотреть то, что скрыто под водой.