Хроники Севера
Шрифт:
Комендант осторожно положил голову женщины на землю и присел. Бок болел немилосердно, но с перевязкой можно немного подождать. Оглядевшись, ло’Вари увидел вокруг какие-то деревянные хижины, а позади женщины возвышался немалого размера овальный камень, похожий на яйцо. Людей не было слышно. Закрыв грудь женщины, вероятно, ею же порванной одеждой, Эреми вздохнул, он не понимал вообще ничего. Себя он чувствовал на данный момент довольно сносно, а вот состояние жены Ириона ему не нравилось — дыхание было очень слабым, а сердцебиение прерывистым. Надо было что-то делать. Встав на четвереньки, потому что голова кружилась
Эреми уже успел дополнительно стянуть свою рану полосами материи, найденной в лодке, и, вытерев кровь с лица женщины, попытался как-то облегчить ее состояние с помощью холодного компресса на лоб, когда с протоки раздались мужские и женские голоса. Через пару минут коменданта и Лелу обступили около полутора десятков пожилых ладола.
— Что вы здесь делаете? — задал вопрос выступивший вперед мужчина.
— Я не знаю, — вздохнул Эреми. — Наверно, эта женщина хотела отвезти меня к целителям ладола, потому что рана, нанесенная мне несколько дней назад во время штурма города, загноилась. Но при первой же перевязке я потерял сознание и очнулся на рассвете этого дня. Не знаю, почему мы оказались здесь и что произошло за это время.
Ладола зашумели. Внезапно сзади от камня раздался чей-то возглас:
— Он пуст!!!
Несколько человек побежали к камню, потом вернулись обратно. Кто-то наклонился над Лелой и с удивлением пробормотал:
— Она сделала это раньше времени!..
— Кто она? — спросил тот же старик у Эреми.
— Раньше она иногда пела в нашем городе, ее отец был сказителем вашего народа, теперь она замужем за охранником рудника.
Ладола долго переговаривались, потом одна пожилая женщина сказала:
— Я узнаю ее. Это Леала, дочь Таноя. Она приезжала с мужем и детьми два лета назад.
— А кто ты? — спросил Эреми старик.
— Комендант Сарандера.
В голове Эреми шумело, начала наваливаться слабость. Его спрашивали о захвате города, о смуте, и много еще о чем, он, как мог, отвечал. Из дальнейшего комендант запомнил только, как их с женой Ириона погрузили в разные лодки и отчалили от берега. На каком-то из островов ему обработали и перевязали рану, а потом накормили. Путь продолжался несколько дней. Во время остановок коменданта лечили и кормили, но больше ни о чем не спрашивали. Большую часть времени он пребывал в полузабытьи.
Снова четко осознавать реальность Эреми начал в последний день их путешествия по болотам, рана почти не беспокоила, только некоторая слабость мешала почувствовать себя совсем здоровым. Огромные кроны могучих деревьев закрывали небо, сплетаясь в высокий зеленый тоннель, темная вода тихо журчала вдоль бортов лодки, которая быстро скользила по узкому каналу. На носу лодки сидел единственный гребец. Других лодок поблизости не было.
— Где Лела?! — сразу спросил Эреми.
— С ней разговаривают старейшие, — невнятно ответил тот.
Из этого ответа ло’Вари понял, что женщина жива, остальное пока было не так уж важно.
В первый момент Леле было очень больно, дыхание остановилось, сердце трепыхалось, как пойманная птичка, и пыталось вырваться из груди, но через несколько мгновений все прекратилось.
Потом Лела отправилась дальше. Она летела от звезды к звезде, иногда заглядывая на наиболее понравившиеся ей планеты. Кто-то строил изумительные подземные города, кто-то летал по воздуху. Даже в глубинах огромного океана, занимавшего почти всю поверхность одной из планет, жили маленькие разумные существа, которые были не похожи ни на что знакомое девушке, они строили какие-то тоннели и купола, украшая их светящимися подводными цветами. Везде пульсировала жизнь, и Лела чувствовала единство со всем живым. Ей хотелось обнять все миры и защитить от чего-то темного, чему не было названия, но оно желало погубить жизнь. Какие-то очень большие существа внимательно смотрели на девушку, хотя она и не видела их.
Неожиданно Леле захотелось вернуться в начало времен и посмотреть, как все появилось, она знала, что может это сделать. Но тут кто-то большой мягко, но непререкаемо сказал: «Нет. Тебе пора возвращаться. Еще не время». Лела подчинилась и полетела назад.
Приблизившись к болотному краю, она увидела, как Ирион с двумя товарищами сражается на узкой горной тропе с шестью бандитами, и враги падают, сраженные его клинком. А в старой штольне плакали голодные дети, и женщины не знали, чем их накормить. Лела ужаснулась, как она могла хоть на минуту забыть об этом, и рванулась вниз. Кто-то аккуратно поправил ее полет.
Боль от разорванных сосудов и порванных в судорогах связок навалилась и скрутила Лелу, она хрипло застонала. С трудом открыв глаза, Лела увидела только расплывчатые пятна и заплакала. Чьи-то заботливые руки отерли мягкой влажной тканью ее лицо и поднесли к губам питье, пахнущее знакомыми травами. Лела услышала голос пожилой женщины:
— Отдыхай, девочка! Набирайся сил.
— Что с Эреми? — сипло прошептала девушка. — Он жив? Его спасли?
— Кто это? Тот, что был с тобой?
— Да.
— Ты сама спасла его, едва не погубив себя. Твое тело чудом выдержало выброс энергии из камня, хотя он не успел набрать всей силы. Обряд общения с Миром должен был состояться на следующую ночь. А твой спутник уже почти здоров. Гниль ушла из его ран в землю. Целительницы присматривают за ним. Теперь он — один из нас.
— Как? — не поняла Лела.
— Камень нашего народа вернул ему жизнь, значит, он теперь связан с нами как брат. Надеюсь, ты поправишься к обряду принятия в род нового члена. — В голосе женщины чувствовалась улыбка. — Только прежде ты расскажешь все, что видела у камня, старейшинам родов и сказителям, раз уж ты опустошила его прежде времени, — сварливо, но без осуждения добавила она.