Хранящая
Шрифт:
И так провозилась до самого вечера. А потом меня ждал сюрприз. Явился Ярослав. Весьма не в духе, раздраженный и дерганый.
— Привет, братишка. Чем порадуешь?
— Собственно, нечем, — брат присел на край дивана, не выдержал и заметался по комнате. — Лучше бы ты дома осталась!
— Что произошло?
— Ветер выехал только на рассвете, а мне уже приглашение принесли. К герцогу.
У меня на это слово скоро будет аллергия.
— Я так понимаю, его светлость очень интересовался моим здоровьем?
— И ему вежливо ответили, что ты сейчас не в состоянии не то
— Плохо. На празднике-то меня видели позавчера.
— Это как раз ерунда. Отговорились, что тебе и так было не очень, а после толпы и шума совсем поплохело. Меня напрягает его непонятная настойчивость.
— Ветер сказал, что он хочет повязать тебя этим браком, чтобы развязать войну за трон.
— Глупо. Король давно обезопасил себя от таких ходов. Не спрашивай как — понятия не имею.
— Тогда какого черта ему надо?
— Создается впечатление, что ты его самого зацепила. Герцог не привык к отказам. Тем более от женщин. Вот он и прет как танк.
— А что думает Дженнар?
— Не все тут гладко. Тебе от него письмо, кстати.
Я осторожно развернула сложенный вдвое листок. Яр точно уже ознакомился с содержанием, раз адресат письмо не запечатал.
"Приветствую драгоценную госпожу…(еще четыре строчки, от которых у меня глаза чуть в кучу не съехались)… Лилию. Надеюсь, ваше бесценное здоровье в порядке и восхитительный румянец…(встречу — убью гада!). Словом, ты в покое и здравии? Вот и хорошо! Я тут хотел к тебе в гости напроситься, если примешь. Официально заявляю, что никаких планов в отношении тебя не вынашиваю — на случай если друг мой дорогой с этим письмом ознакомиться все же успеет. И вообще — я жениться не собираюсь! Достали. С братом твоим я договорился, он и его супруга будут присутствовать, дабы не ставить тебя в неловкое положение (видать, от скуки у Дженнара совсем крыша потекла). И если ты не против моего визита, дай знать. Ваш общий друг".
— Слушай, ты его когда видел — он нормальный был?
— Слегка навеселе, но вроде да.
— Бедняга, его эти жмурки-пряталки достали уже, раз он такой бред сочиняет.
— Так что мне этому страдальцу передать?
— Да пусть приходит. Только в твоем присутствии. А то вдруг у него с головой совсем плохо и он буйный?
Яр скуксился, но рассмеялся. Пообещав мне привести гостей завтра к вечеру, убежал. Хоть настроение улучшилось, и то славно. Интересно, что сейчас в городе творится? Даже сплетни послушать хочется, да не от кого. Хотя, если магистр Сервус не занят, можно сообразить на троих. С Учителем во главе. А то обидится еще.
Как выяснилось после третьей бутылки вина, дела в городе шли весело — правитель окончательно слетел с катушек и начал активно пропалывать грядки аристократии, нещадно вылавливая заговорщиков. Местное отделение гильдии кинжала и удавки притихли как мыши под веником, поняв, на чью сестру они приняли заказ и что им за это будет. Ястреб времени зря не терял и слов на ветер не бросал. Сервус радостно потирал ладони, Учитель только морщился — надоели эти разборки вселенского масштаба. Самое важное, что организатора Паланского восстания до сих пор не нашли, более того,
Перед утренней зарей адепты Вассетского Дома Хранящих вскочили со своих постелей, разбуженные отвратительными воплями. Версии выдвигались самые разные — от мучивших бездомную собаку бродяг до забредшего в город умертвия, оборотня или призрака самой Первой Хранящей, которой кто-то что-то отдавил. Возмущенная магистр Жива разогнала адептов по классам и отправилась за рассолом. Она-то точно знала, что к нашему хоровому пению Первая Хранящая отношения не имела никакого, потому как четвертую бутылку мы разливали уже на четверых… И, похоже, она оказалась лишней.
Проснувшись с дикой головной болью и сушняком далеко за полдень, я с ужасом вспомнила, что сегодня ко мне должны прийти. А я в таком состоянии! Инфаркт гостям обеспечен! Пришлось ползком добираться до ванной и спешно приводить себя в порядок. Да еще делать вид, что я свежа как роза (после вчерашнего розами там и не пахло), прилежно сижу над книгами (на самом деле прилежно над ними сплю) и вообще вчера это не я распивала крепкое вино в компании с магистрами под разудалые частушки (кстати, народное творчество магистрам пришлось по душе, и они на ходу сочиняли свои). Надо же какие фантазии интересные у адептов!
Яр под руку с Катариной, в сопровождении лакея чинно вплыли в комнату уже на закате. Зачем им слуга я поняла, только разглядев его ухмыляющуюся рожу. Дженнар в своем репертуаре!
— Доброго вам вечера, — я изобразила на лице радостную улыбку, больше похожую на радость гиены при виде льва.
— И тебе. Хотя, видимо, пожелание запоздалое, — нахмурился Яр.
Расцеловавшись с Катариной, я отсела к Дженнару, ехидно скалившемуся с дивана. Братишка с женой делали вид, что наш разговор их совершенно не интересует, но внимательно прислушивались.
— Смотрю, у тебя хорошее настроение?
— Еще бы! Глядя на тебя, расцветаю на глазах!
— Дженнар!
— Ой, да брось! Ты как почтенная матрона в отсутствие ревнивого мужа.
Я нехорошо сощурилась. И чего ему неймется-то? Задолбали, честно говоря. Может, и правда — выскочу замуж и отвяжутся? Или проще тупо прибить и прикопать где-нибудь за городом, во избежание, так сказать?
— Вообще-то ты вроде обещал на эту тему не высказываться.
— Алиса, я тебе твердо обещал, что не буду к тебе приставать с неприличными предложениями. А насчет шуток я ничего не писал! — он расхохотался.
— Начинаю понимать, за что тебя хотели убить.
Мужчина как-то совсем уж неестественно обрадовался. Ох, чую я неприятности.
— Вот видишь! Даже мой лучший друг на меня в обиде! Я такой нехороший!
— Дженнар, кончай дурака валять! Не смешно.
— Ну извини. В четырех стенах как-то не особенно радостно, не находишь?
— А у меня есть, чем заняться.
— Советуешь напасть на библиотеку Ветра? Нет, тогда мне точно от дуэли не отвертеться!
— А чем ты занимался до…