Хроник

Храмцовский Гарик

– Возьми лекарства!
– протянул руку с таблетками санитар.

– Спасибо, - сказал Хроник и выпил лекарство.

– Ххх...хххх...Ххроник вставай, пппппойдем есть.

Хроник открыл глаза. Он несколько секунд не поднимался. Прислушивался к себе. Затем повернул голову, увидев Заику и Туру. Тяжело улыбнулся.

– Пойдем, пойдем! А че пожрать? Ты ходил?
– сказал Хроник.

– Ннннет, мы..мы...мы...мы..мы.. тебя ждали. Тура рррассказывал в кккурилке, что что что ты его чуть чуууть чуть не съел!
– сказал Заика.

–

Пойдем жрать!
– сказал Хроник. Он лежал в первой палате.

По пути в столовую, больные всегда проходят мимо "Смотровой" палаты, предназначенной для новеньких.

– Отличный бифштекс, - сказал Хроник, и встал из за стола. Его миска была наполовину заполнена серо - зеленоватой жидкостью.
– Я курить.

В курилку нужно идти через весь коридор. Иногда по нему пробегают медсестры и санитары. Но в основном его обитатели - пациенты. Небольшой мирок, в котором приходилось существовать всем. Жизнь кипела. Кто - то подходил к каждому и просил что - нибудь. Кто - то истерически смеялся, не обязательно над кем - то. Он мог это делать в одиночестве. Постоянные разговоры, сменялись дозами депрессий и тишиной.

Множество всевозможных взглядов сдерживают кирпичные стены блока. Количество глаз не соответствовало количеству людей, которые там находились, включая персонал. Это место было своего рода порталом. Проводниками разных сущностей в мир людей, были пациенты отделения. Но не все проводники молили о пощаде. Это их жизнь. Некоторые смирились и приняли себя, некоторые не могут до конца осознать, что с ними, а кто - то бьется, отрицая, что это все живет в нем.

Между столовой и курилкой было три палаты с открытыми, квадратными проходами. И комната с пианино, в которой хранились передачи с воли и личные вещи пациентов. Ближе к курилке коридор сужался и его освещали, в отличии от всего остального помещения только лампы на потолке.

Хроник увидел, как Вера закрывает решетку и идет на встречу. Но не одна как обычно. А с молодым, высоким, аккуратно постриженным и выбритым парнем. Явно не из этих мест. В клинике даже "Нормальные" люди (санитары и медсестры) становятся своими.

– Здравствуй, Саша!
– сказала Вера.

– Здравствуууйте, - сказал Хроник.

– Марк Андреевич знакомьтесь. Это долгожитель нашей больницы Саша Васильев.

– Добрый день, Саша! Я новый доктор и зав этого отделения. Приятно познакомиться, - сказал Марк.

– Здрасьте... Марк. Это который Карлс?
– Хроник громко засмеялся, смотря ему в глаза.
– Марк Карлс... Марк Карлс, - подхватил больной проходивший мимо.
– Марк Карлс, Карслсомарк, Карлсмарков, тебе нравиться так?
– задавая вопрос сам себе, прошмыгнул в курилку.

Марк доброжелательно смотрел Хронику в глаза, не теряя ни грамма смущения, улыбался, - Думаю, мы поладим.

– Поладим, - сказал Хроник, - шнурки и мыло!
– Хроник развернулся и пошел в курилку. - Шнурки и мыло.

– Не обращайте внимания, бредит. Пройдемте Марк Андреевич, - сказала Вера.
–

Отделение у нас не большое, всего три палаты и смотровая. Палаты переполнены, в отделении сейчас, без учета смотровой, пятьдесят шесть человек.
– Марк смотрел на Веру и автоматически кивал, слыша только отдельные звуки.
– Шнурки и мыло, шнурки и мыло... Поладим... Не похоже на бред. Поладим .... Поладим, шнурки и мыло, - ... здесь у нас смотровая, - Марк снова услышал Веру, - а напротив столовая. Все обычно в ней и обитают, тут у них карты и все такое.

– В смотровой дежурные есть?
– спросил Марк.

– А как же? Конечно есть! Всегда медсестра на месте.

– А здесь комната с лекарствами, я так понимаю?
– сказал Марк.

– Да! С лекарствами и журналами, - сказала Вера.

– Хорошо. Кстати, кто мне может выдать ключ от всех дверей, как говориться...?
– сказал Марк. Его взгляд соприкоснулся с больным в шапочке, который просил у него еду. Больной подтянул еще выше штаны, оставив пальцы под резинкой и улыбнулся.

– Да, конечно, - засуетилась Вера, - сегодня Вы получите ключи.

Внезапно Марк ощутил, на себе тысячи взглядов. Повернувшись вокруг, он увидел, что на него уставились несколько пациентов. У каждого больного, который смотрел на него, было по несколько глаз. Глаз в глазах. Словно пауки, они потирали свои мохнатые лапки.

Марк, побледнел, - Так! Я тут главный! Я врач! Что за паника? Успокойся!
– Взял себя в руки. Осмотрелся. Все были заняты своими делами. Ни кому до него не было ни малейшего дела.

– Марк Андреевич, думаю, на сегодня хватит. По территории пройдемся?
– Марк кивнул.
– Хорошо, нам сюда.

Они вышли на улицу и пошли вдоль блока. Марк снова ощутил прилипающие к нему взгляды, Вера продолжала что - то рассказывать. Но он ее не слышал. Казалось, что глаза смотрели на него из окон. Марк резко обернулся, но в окнах он увидел лишь тени от растущих рядом деревьев. Марк вздохнул. Он решил свалить все на стресс первого дня.

Продолжил экскурсию с Верой.

8

Из курилки доносились вопли и истерический смех. Хроник тихо, словно не желая кого - то разбудить, открыл дверь, - Смотрите! Это Хроник! Карл Маркс!
– комната вновь разразилась бурными эмоциями.
– А кто это был, а Хроник?
– сказал кто - то из толпы.

– Это наш новый врач! Очередной бездельник! Как прошлый. А кто помнит поза - прошлого? Кто лежал при нем?
– сказал Хроник.

– Еще бы, кто ж не помнит, как эта сука забивалась по углам, после того, как попал к нам!
– доносились выкрики из толпы.
– Он так и не смирился! Урод!
– продолжали негодовать больные.

– Ладно, идите на хрен вы все, он тоже был человеком!
– сказал Хроник.

– Какой же он человек, если относился к нам, как к скоту! Да еще и мать свою убил! Гнида! Вот и получил: "От тюрьмы и от сумы не зарекайся", и где он теперь?
– продолжались выкрики.