Хроники Риддика

Фостер Алан Дин

И все-таки ему было холодно. Несмотря на теплую одежду, от холода и сырости он промерз до костей, однако действовал как всегда уверенно. Впрочем, даже если бы у него и дрожали руки, это не имело бы ни малейшего значения, поскольку его ружье предназначалось не для прицельной стрельбы, а для шквального огня и способно было разнести в клочья буквально все, что появлялось перед ним в радиусе ста сорока градусов. Указатели на ружье показывали, что оно заряжено и готово к стрельбе.

Ему повезло, что все работало как надо. Спектр здешнего неяркого солнца склонялся к ультрафиолету,

зато и хищные обитатели планеты были очень агрессивны. Видимость практически нулевая, что, пожалуй, и к лучшему. За одним исключением: несмотря на современную экипировку и огромный опыт, Кодду никак не удавалось настичь жертву, и это начинало его раздражать. Поимка преступника и доставка его к месту назначения была для него, помимо всего прочего, предметом личной и профессиональной гордости. А сейчас все сроки давно уже истекли.

Впереди на заснеженном поле он заметил какое-то пятно. Кодд подошел ближе и навел на него органализатор. Кровь? Кровь кого? Или, учитывая особенности этой планеты, кровь чего?

Коммуникатор выдал нечто совершенно невнятное. Заинтересовавшись пятном, Кодд наклонился над ним и стал дожидаться более вразумительного ответа. Пятно на снегу было темно-красным, но в лучах тусклого солнца точно определить, кровь это или нет, было невозможно. Снова заработал находящийся в ухе коммуникатор. Кодд постучал по нему пальцем, словно мог улучшить слышимость, а заодно дать понять вызывающему его коллеге, что он занят. Черт побери, он ведь и в самом деле заняли

– Погоди, у меня кое-что интересное.

С экрана органализатора исчезли статистические данные и характеристики ДНК и появилось полученное в результате исследования изображение объекта. Нечто большое, нечеловеческое и белое, как покрывающий все снег. Двуногое, с огромными клыками. Не надо было быть опытным ксенобиологом, чтобы сообразить: эти клыки НЕ предназначены для пережевывания травы.

На экране появилось название зверя – условное, как обычно бывало с редко встречающимися инопланетными формами жизни, враждебными человеку: Urzogiganticus.

Настойчивый голос из коммуникатора явно не хотел оставлять его в покое и позволить сосредоточиться:

– Кодд, что там у тебя?

– Послушай, Док-Т, подожди минутку! – Стиснув ружье покрепче и лишний раз убедившись, что в стволе разрывной патрон, Кодд двинулся дальше. Вскоре он оказался на краю ложбины, где обнаружил кое-что более интересное, чем пятно крови. След – отчетливый и оставленный недавно, поскольку его не успело занести снегом. Более чем внушительных размеров.

– Черт возьми, только этого не хватало… Мало нам хлопот с заданием… – Вспомнив о пытавшемся соединиться с ним товарище, он заговорил в микрофон погромче: – Джонс, ты слышал о здешнем вымершем хищнике? О котором нам столько рассказывали? Оказывается, он вовсе и не вымер. Так что будь осторожнее. Короче говоря, у нас появилась еще одна проблема…

Он замолчал. Ему показалось, что по заснеженной равнине что-то движется. Кодд сверился со сканером. Ничего. Черт, этак и с ума можно сойти, даже такому видавшему виды парню, как он. Кодд шагнул вперед. Хорошо, что он знал, как…

Сканер

внезапно взвыл. Перед тем, как в его глазах померкло зеленоватое солнце планеты, Кодд успел заметить у себя за спиной смутный силуэт – массивный, белый, ужасный. Сверкнули смертоносные зубы.

Коммуникатор напрасно трещал в снегу. Никто не откликался на его отчаянные призывы, хотя он по-прежнему находился в ухе. Только ухо валялось отдельно от головы.

II

Джонс выплюнул снег, сделал глоток из термоса и настроил точнее коммуникатор. Вряд ли это поможет. С Коддом случилось что-то неладное, его молчание никак не связано с местным морозным климатом.

– Кодд, ты меня слышишь? Кодд, прошу тебя, отзовись. Ответь, дружище!

Коммуникатор молчал. Вернее, шипел и потрескивал. И это все, что можно было узнать о пропавшем Кодде.

«Неполадки с аппаратурой», – подумал Джонс. Тащась по глубокому снегу, он продолжал повторять эти слова, как будто повторение способно было обратить надежду в реальность. Снег сменился льдом – таким прозрачным и чистым, словно женщины, о которых Джонс мог только мечтать. Он свернул чуть в сторону, стараясь отыскать дорогу полегче. Вокруг неистовствовала метель. Джонс старался не отвлекаться от непосредственной задачи, а не мечтать о тепле и чем-нибудь более калорийном, чем питательный раствор в его термосе.

Внезапно под слоем льда он с ужасом увидел чье-то лицо. Нет-нет, это вовсе не игра здешнего тусклого света. Его руки сами собой стиснули ружье, а палец нажал на спусковой крючок. Двойной выстрел пробил во льду огромную дыру, во все стороны полетели прозрачные осколки.

Когда ледяная пыль осела, Джонс заглянул в возникшую полость. Вниз со звоном упало несколько кусков льда. Не обращая на них внимания, Джонс включил фонарь и заглянул внутрь. Полость подо льдом оказалась гораздо больше дыры от выстрела: он явно пробил вход в какое-то обширное помещение.

С первого взгляда Джонс не смог определить, естественная это пещера или устроенная кем-то во льду. В любом случае чье-то временное жилище. Вернее, мысленно поправился он, логово. Пучок света выхватил из темноты Urzogiganticus. У Джонса перехватило дух, но он тут же с облегчением сообразил, что чудовище не шевелится. И вряд ли когда-нибудь пошевелится. Во-первых, у него не было ног. Во-вторых, оно было аккуратно и умело разделано и подвешено к потолку ледяной пещеры за массивную переднюю лапу.

Кровь урзо медленно стекала в ведро. Ни ведро, ни умело вскрытое массивное тело явно не предполагали, что все это сделано в научных целях. Разбросанные по полу пещеры предметы говорили о том, что целью ее обитателя было исключительно личное выживание.

Джонс заметил легкое движение, резко повернулся и вскинул ружье, но на этот раз не выстрелил. Подняв фонарь, он увидел вторую подвешенную к потолку фигуру и узнал Кодда. У Джонса затряслись поджилки. Так вот чье лицо он заметил сквозь толстый слой льда. Оно-то и заставило его выстрелить – он понял это по дыре в теле своего товарища, которая вполне соответствовала возможностям его ружья, несмотря на то, что заряду пришлось преодолеть ледяную преграду.