Хрустальный грифон

Нортон Андрэ

— Этих вечеров не будет, — прорычал Хлаймер. — Если мы не договоримся, что делать, чтобы удержать Ульмсдейл. И я не вижу шансов выиграть там, где проиграли многие великие лорды. Порт открыт — пришельцам нужно только подойти и высадиться.

Крепость можно удерживать день, два… Но… — Он пожал плечами, — все слышали рассказы об их оружии. Мы кончим так же, как и остальные.

— А что, если… — С лица Роджера исчезла улыбка. Он посмотрел на леди Тефану, затем перевел взгляд на Лисану. — Что, если они не смогут пристать к берегу?

Ветер и волны, ветер и волны…

Госпожа Тефана испытующим взглядом смотрела на него.

— Это потребует много энергии.

— Ею обладаешь ты, моя дорогая, и частично моя невеста, — он кивнул на девушку. — Немного могу добавить и я. Ветер и волны — довольно удачное решение. Все будет выглядеть вполне естественно, и они не смогут ни в чем обвинить нас. Мы останемся в стороне. Сделаем вид, что идем на сделку, но только сделаем вид. А ветер и волны…

Леди Тефана облизнула губы.

— Это требует большой Силы.

— Тебе не по силам?

— Еще чего! — немедленно воскликнула она. — Но нам троим нужно будет объединить усилия, и потребуется еще жизненная энергия, чтобы достичь успеха.

Роджер пожал плечами.

— Жаль, что мы позволили уйти самым преданным сторонникам лорда. Ненависть могла бы дать нам эти силы. Например, старик Яго…

— Он осмелился угрожать мне! — крикнул Хлаймер. — Как будто калека может что-то сделать со мной!

— Калека, конечно, не может, — согласился Роджер. — Но если бы он встретился с тобой лет десять назад… Я не поручился бы за твою жизнь, дорогой братец… К счастью, у нас есть другие, чьей жизненной силой мы можем воспользоваться. Если мы решим…

Лисана вдруг утратила свое холодное безразличие. Я видел, как в глазах ее сверкнуло безумие.

— Мы решим! — крикнула она. — О, мы решим!

Впервые Роджер проявил признаки беспокойства.

— Обуздай свою ярость, дорогая. Наш путь требует благоразумия и осторожности.

Писана вскочила на ноги так резко, что стул, на котором она сидела, полетел на пол.

— Не учи меня, Роджер! Лучше следи за своей Силой. Вдруг ее у тебя не так много, как ты стараешься показать!

— Мы все должны осторожно обращаться с Силами, — произнесла госпожа Тефана. — Но план требует тщательной подготовки, и этим нам нужно заняться незамедлительно.

Она поднялась. Хлаймер быстро подошел к ней и предложил руку. Я подумал, что ему очень не по душе оставаться наедине с Роджером. Лисана пошла за ними.

Моя рука потянулась к мечу. То, что я слышал здесь, наполнило меня ужасом, хотя многое прояснилось. Было ясно, что эти трое уже давно имеют дело с Темными Силами. И то, что мой отец был околдован, как намекнул Роджер, тоже объяснило многое.

Теперь я мог простить его. Стена между нами рухнула, хотя и слишком поздно.

Итак, они собираются призвать Темные Силы. Возможно, это спасет Ульмсдейл — однако только для них. Осмелюсь ли я противостоять темному Могуществу? Ведь

раз они воюют с нашим врагом, я могу считать их своими союзниками. Но как я ненавижу всю эту троицу!

Роджер вышел из комнаты, и я не бросился на него. У меня в голове была только одна мысль. Что конкретно они намерены предпринять? Несмотря на обстоятельства рождения, у меня не было Могущества. Один лишь Ривал смог бы разъяснить мне все.

Что же делать: позволить им прибегнуть к Темным Силам, чтобы спасти долину, или помешать? Что представляет большую опасность — обращение к злу или пришельцы? Я был в растерянности. Но Ривал, всю жизнь посвятивший изучению таинств, мог вразумить меня.

Замок отца теперь стал для меня ловушкой. Чем скорее я выберусь отсюда, тем лучше — не только для меня, но и для будущего страны. Пробираясь по подземному ходу, я думал о Яго. Наверняка Хлаймер принудил старика к поединку. Ну что же, когда-нибудь я заставлю его заплатить за это.

К тому времени, как я добрался до плиты с Грифоном, наступила глубокая ночь. Все тело болело от ушибов, голова трещала, впереди лежал долгий путь.

К тому же меня мучил голод.

Перевалив через горы, окаймлявшие долину, я вышел на одну из тех троп, что использовались летом охотниками и торговцами.

Вдруг раздался стук копыт по камням. Я был уверен, что мне нужно укрыться, и стремглав юркнул в кусты. Даже если это и не враг, встреча с ним не сулит ничего хорошего: никто не должен знать о моем приходе в Ульмсдейл.

Но когда я рассмотрел человека, который ехал на лошади и вел в поводу вторую, то немного успокоился.

Он не проехал мимо, а остановился прямо перед кустами, где прятался я. Потом поднял толстую палку, которую держал в руке.

— Лорд Керован… — Он говорил очень тихо, но я ясно слышал слова.

Путник откинул с головы капюшон, как бы желая, чтобы я узнал его. Но я не мог вспомнить, видел ли я прежде это лицо.

В отличие от многих торговцев, он был чисто выбрит — на подбородке ни следа бороды. Черты лица странные, путник не был похож на жителя нашей долины. Волосы его были коротко острижены и торчали густой щеткой, скорее походя на шерсть зверей, чем на волосы человека. Цвет их был тоже странный — смесь сирого, коричневого и черного.

— Лорд Керован! — повторил незнакомец и на этот раз указал на меня палкой.

Сопротивляться зову было невозможно. Я выпрямился во весь рост и продрался сквозь кусты к тому, кто мог быть моим смертельным врагом.

ДЖОЙСАНА

Пленница Ализона! Все ужасы, о которых мне рассказывали беглецы, всплыли в моей памяти, когда меня окружили эти демоны.

Веревка, спеленавшая руки, потянула меня на открытое пространство. Люди — но выражение их лиц заставило меня содрогнуться от страха. Быстрая смерть показалась бы сейчас подарком судьбы.