Христиане

Азановский Георгий

– Всего один день, брат… – внезапно вмешался в его монолог Кифа.

Давид лишь нетерпеливо отмахнулся рукой от этих слов.

– Ты просишь у меня, чтобы я терпел этот позор в течение целого дня, и при

этом оставался в живых. Я могу дать тебе такое обещание, но только из-за большой веры в тебя. Веры в твою помощь.

Кифа внезапно понял, что эти слова означают согласие. Едва Давид окончил свою речь, он крепко обнял его за плечи и поцеловал в заросшую грязной бородой щеку.

Не теряя зря времени, они договорились о тайной встрече на следующее утро. После этого их пути молча разошлись.

Глава седьмая

Истязание

Солнце рано взошло над тысячелетним городом. Улицы его стали быстро оживать. Едва утреннее солнце нагрело камни на мостовой, как из своих домов стали выходить жители столицы. На узких улицах в это жаркое утро скопилось много народу. Большинство людей были одеты в праздничные одеяния и радостно улыбались, предвкушая веселое зрелище. Среди толпы были молодые мужчины и женщины, богатые негоцианты, вельможи, старики и распаявшиеся дети. Путь всех этих людей в жаркое утро максиминовых представлений лежал к храму Венеры. Именно там должно было состояться главное действие сегодняшнего дня.

Как и было условлено, Кифа и Давид встретились незадолго до восхода солнца. При встрече они заговорчески взглянули друг на друга, однако не проронили при этом ни слова. Спустившись вниз по улице, они остановились под большой

каменной аркой, ожидая начала шествия толпы. Вскоре они действительно увидели начало шествия. Мимо них с каждой минутой проходило все больше и больше людей. Оба юноши с неприязнью вглядывались в лица этих горожан, проходивших мимо них, под высокой аркой. О, они-то знали, в чем заключалась радость этих людей сегодняшним утром. Все эти женщины, мужчины и дети шли к храму Венеры, туда, где император Максимин приказал христианам совершить жертвоприношения римским божествам.

Толпы людей, несмотря на духоту, царящую на городских улицах, шествовали в это воскресное утро к храму Венеры.

Взобравшись на крышу высокого здания, Кифа и Давид внимательно наблюдали за происходящим внизу. Среди римлян, охранявших улицы, они глазами выискивали ненавистного им императора.

– Нужно идти к храму, возможно истязатель уже там. – произнес Давид.

Не спеша они сошли вниз.

Император действительно был возле храма. В окружении небольшой охраны из преданных пехотинцев, он ожидал, когда к нему приведу всех христиан, отобранных в округе. Специально для императора декурионы приготовили большое кресло, которым, однако, тот не спешил воспользоваться, предпочитая оставаться на ногах. Его длинный белый плащ слегка колыхался от неспешных движений, на поясе висел длинный меч и голову его украшал золотой лавровый венок. Глаза его были сильно уставшими, но лицо оставалось необычайно суровым. Император решил во что бы то ни стало закончить сегодняшнюю экзекуцию.

Конец ознакомительного фрагмента.