Хрусталь
Шрифт:
– Нонсенс – это то, что вы проебали полтора миллиарда вчетвером, в то время, как Касьянова исправно исполняла свои обязательства. – Рыбочкин закрыл глаза и тяжело вздохнул.
Чистяков сел обратно, понимая, что его аргументация здесь неуместна. Ника же в очередной раз наблюдала яркое проявление гнилой натуры Кирилла. Она ни секунды не жалела этого человека. Обидно только, что его не уволили, но то ли ещё будет.
– Далее, к актуальным новостям. Наконец-то наше любимое, уважаемое государство достроило подземный тоннель, чтобы снабжать Возрождение-2 было проще и безопаснее. Запуск первого
Ольховская кивнула.
– Далее, жду объяснений касательно бесконечно падающих птиц над Сферой и взбесившихся насекомых. Откуда вообще у нас тут взялись скорпионы? И почему они ведут себя так агрессивно.
Мак ткнул Нику локтём, и шёпотом спросил.
– Это реально так?
Ника кивнула и шёпотом ответила.
– Потом расскажу, это целая история.
Рыбочкин завершил встречу.
– На этом всё. Все свободны.
* * * * *
Ника пристроила свою пятую точку на столе в рабочем кабинете Макса, тот посмотрел на неё исподлобья, но ничего не сказал.
– Не думала, что всё это обернётся настолько плохо для меня.
– Тебе дали повышение, радуйся. Теперь ты можешь приказать Чистякову идти мыть туалеты, и он не имеет права ослушаться.
– Рыбочкин играет в свою игру. Он будет полностью обновлять команду, перестановки – это лишь способ нас проконтролировать, пока не придут новые участники.
– Птицы, падающие с неба, как предвестник апокалипсиса. Вы там в «Сфере» совсем с электромагнетизмом заигрались?
– Угу, – Ника кивнула. – к Чистякову вопросы, Медейя раньше контролировала уровень электромагнетизма «Сферы». Что там теперь происходит, одному богу известно, он запорол всё, что можно было запороть. – Она взяла бутылку воды и отхлебнула несколько глотков.
– Кстати, сейчас начинается перелётный период, мы находимся как раз в той географической точке, где целые стаи пролетают. Сочувствую уборщикам, им приходится собирать трупики целыми днями.
– Птичкам ты не сочувствуешь, как я погляжу.
– Птичкам уже пофиг, они мертвы, а уборщики спины надрывают, потому что там набираются сотни килограмм тушек. Как будто фура с курятиной перевернулась.
– Мда, в какой момент мы свернули не туда? – Он вздохнул. – Не отвечай, это риторический вопрос.
– Я Чистякову говорила. Но у него же нет авторитетов и кумиров, он сам себе на уме, что хочу, то и ворочу.
– Наворотил.
– Это ещё что, там такие мутные игры с Оленковским. Старый маразматик совсем берегов не видит, такое ощущение, что его главная задача – это войти в историю первооткрывателем Второго Универсума. Полигон будет корёжить? Ничего страшного. Всё равно скоро червей кормить, а так хоть попытался. – Она сделала паузу, глядя перед собой. – Чистяков с ним неплохо спелся. Они друг друга стоят.
– Тем не менее, решает не Оленковский, а Рыбочкин. Так что надежда есть, получается.
– Надежда на что? Сейчас время перемен, в такие времена оставь надежду, всяк сюда входящий.
Макс прокашлялся и облокотился на стол, глядя безучастным взглядом на мельтешащие графики.
– Турбины
– В конце концов не ЛПВО единым живы, да и прилётов давно не было. Может быть они совсем отчаялись?
– Ты вообще новости читаешь? Сейчас начинается новый виток обострения. Собирают ударную группу как раз на нашем направлении. Отчаяться можем только мы, если вдруг у противника появится боевая задача закидать нас ракетами.
– Да, ты прав… Я вообще ничего не читаю. Некогда.
– Сейчас ещё договариваться с электриками, как мы будем магистрали все перенастраивать. Опять город полдня без света простоит, а то и сутки.
– В прошлый раз было трое суток, мельчаете.
– Ага, у меня в бороде седые волосы появились уже. На голове и вовсе выпали.
– Ты стал лысым задолго до этого.
Макс угрюмо кивнул головой, снял очки и протёр глаза.
– Чего ты вообще сюда припёрлась? Работы нет что ли? Ещё и меня отвлекает.
– Сам позвал же, лысый увалень.
– Видишь моё лицо? Я похудел от нервов. Одна ты только ходишь румянцем заливаешься. Генетическое животное.
– Зато с духологами не везёт, что ни специалист, то какой-то низкоуровневый и совершенно некомпетентный. Уже с двумя рассталась по обоюдному.
– Почему я не удивлён?
– Шаров на меня наорал, сказал, что я фифа, которая гнёт пальцы, мол, невозможно найти ко мне подход, потому что главная моя задача – всех достать и довести до белого каления.
– И в чём он неправ?
– Ты вообще на моей стороне или на чьей?
– Я на стороне безопасности. Контур не должен рвануть, а ЛПВО должны продолжать сбивать ракеты.
– Не драматизируй, у нас авиабаза с пятнадцатью гиперджетами.
– Это меня и пугает. – Макс отвлёкся, чтобы посмотреть на свой монитор и внести в базу какие-то новые данные. – Кого в итоге назначили?
– Моим духологом? Без понятия.
Глава двадцать первая
– Твоя Касьянова мне поперёк горла уже встала. – Шаров рвал и метал. – Уже двух духологов довела до отказа.
– Почему сразу моя? Была бы моя, я бы сейчас с ней в постели лежал, а не с тобой говорил.
Витя гневно зыркнул на меня.
– Твоя, твоя. Хотел помочь? Иди работай с ней!
– Что?! В смысле?
– Калибруй в пуле, выслушивай её претензии и постарайся не сойти с ума. Ты хотел работу? Вот тебе дополнительная работа, закачаешься. У тебя как раз где-то пылится диплом духолога из какой-то левой шарашки.
Я на пару мгновений опешил, но затем понял, что предложение меня устраивает, и я готов взяться за работу хоть сейчас.
– Кстати, сам договаривайся с ней о встречах. – Он протянул мне бумажку с телефоном. – Достала.
Я принял бумажку, несмотря на то, что её контакты у меня до сих пор остались.
– Ты же понимаешь, что я не совсем об этом хотел поговорить?
– А о чём? – Заведующий отделением явно был не в настроении.
– Во-первых, пробей, пожалуйста, Афанасьеву. Мне сказали, что она сейчас здесь.