Хром

Минден Инка Лорин

— Дом снаружи — звучит замечательно. — Хотя пирамида огромна, в ней проживает слишком много людей. Она безнадёжно переполнена.

Пока Саманта удаляет мою татуировку, мы говорим обо всём на свете. Хорошо снова поговорить с женщиной. Кроме того, мы с ней на одной волне. Она мне нравится.

— Когда Хром последний раз колол себе стимуляторы? — спрашивает она.

Я пожимаю плечами.

— Он больше их не колет.

Её глаза делаются большими:

— Но…

— Да, он в одиночку освободился от зависимости, — говорю я с улыбкой.

Саманта вздыхает и качает головой:

— Это

очень неприятно, я думала, Джекс умрёт.

У меня перехватывает дыхание.

— Было так плохо?

Она слегка наклоняет голову и смотрит на меня:

— Он тебе ничего не сказал, да?

— Не сказал. Но я видела по нему, насколько это его изнурило.

— Типичный Воин. У Джекса была настолько высокая температура и его так часто рвало, что я думала, он не справится.

О боже, Хрому пришлось пройти через всё это одному.

— Спасибо, теперь мои угрызения совести стали в два раза сильнее, — говорю я сокрушённо.

Улыбаясь, Сэм подмигивает мне.

— Ты должна принять его таким, какой он есть — мы не можем их изменить.

— Я не хочу менять Хрома. Он идеален, какой есть.

Я уже очень соскучилась по нему и представляю себе, каково с ним жить. В будущем я хотела бы заботиться о нём, готовить для него. На самом деле, я была бы чертовски хорошей женой. Раньше я с удовольствием заботилась о Райли. Эти воспоминания остались настолько далеко, будто моя предыдущая жизнь была просто сном.

— Готово. — Саманта наносит на кожу охлаждающую мазь и накладывает повязку. — Теперь мне нужно заглянуть к моему пациенту и осмотреть новенького.

— Его зовут Нитро, — говорю я и благодарю Саманту, радостная, что скоро распрощаюсь с напоминанием об ужасном времени. — Ему придётся переносить ломку в тюрьме? — Я не испытываю к нему большого сочувствия. В конце концов, он хотел нас остановить. Но с другой стороны, он всего лишь делал свою работу.

— Пока не знаю. Смотря, как он будет себя вести. Джулиус разработал программу, — план действий в чрезвычайной ситуации, так сказать, — что нам делать с новичками из Уайт-Сити, которые не на нашей стороне. Сначала они должны посмотреть разъясняющее видео, затем будут проводиться беседы. Наверное, всё будет зависеть от человека. До сих пор у нас не было заключённых. — Саманта встаёт и убирает лазер в сумку. — Ну а теперь я позвоню Энн, чтобы она показала тебе ваш новый дом. Не сомневаюсь, что тебе надо отдохнуть.

Я чувствую себя немного усталой, в конце концов, я всю ночь провела на ногах, но я слишком взволнована, чтобы спать. Сначала мне нужно узнать, освободили ли Хрома, тогда я смогу радоваться всему остальному.

Глава 8. Новый дом

Энн — привлекательная женщина лет сорока со светлыми волосами и пышными формами. И сидя в этом автомобиле-монстре, она кажется лилипутом. Её ноги едва достают до педали газа. Энн забрала меня около пирамиды на этом угловатом внедорожнике, который определённо был произведён ещё до взрыва бомбы. Все окна открыты, и ветер треплет мои волосы. Мои глаза горят, нос чешется, и время от времени я кашляю. В Резуре очень пыльно, и к этому мне тоже нужно привыкнуть.

— Эту детку я восстановила сама, — говорит

Энн, поглаживая руль, и её тёплые карие глаза загораются. — У неё есть электромотор и она ездит на бензине. Цельное переднее сиденье — это тоже моя конструкция.

— У вас есть бензин? — Это удивляет меня.

— У нас, милая, ты теперь одна из нас. — Она прибавляет газу и гонит машину по улицам. На асфальте во многих местах трещины и выбоины, но это не мешает ни Энн, ни её автомобилю. Он просто грохочет дальше.

— В старых соляных шахтах под землёй хранятся огромные запасы нефти. Нам остаётся только доставать. В нескольких километрах от города есть нефтеперерабатывающий завод. Потихоньку всё налаживается, и мы уже не такие беспомощные, как многие думают. А благодаря Воинам у нас наконец-то есть и чистая вода. Не хватает только важных медикаментов. Антибиотиков и так далее.

Пока она говорит, я цепляюсь пальцами за обивку и надеюсь доехать до своего нового дома живой.

Энн, похоже, замечает мой страх, потому что убирает ногу с педали газа.

— Прости, милая, мне нужно привыкнуть к тому, что у людей под куполом нет машин — только велосипеды, как я слышала.

— Хм. — Я проглатываю подступающую тошноту. — Большие транспортные средства есть только у высокопоставленных граждан и в тюрьме, но они не слишком быстро ездят.

Мы едем вокруг огромной пирамиды, и я жадно впитываю новые впечатления. Построено много новых домов: одноэтажные домики и двухэтажные здания. Все пёстрые и своеобразные, но у каждого здания своё очарование.

— Материала у нас достаточно от разрушенных гостиниц, — поясняет Энн и спрашивает, не переводя дыхания: — Ты уже зарегистрировалась? Сообщила, кто ты по профессии и всё такое?

Я улыбаюсь. Энн очень любопытна.

— Да. Саманта помогла мне в этом перед тем, как ты меня забрала. Раньше я была телохранителем, но здесь с удовольствием работала бы с детьми.

— Это хорошо. У нас так много беспризорников. Они слоняются по руинам и пытаются как-то выжить.

Я тут же выискиваю взглядом детей, похожих на беспризорников, но здесь очень много детей, они маленькими группками идут вдоль дороги.

— Разве им не помогают в Резуре?

— Мы не дали бы им умереть с голода, но многие не осмеливаются заходить в город. Бедные малютки.

Моё сердце сжимается.

— А что с их родителями?

— Большинство из них умерли от заражённой воды или болезней. Даже лёгкой травмы может быть достаточно, чтобы распрощаться с жизнью. Помимо того, существуют ядовитые пауки и гремучие змеи. К счастью, такие обитают в основном в пустыне или в руинах.

Я вздрагиваю. Ядовитые пауки и гремучие змеи. Даже слышать о них страшно.

— Здесь так много детей, — говорю я больше себе, с изумлением глядя на этих смеющихся созданий, которые играют друг с другом в мяч или прыгают через нарисованные клетки.

— Уж точно побольше, чем в городах под куполом. Я слышала, ваших мужчин стерилизуют?

— Да, в двенадцать лет им перерезают семенной проток. Это относительно простая операция. Лишь избранные пары могут иметь потомство. Листы ожидания очень длинные.

Энн поднимает брови:

— Значит, ваши Воины тоже бесплодны?