Хронос Изгоев
Шрифт:
— Понятно, — Эммерих громко вздохнул. — Значит, двое против одного…
— А с каких пор мы решаем такое голосованием? — Нина чуть воспряла, с благодарностью глянув на Кегана.
— Как-то же надо… Хотя да, я и забыл, что дурных голов здесь больше.
Бросив на красморовца насмешливый взгляд, Аматрис спросил:
— Где твой дух авантюризма, Ландони? Или настолько торопишься усадить свою задницу в каком-нибудь баре Заповедника?
— Похоже на то, — Нина скрестила руки на груди.
— Эй! — Ландони возмущённо всплеснул руками. — Значит, хотите
Глава двенадцатая. Добро пожаловать в «Судрабстолл»
«Судрабстолл» — это заброшенный гостиничный комплекс в Каускском крае, который ныне отчуждён от Балтийской Республики в связи с Восхождением Даргеонаса, Отца Безумия, в середине 60-х годов.
Строительство «Судрабстолл» началось в 920 году, когда землю выкупил альвионский оружейник Ричард Айтверн, основатель компании «STAind». Строительство завершилась в феврале 925 года и уже в сентябре должно было состояться открытие, на которое были приглашены многие именитые деятели начала X века. Однако открытия не случилось, а через неделю балтийским подразделением Красмор «Судрабстолл» была обнаружена абсолютно пустой — как гости, так и владелец с персоналом бесследно исчезли,
— К. Волфалер, «Справка о балтийском регионе Нулевой Высоты».
Эпизод двадцать седьмой
Нулевая Высота
гостиница «Судрабстолл»
9-25/999
«Судрабстолл» встретила путников гнетущим молчанием. Всю землю территории гостиничного комплекса набухшими венами оплетала красная, а где багровая повилика — она же нитями прошивала стены здания, вытесняя с фасада плющ. Некоторые его листья выглядели выцветшими и сухими, а где-то они плотной завесой закрывали окна. Само строение, административный корпус и пара отходящих от него крыльев, выстояло годы отчуждения. Лишь одна из стен в его левой части не выдержала да обвалилась, оставив на заднем дворе груду обломков.
— Так, народ, — заговорил Ландони, когда троица миновала упавшие ворота с контрольно-пропускным пунктом, — я проверил БД на имплантах, там есть об этой гостишке.
— И что там? — Нина заинтересованно вытянула шею.
— Да ничего хорошего. Она заброшена где-то с середины двадцатых, — ответил Эммерих, продолжая попутно просматривать доступную ему информацию, — около полугода в ней тусовался персонал с владельцами, а когда на открытие сьехался тогдашний бомонд, на церемонию открытия, что-то там произошло — Красмор примчалась через неделю, но никого не нашла.
— [Ничего] себе, — уже не так воодушевлённо проговорила Нойр. — И что, она так и стоит теперь заброшенной?
— Ага. По документам это всё ещё собственность… Айтвернов, — сообщил странник. — Так и… Оу, Кеган, а ты знал, что гостиница-то принадлежит твоей ля маман?
— Что? — Аматрис обратил на Ландони удивлённый взгляд.
— Ну
— Уму непостижимо, — пробормотал Кеган. — Нет, не знал.
— Кстати, а тебя, случаем, не приглашали на открытие? — расчищая тропу саблей, поинтересовался Эммерих и оглянулся. — Сюда ж как раз созывали всяких работников ртом.
— Рик, твой род, — возмутилась Нина, — пожалуйста, просто… просто забудь о существовании синонимов.
— Ой, да брось, — отмахнулся тот небрежно, — Кеган понял, что я говорю о во-кале.
— Если бы мне платили каждый раз, когда ты говоришь чушь, то не пришлось бы думать о записи следующего альбома, — Аматрис едва удержался от того, чтобы закатить глаза. — Я родился в шестьдесят девятом. Надеюсь, с арифметикой у тебя лучше, чем со словесным недержанием.
— Реально? А я думал, ты старше.
— Не на то тратишь своё время, Ландони, — Кеган нахмурился. — Лучше просканируй местность на предмет противников и Воздействий — Обрыва в том числе.
— Лады, — согласился Эммерих, и тотчас его импланты загорелись ярче, когда он взглядом обводил округу. — Ну, периметр чист — ни температурных изменений, ни тепловых сигнатур я не вижу. Дозиметр молчит. Можно сказать, удача.
Перед ними возвышалось трёхэтажное здание гостиницы, своей архитектурой напоминающее старинный замок. Высокие узкие окна закрывали решётки, над головами путников нависли тяжёлые балконы. К иссохшимся деревянным дверям главного входа вели полукруглые ступени.
— Так, — сказал Эммерих, — вы точно хотите посмотреть, что там?
— Да, — кивнула Нина с улыбкой.
Стараясь ступать осторожно и производить как можно меньше шума, путники поднялись по крыльцу и вступили в вестибюль, освещённый падающим из окон пасмурным светом. Под сапогами скрипела нанесённая ветром сухая листва, на полу валялись осыпавшиеся со стен куски бетона. Помещение оказалось выполнено в светлых тонах, наверх уводила широкая лестница с чёрными резными перилами.
С высоты второго этажа на путников взирала рыжеволосая женщина со светлой кожей и в белом платье с изящным корсетом, рукавами-бабочками и драпированной юбкой с длинными шлейфом. Значительный вырез обнажал острые ключицы и висящее на шее украшение — оплетённый змеями крест с мутным камнем в сердцевине.
Время чудом пощадило картину — лишь лаковое покрытие на раме облупилось, являя миру уже порядком рассохшееся дерево. Примечательным было и то, что ни таблички, ни подписи по углам полотна не было: установить, кого на нём изобразили и, собственно, кто изобразил, не представлялось невозможным.
— Ничего так рыжуха, — присвистнул Эммерих и просканировал изображение. — Декольте — моё уважение.
— Это Катриона Кэйвен, — Нина вышла вперёд прежде, чем Кеган успел бы ответить. — Балтийская актриса эпохи немого кино, а картина, вероятно, реквизит со съёмок «Царицы Оперы»: там, если я правильно помню, она играла протеже гения, живущего под землёй…