Хранящая

Тарасова Ирина

Попутно расспрашивала, где он уже успел побывать, в каких городах, составляя для себя своеобразную карту. Получалось, что множество княжеств, герцогство и далее по списку, мелких и вечно спорящих, находящихся на юге континента, объединялись в королевство Чарриант, но чисто номинально. Потому как в каждом имелся свой, близкий и вполне конкретный властитель со своей крепкой дружиной и загребущими по мере возможностей руками. Севернее располагались еще два-три мелких королевства и земли верригов, на которые не претендовал никто по причине их полной

непригодности к земледелию. Вырастали там высокие сильные воины и охотники, с которыми тоже связываться себе дороже.

На востоке Чарриант подпирали горы, в которых верховодили (я чуть с коня не брякнулась!) ГНОМЫ! Но на поверхность почти не выходили и к себе никого не приглашали. В маленьких близлежащих поселках приторговывали и все. Я тут же поинтересовалась, как обстоят дела с эльфами, уже раскатав губу на какого-нибудь потрясающего красавца. Оказывается я совсем ребенок, раз верю в эти сказки. С гномами тоже облом — просто так народ называли, который в горах живет и трудится. Да, невысокие, кряжистые и, как правило, бородатые, но люди. Зато за горами имелось загадочное государство Дилия, где строились прекрасные дворцы среди цветущих садов, отовсюду лилась музыка и смех, ткали удивительные ткани, делали искусные луки и… разводили слонов. Не боевых, нет. Маленьких таких, с лошадь ростом, для красоты. Ну и ездить, понятно.

В общем, разочаровала меня география. Или это Ветер был таким необразованным? Но ничего интереснее он рассказать не мог, а истории и сплетни пересказывать категорически не хотел. Только издевался, когда я в тысячный раз поправляла сползавшую за спиной гитару. Плюнула на все, слезла, и, усевшись на траву, принялась рыться в рюкзаке.

— Что ты делаешь?

— Собираюсь исправить упущение. А что?

— Нам еще до заката надо приличное расстояние покрыть!

— Покрывают кобылу конем, правильнее сказать — преодолеть.

Мужчина заметно покраснел. Не от смущения, от гнева. Но мне и моему филею было до такой степени по барабану, что хоть он джигу в одних трусах пляши — не повернулась бы.

— Да ты, ты…

— Кто? — флегматично поинтересовалась я, перешивая лямки на чехле.

Резко выдохнув, замолчал. Вот-вот, пусть подышит, расслабится. Заодно, покопавшись в рюкзаке, добыла жвачку — а то во рту помойка, зубной пасты и щеток тут я вряд ли увижу.

— На, пожуй и выплюнь.

— Зачем? — настороженно спросил Ветер, но предложенную "подушечку" взял.

— Рот освежить, зубы почистить.

— Что?!

Разъяренным зверем зарычал, вскочил в седло и рванул прочь. А что я такого сказала? Да пофиг, баба с возу — и волки сыты. Спокойно починив чехол, закинула инструмент за спину, с грехом пополам взгромоздилась в седло и попылила по дороге. Деньги, оставленные Игорем, дрожали мелким монисто в мешочке, который я предусмотрительно засунула во внутренний карман, поближе к сердцу, а значит, голодная смерть мне не грозила. Понятно, что одной все равно страшновато и беспокойно, но лучше так, чем с невменяемым психом

ехать.

На дорогу впереди из чахлых кустиков шустро выскочили трое плотных, добротно одетых мужиков, с дубинками в руках. Я тупо хлопала глазами, понимая, что вот они — неприятности, приехали. Как в том анекдоте: "Лыжники, — подумал Штирлиц. Штирлиц, — догадались грибники".

— Ну что, красавица, сама слезешь, али помочь? — ехидно поинтересовался один, бородатый и с подбитым правым глазом.

— Сама, — вздохнула я, сползая с седла и пристраивая на нем поаккуратнее гитару.

Далее последовала попытка схватить меня за руки, но намертво вбитые упрямым братом навыки и в этот раз не подвели. Постанывающие и покряхтывающие мужики с воем отползали от меня, отмахиваясь всеми конечностями. Я же пыталась отдышаться — как вагон картошки разгрузила.

Как здорово, что у них луков не было! Запоздалая радость тут же омрачилась картинкой — я истыканная стрелами как игольница. Ндя. Что-то я расслабилась.

— Эй, уважаемые, а не подскажете поблизости трактир или двор постоялый есть? — крикнула вдогонку (точнее вдоползку).

Подбитый нерешительно остановился.

— Нет, госпожа, до таверны еще полдня ехать, пусто тут кругом.

— Вот блин!

— А чего так-то? — обиделся мужик. — И не блин, просто тракт.

— Да спутник мой дурной умчался, а дороги я не разберу.

— А-а-а, это мы завсегда поможем, коли монеты не пожалеете.

— Коли по-честному, обогреете да дорогу укажете, не пожалею. А захотите надуть — у меня кое-чего и покрепче кулака имеется, — с вызовом уставилась на него.

Понятливый "гид" щербато разулыбался. В итоге меня вежливо проводили к костру, напоили горячим чаем (или чем-то похожим) и даже рассказали, как до Вассета добраться. Под конец дружеского застолья предложили вина, но внутренний голос шепнул: "не пить!", и я нехотя потянулась к гитаре, собираясь откланяться.

— А это чего ж, "струмент", что ль? — удивленно заохал подбитый.

— Ну да, — со вздохом, и ежу понятно, что сейчас будет.

— А не сыграете, госпожа? Век песен не слыхали.

И что таким людям играть? Ради интереса спела, что всплыло в памяти — "Закат" и "Балладу…" группы Ария. Понравилось. Захотелось вдруг, взяла и спела им "Ой, то не вечер, то не вечер". Мужики рыдали. А на словах: " Пропадет, он говорил мне, твоя буйна голова…" вообще такие сопли пустили, что мне страшно стало. Вот что искусство с людьми делает!

— Ай, красавица, ай уважила! Слов нету! — размазывая по лицу пол литра "скупых" мужских, прохрипел подбитый. — Только вот кто ж такой Есаул?

— Звание это. Атаман казачий, — я пожала плечами.

Волшебное слово "атаман" отправило всех троих моих неудавшихся грабителей в глубокий ступор.

— Вот что, ты говорила, спутник твой смылся?

— Ну да.

— Иди сюды, глянь — он, нет?

Я заглянула за кусты и лицезрела связанного по рукам и ногам Ветра. Славно храпящего.