Хронос Изгоев
Шрифт:
Астрид и Делвин пожелали Аматрису и Нине спокойных снов, а Эммерих вышел на ночное дежурство. Странник, как и всё последнее время, казался раздражённым и взвинченным.
Ремонт Либеры Астарты был отложен до возвращения из Заповедника — на базе не хватало запчастей, чтобы заменить прогнившую проводку. Их было решено поискать на рынке в сапоре. Кроме того, следовало поставить новые микросхемы вместо сгоревших и привести в порядок двигатель.
— Я не уверен, что хочу идти в Тельгард, — Аматрис нарушил тишину внезапно, буквально вырвав девушку из мыслей о починке
— В смысле? — спросила Нина с лёгкой оторопью и опустилась на скрипучую койку. — Я думала, ты хотел именно туда.
— Хотел, — он покачал головой, невесело усмехаясь. — Я не большой сторонник историй о бывших, поэтому буду краток: расставание с одной вейной сильно подкосило меня. Когда сны пришли ко мне, я был в отчаянии и поддался им, а в итоге они чуть не отняли у меня реальную жизнь, затянув в водоворот миражей. Меня перестало интересовать всё, кроме прошлого.
— Ну, как ты то ни было, познакомились мы в том числе из-за твоих снов, — заметила девушка. — Но что изменилось?
Музыкант очертил пальцами линию её подбородка, после чего провёл по щеке.
— Это и изменилось, — сказал он, — я встретил тебя. Как бы ни хотелось мне увидеть Тельгард, я всё больше понимаю, что такое путешествие опасно. Нулевая оказалась не такой, как я беспечно полагал раньше: некая сила преследует нас, не отстаёт ни на шаг — нападения сектантов, потом поместье и «Судрабстолл»… Ничто из этого не может быть совпадением.
— Наверное, — неуверенно согласилась Нина. — Хотя раньше я думала, что это что-то типа случайности.
— Случайность становится нормой, — Кеган нахмурился. — Кто-то, кто находится за пределами этого мира, объявил охоту на нас. Тельгард может оказаться ловушкой: у него и без того недобрая слава. Было бы верхом глупости отправляться туда да ещё тащить тебя с собой, снова подвергая риску.
— Тогда можешь пойти сам. Я как раз займусь ремонтом, а потом вернусь в Заповедник, если ты задержишься. Я понимаю, что вернуть воспоминания — это твоя мечта, и будет как-то неправильно, если ты из-за меня от неё откажешься.
Аматрис медленно покачал головой и, взяв пальцы Нины в свои, поднёс к губам и поцеловал.
— А кто сказал, что это моя мечта? Будь это именно мечтой, я бы сделал это много раньше, но… сама видишь, — он иронично улыбнулся. — Может, я всегда мечтал о своей мини шаурме?.. Бесспорно, мне интересно прошлое Воплощение, но память о нём может прийти ко мне в любом месте. Я всё равно то и дело вспоминаю разные вещи, хотя и не все из них понятны. Тельгард мог бы выступить катализатором для воспоминаний, но кто сказал, что таковым не может стать Наргонд? Но, в любом случае, опасность слишком велика, и нам разлучаться нельзя.
— Но если ты откажешься, это не будет на тебя давить? — Нина растерялась, позволяя держать ему свои пальцы.
— Я обрёл уже больше, чем искал. К тому же, Нулевая дала мне встряску, которой так не хватало. Теперь я чётко вижу настоящее, которым стоит дорожить. Вижу тебя, — он прикоснулся к её плечу. — Сейчас
— Надеюсь, всё-таки обойдётся без особой жести, — Нина устроилась в его объятиях. — Как-то, знаешь, хотелось бы обойтись без мирового зла, которому зачем-то припёрло нас развести.
— Было бы неплохо. В остальном, конечно, мы можем отправиться в Тельгард, только позже, — усмехнулся Аматрис, перебирая её волосы. — Через несколько лет, когда всё утрясётся. Тогда и фоток сделаем, и… да что угодно.
С этими словами Кеган, повернув голову Нины к себе, напористо поцеловал её — сначала в губы, а затем в шею, опускаясь всё ниже. Одной рукой он придерживал её за локоть, а другой — лапал, максимально неприлично и жадно. Нина шумно выдохнула и робко раздвинула ноги. Меж тем Аматрис продолжал знакомиться с её телом, то дотрагиваясь сосков под майкой и сжимая, то скользя по её талии и животу.
Девичья кожа горела от прикосновений Аматриса и поцелуев. Наконец, коснувшись губами её живота, мужчины улыбнулся и начал стягивать с Нины трусы. Избавившись от них, он хрипловатым голосом спросил:
— Не передумала?
— Нет, — глядя на него из-под тени ресниц, ответила Нойр. — Только осторожно, ладно? И учти, я вообще без понятия, что делать.
— Я буду осторожен, — уложив её на кровать, Кеган навис сверху, — и сегодня я стану твоим учителем.
Глава девятнадцатая. Призрачный час
У истоков Карпейского Каэльтства стоит четыре великих рода: Ганноморт — основатели Градемина, Монтгомери — Летермейна, Моран — Белонебыли и Аматрис — Вицекороса. Испокон веков верховная власть принадлежала дому Ганноморт, пока их не сменили Монтгомери, как наиболее близкие родственники после Свинцовой свадьбы.
С давних пор символами каэльтских родов выступали реликвии, имеющие великую ценность. Легенда гласит, что их история уходит в глубокую древность, и что они были созданы раньше, чем наш мир принял свою нынешнюю форму. Именуемые эголетсо, эти артефакты представляют по своей форме крест, оплетённый змеями, с демитирами в сердцевине.
Собранные вместе, как сказано в самых старых хрониках, эголетсо становятся ключами, способными отворить золотые врата Теуграда. Потерянный город, в котором хранится сердце нашего мира. Говорят, вошедший в Теуград получает силу Воздействовать на саму природу известной нам реальности, изменяя материю и преображая пространство либо обращая назад время.
За долгие века эголесто многократно меняли своих хранителей, переходя из рук в руки и порой становясь причиной сражений и распрей. Получив один из ключей, прежде принадлежавший дому Монтгомери, я стал пристально изучать судьбу остальных. Так, эголетсо, относившийся к дому Ганноморт, сгинул вместе с каэльтиной Вендигой. Утрачен и ключ дома Аматрис, зато судьба эголетсо рода Моран сделалась мне более или менее ясна.