Хроники Мианора
Шрифт:
Я хмыкнул про себя. Шли мы уже давно, и привал действительно нужно было делать час назад, но в том-то и дело, что я ничуть не устал. А что плечо постоянно обжигает огнем, так это мои проблемы.
— И мои, между прочим, тоже! — яростно вылез внутренний голос.
Честно говоря, он достал меня гораздо больше ноющего плеча. Решив, что за все надо платить, я начал напевать однообразную песенку, волшебным образом оставляя в голове только ее одну, разом выпихнув все посторонние мысли. Мое второе «я» продержалось пять минут. Хм, я бы выдержал больше!
— Немедленно
Яспоткнулся на ровном месте и схватился руками за виски.
— Тебе плохо? — тут же подскочила Циала.
Я попытался сделать равнодушную мину, что плохо получалось. В совокупности с болью в плече, головная боль меня добила.
— Ваше высочество, я ценю вашу заботу обо мне, но не понимаю ее причин, — вежливость, вежливость и еще раз вежливость.
— Дурак, —вывел вековую истину демон у меня в голове.
— Что ж, граф, вынуждена признать, что это всего лишь вежливость, — ровно ответила Циала и, не взглянув на меня, догнала Тэрека. (Я шел позади всех, Тэрек и Циала вместе, а дракон чуть впереди.) Ах да, наверняка вам любопытно, отчего это я не смотрю в глаза Кайнори? О, все очень просто — Ерэграл говорил, что дракон из правящей династии, посмотрев кому-либо в глаза, способен увидеть внутреннюю сущность. Не знаю, правда это или нет и сможет ли увидеть во мне демона Кайнори, но подстраховаться не мешало бы.
— И правильно делаешь —опять влез в мои мысли демон. — Может, он и не поймет, кто ты, но вот распознать, что отнюдь не добрый парень, — раз плюнуть.
— Ну и что? Мало ли на свете недобрых парней?
— И часто ты встречал послов с титулом принца, душой вора и сущностью демона?
— Я понял. Только помолчи, от тебя голова уже болит!
— Это еще цветочки… А потом пойдут и дубы.
Я его проигнорировал, прислушиваясь к шуму леса. Тэр, Циала и Кайнори о чем-то болтали, но я специально не пытался вслушиваться в их слова. Ну их…
— Кай, нам нужен привал.
— Нам? — насмешливо спросил дракон в ответ, скосив взгляд своих фиолетовых глаз на спокойно идущего позади посла.
— И ему тоже, — нахмурилась Циала. — У него в крови — яд. По-моему, он себя плохо чувствует.
— Раз не говорит, нормально все! — фыркнул Кайнори.
— Да ничего не нормально, — внезапно резко перебил их Тэрек. — Он не подкалывает меня в течение уже трех часов.
Кайнори недоуменно на него посмотрел.
— Да-а, похоже, дела плохи, — впала в прострацию Циала. — Он же на это способен, только когда спит!
— А может, он и спит, — ехидно предположил дракон. — На ходу.
— У него болит голова, — серьезно заметила Ациалера.
— Слушай, он тебя оскорбил, намекнул, что боится сказать лишнее слово, чтобы не ухудшить отношение к Мианору, не смотрит мне в глаза, скрывая что-то, а ты за него переживаешь! Он тебя за хрупкую вазу принимает, которую ни-ни, не тронь, только издали глазками моргай да пыль протирай!
— Ну
— Хорошо, — закатил глаза Кай. — Эй, граф, привал!
К чему-то прислушивающийся парень резко остановился, недоуменно глядя на дракона, ставшего негласным руководителем похода.
— Зачем, ведь скоро город? — несколько растерянно спросил он. — Пройдем еще и отдохнем там.
— С чего ты взял, что скоро? — ехидно спросил Тэрек.
Таилэн глянул на него, как на умственно отсталого.
— Деревья редеют, — махнул он рукой в сторону леса. — Встречаются вырубленные, дорога чище, зверья меньше, люди на дороге чаще появляются… да много еще чего.
— А… Ну тогда пошли? — неуверенно предложила Циала.
Кайнори молча повернулся спиной к спутникам и поспешил прочь по дороге. Чуть позже его догнала и Циала.
— Нужен отдых? — сквозь зубы кинул Циале дракон. — Ци, он такой же посол, как я — бедная овечка! И если с тобой что-нибудь случится, я убью его!
— Хм… — выразил свое сомнение Тэрек. — Сомневаюсь, что ты сможешь его догнать.
Тает зима, оголенная солнцем, Ветер вдыхает источник тепла. Шепчет зима о том, что вернется… Только все это пустые слова. Только все это, увы, повторится, Только расплата придет скоро вновь, И вот тогда тебе снова приснится Улыбка зимы, леденящая кровь…— Красиво, — раздался сзади Леда спокойный голос.
Парень даже не вздрогнул. Он стоял на балконе, в одной из башен дворца Повелителя драконов, всматриваясь в даль.
— Это не мое, — равнодушно ответил Ледоник.
Он пришел сюда, чтобы побыть одному. После телепортации во дворец Хиерад поспешил доложить о прибытии принца Мианора и его свиты. Вернувшись, дракон сообщил, что Повелитель хочет подумать, стоит ли подпускать Ледоника к вору, а пока их разместят во дворце. Сразу после принятия решения Повелитель собирался поговорить с Ледом самолично. Лед не возражал. Он недоумевал: на острове царило вечное лето, и хоть Лед и знал это раньше, но только сейчас ему пришла в голову здравая мысль о местонахождении его дорогого братца.
Скорей всего, он находился в одной из стран, где было вечное лето. Ниточка слишком тонкая, но уже существующая.
— Тогда, значит, это стихи вашей девушки? — Дракон подошел и стал рядом с Ледом.
Голос Ледонику был незнаком, но он не смотрел на собеседника.
— Моего брата, — спокойно ответил Лед.
— Эвариана? — прозвучало искреннее удивление. — Или… того, который был неведомо каким образом найден?
И тут Лед обернулся. Рядом с ним стоял тот, кого он ожидал увидеть меньше всего, — старший сын Повелителя, Фэоран. С минуту Лед растерянно разглядывал высокого среброволосого дракона, жутко бледного и с ярко-зелеными, как у самого Леда, глазами. Впрочем, вертикальный зрачок убивал все возможное сходство. Глаза Леда и Фэорана встретились, и оба сразу же забыли, о чем говорили.