Художник

Бердичева Екатерина Павловна

– Оч-чаровательно, моя нежная жабка. Это раньше я хотел отправить тебя обратно... А сейчас... Ты, тварь болотная, даже сына не пожалела!

– Это твой сын.
– Равнодушно сказала женщина.
– Моей была только дочь. Где она, старый идиот? Куда она пропала?

Кераано вздохнул и обернулся к Эрнаандо.

– Ты считаешь эту женщину своей матерью?

– Нет.
– Пожал плечами старший сын.

– Тогда возьми Луисо и запихните ее в самый дальний штрек, где добывают светящуюся руду. И прикуйте ее цепью. Надсмотрщик там хороший?

–

Неподкупный!
– мстительно усмехнулся Эрнаандо.

– То, что надо! Кормить раз в неделю. Воду в бадье тоже. Ох, не задерживаются там преступнички...

Женщина встревожено посмотрела на сына и мужа.

– Вы так не поступите со мной!

– Уже поступили. А эту тварь оттащите и сожгите. Нечего осквернять землю всякой пакостью.

Альеэро очнулся глубокой ночью и, приподнявшись, посмотрел на дремавших рядом Луисо и Эрнаандо. Спина очень болела, словно к ней приложили кусок солнца, а голова чесалась. Дотронувшись до нее, он обнаружил едва проклюнувшийся щетиной волос.

– Ох...
– простонал он.

Братья открыли глаза.

– Зачем мне остригли волосы?
– прохрипел он.
– Принесите мою шкатулку!

Луисо, потерев уставшие глаза рукой, молча встал и принес требуемое, положив перед братом. Альеэро быстро доставал пузырьки, и по нескольку капель из некоторых слил в пустой флакон. Попросив воды и мягкую тряпочку, он смешал воду с каплями, и, вылив смесь на тряпку, втер ее в голову. Потом, достав темный флакон, взболтал и открыл крышку. Оттуда пахнуло мятной свежестью. Намочив тряпочку в этой жидкости, он развернулся к Луисо спиной:

– Натри. Только поаккуратней и понежней, пожалуйста!

Когда процедуры были закончены, он снова откинулся на подушку.

– До следующего вечера не пускайте ко мне Иржи. Я не хочу, чтобы он видел меня некрасивым... С ним все в порядке?
– С внезапным подозрением спросил он братьев.

Те переглянулись.

– Он же ничего не видел!
– Нарушил молчание Луисо.

– И что я был должен видеть? И где мой мальчик?
– Альеэро приподнялся на кровати, пытаясь спустить с нее дрожащие от слабости ноги.

Братья помялись.

– Тут такое было...
– начал рассказ Эрнаандо.
– Этот огнедышащий бочонок пожег людей на площади, а потом плюнул огнем на нас...

– Это я помню. Дальше!

– Ты и Вааред упали, а мы натягивали защиту. Кстати, братец, волосы тогда-то и сгорели. Наши девчонки бесстрашно отстреливались огнем. Но тому все было нипочем. Эта тварь развернулась и снова стала заходить на площадь. Твой мальчишка стоял на сцене, а потом, увидев, что ты упал, засветился, словно солнце и обернулся...

– Кем?
– Альеэро даже привстал, жадно глядя Эрнаандо в глаза.

– Ты не поверишь. Он - Сааминьш! Мальчишка обернулся черным дракончиком. Взлетев вверх, он спикировал монстру на спину...

– Значит, опять наши соседи! Но, Эрнаандо, я знаю всех Сааминьшей наперечет! У них не было такого дракона!

–

Может, внебрачная связь?

– Брось, какая девушка клана захочет родить вне брака? Глупость. Значит, они его прятали. Только зачем? Вот вопрос... Но что было дальше? Извини, я тебя перебил!

– Дракончик смело оседлал чудовище и порвал ему один глаз, а потом и нос. Монстр, естественно, обиделся и рванул за драконом. Твой пацанчик увел его с площади, позволив остановить панику и осмотреть раненых. А потом мы с отцом отправились их искать. И что ты думаешь? Завалил-таки Иржи монстра!

– Где он? Я хочу его видеть!

– Ты только что заявлял обратное, Альеэро!

– Где мой Иржи? О чем вы недоговариваете? Что с ним произошло?

– В-общем, этой мразью, испортившей праздник, оказался братец нашей маменьки.

– Туда ему и дорога. Давно бы сам по-тихому придушил, да отец был против.

– Ну и вот подхватили мы эту дохлую жабу и отнесли матушке. Ее перекосило от горя и злости. Сколько дивных слов мы от нее услышали!

– Отец ее отправил на рудники. - Добавил Луисо.

– Главное, чтобы потом не передумал, как всегда.

– Не успеет.
– Спокойно ответил Эрнаандо.
– Когда я спускал ее в шахту, клеть случайно сорвалась с троса и упала. А жабы, к сожалению, летать не умеют.

– А дядюшка?

– Она не умела точно. Когда трос починили, я лично спустился проверить. Так что у нас траур. Сразу лишиться двух членов семьи... горе-то какое!

– А не распить ли нам бутылочку на помин души? Заодно по лаборатории дядюшкиной пройдемся. Вдруг что интересное завалялось?

– Вы мне зубы не заговаривайте. Где мой мальчик?
– Зрачки Альеэро стали вертикальными, а в золотые глаза стало невозможно смотреть.

– В-общем, он лежал рядом с тушей. Мы попросили гвардейцев его куда-нибудь пристроить...

Над кроватью засверкал золотой дым. Когда он рассеялся, огромный змей быстро сполз вниз и рванул в приоткрытую дверь.

– За ним!
– Коротко приказал Эрнаандо и окутался изумрудным дымом.

И скоро за умчавшимся Альеэро по дворцу неслись еще две огромные змеи.

Глава седьмая. Побег.

Очнувшись, Иржи ощутил, что замерз. Открыв глаза и приподняв тяжелую голову, он понял, что лежит в подвале на соломе. Сквозь частую решетку в окне под потолком смутным пятном виднеется темное небо. На голое тело наброшена чья-то шинель. Было такое ощущение, что по телу недавно проехался бульдозер, и страшно хотелось пить. Он потер лоб и, слегка покачиваясь и держась за холодную стену, встал. Удивительно, но парень все помнил до того момента, как издыхающий монстр дохнул какой-то отравой. Видимо, от этого так сильно ломало весь организм. Он потянулся и застонал. В дальнем углу подвала кто-то зашевелился и кашлянул. Иржи повернул голову и увидел лежащего на соломе улыбающегося эльфа.