Хроники раздора
Шрифт:
Кара бросила на него полный недовольства взгляд, но всё же пояснила:
— Как правило, людей, которые решили уйти от долгов пересозданием персонажа, находят в течение недели, максимум двух. Обычно для этого требуется просто просмотреть логи персонажей, с которыми вы контактировали. Мой, например, или Чиалы — за это, кстати, нам тоже неплохо заплатят.
— Хорошо, предположим, через персонажа не выйдет, а если мы пересоздадим аккаунт? — упорствовал Тукан.
— Ты готов заплатить за ещё одну копию игры лишь бы не отдавать долг? — вмешалась в разговор Фиона. — Мы, если так подумать, действительно виноваты…
—
— О да, — подтвердил Фопс, — как думаете, с чего бы вдруг тут возникла эта дыра?
— Мне это всё равно не нравится, — скрестив руки на груди, сказал крестоносец.
Фалайз задумчиво посмотрел на свои пальцы, занесённые в характерном для щелчка жесте, и спросил:
— Пока я на городской службе, мне ведь не придётся оплачивать новые разрушения?
— Придётся, поэтому советую почитать, что делает навык «Дикая магия» и как его контролировать, если это слово вообще применительно в этом случае, — холодно ответил Фопс. — И думать, прежде чем использовать в городской черте.
Новичок вздохнул и, обращаясь к Фионе и Тукану, сказал:
— Слушайте, я понимаю, что вина за всё произошедшее лежит только на мне, хоть и вас обвиняют тоже. Поэтому если вы хотите… ну это, соскочить — не обижусь. Бегать создавать новые акки я не собираюсь. Отработаю уж как выйдет, два месяца гринда — это…
— Скотина ты! — прервал его Тукан. — Как после такой речи можно вообще сказать тебе «нет»?
— Кроме того, представляю, как ты со своими «способностями» будешь отрабатывать, — дополнила его Фиона. — От этого места камня на камне не останется! А мне оно понравилось — здесь улицы красивые… Кгхм, в смысле были.
— Так вы остаётесь? — с удивлением спросил Фалайз.
— Разумеется! — хором ответили его сопартийцы.
***
Тем временем в замке, называвшемся «Ставка Фрайка», расположенном сильно севернее Амбваланга, зашёл в игру никто иной, как сам Фрайк. Личность эта была фактически легендарная, окружённая целым ворохом слухов и сплетен разного толка. Взять хотя бы его стаж — играл он ещё с закрытого бета-теста, застав «Хроники раздора», можно сказать, в первородном состоянии. Именно с его подачи многие игровые регионы и монстры получили свои названия. Те же хомяки, которых ещё день назад мучал Фалайз, например.
Другим терзавшим многие умы вопросом был уровень этого персонажа. Прокачка в «Хрониках раздора» была ограничена лишь вашим желанием тратить на это время — количество опыта на каждый новый уровень росло в геометрической прогрессии. Во всей игре не набралось бы и пяти персонажей, которые могли увидеть уровень Фрайка, но даже они не спешили раскрывать эту тайну, уважая тайну легенды.
Во многом благодаря именно ему орды монстров, нахлынувших с территорий, ныне называвшихся Пустошами и грозящих захватить весь континент целиком, удалось остановить. Он же сумел на практике показать и доказать, насколько губительными для мира «Хроник» были действия некоторых игроков, бездумно грабивших и убивавших всё на своём пути.
Однако от тех времён остались лишь легенды и весьма почётная репутация. К моменту, когда Фалайз, Тукан и Фиона выслушивали сумму своего долга от Фопса, Фрайк давным давно отошёл от политики. Он и его клан, называвшийся
Кабинет Фрайка располагался на вершине самой высокой башни замка, откуда открывался отличный вид на округу. Этому очень способствовало множество больших окон, прорезанных во всех стенах помещения, кроме южной — её целиком занимала самая большая и самая подробная карта континента Аркадии из когда-либо созданных в «Хрониках». Внутреннее же убранство кабинета не стремилось поразить всякого оказавшегося здесь своим богатством — это делали предыдущие помещения замка, а это служило исключительно целям функциональности. Библиотека, содержащая в себе информацию об игре, сравнимую лишь с той, которой обладали разработчики, картотека всех городов и локаций, стеллажи с картами и множество другой бесценной информации хранилось здесь, в личном доступе всего одного человека.
Сам Фрайк был статным, высоким, черноволосым эльфом с пронзительным, но немного отрешенным взглядом зелёных глаз. Одет он был в просторную мантию практически такого же цвета, как и его волосы. На нём не было никаких украшений или оружия, только изготовленный на заказ из Метеоритного серебра значок, изображавший рычащего дракона. Знак этот — ещё одна из множества загадок, окружавших легенду, — почему его иногда, по старой памяти, называли рыцарем-драконом. Многие, путая причину и следствие, считали, что это из-за личного герба Фрайка — дракона. Однако точно ответить на то, откуда в таком случае взялся герб, никто не мог, сразу пускаясь в область предположений.
Сегодня Фрайк был как обычно спокоен до отрешённости, хотя немного и опоздал, нарушив собственную традицию заходить в «Хроники» ежедневно ровно в восемь. Он принял от Секретаря сводку новостей, оформленную как газету и, сев за свой стол, принялся неторопливо её читать. Наблюдавший эту сцену со стороны мог бы подумать, что в кабинете лишь один живой человек и что Секретарь — это просто бот, однако сразу же бы ошибся.
Кто же станет в какой-то игре вот так покорно ждать? Ответ: любой член Ордена искателей Истины. Дисциплина в этом совсем небольшом клане стояла железная, а требования к кандидатам на вступление были заоблачными. Однако многие, особенно из тех, кто застал игру на релизе, были готовы всё это терпеть. Ходили слухи, что для того, чтобы Орден внепланово собрался, требовалась всего одна команда и не более получаса.
Помощник Фрайка имел не менее интересную и загадочную историю, нежели его господин. Этот человек заведовал всеми делами Ордена, но сказать что-то о нём самом было невероятно сложно. Взять хотя бы его внешность: вроде темноволосый, средних лет, но стоило отвернуться и посмотреть ещё раз, как ты замечал, что его волосы скорее рыжие и другой длины, а сам он молодой юнец. И так каждый раз. О его прошлом тоже ничего не было известно. Никто не знал историю Секретаря до Ордена. Многие даже сомневались в том, что она вообще была. Они существовали исключительно вместе, как единое, неразрывное целое.