Хранящая сердце
Шрифт:
Донилла не сразу нашлась что ответить.
— Это неверно, — помолчав, возразила она сестре. — Я не стыжусь Феррилла. Я просто скучаю иногда по его прежнему облику.
— Тебе нравилось быть подавленной сильной личностью, которой он был? В свое время ты жаловалась, что вынуждена спрашивать его разрешения по любому поводу, а сейчас ты скучаешь по…
— Я думаю, что нашей гостье вряд ли интересно это слушать, — ответила Донилла. По ее тону можно было понять, что она начинает сердиться.
Ланар не обратила на это внимания.
—
Шанель едва не рассмеялась. Эта женщина теперь направила свои стрелы в ее сторону, но Шанель отнюдь не собиралась молчать.
— Если вы не замените слова «такой же» на выражение «более чем», то проиграете пари, Ланар. Никто не может быть самоувереннее воина Ша-Казна! Кроме того, в своем мире воины полностью господствуют во всех областях жизни. Женщины не могут даже выйти из дома без сопровождения мужчин, не могут работать, чтобы содержать себя. Они вынуждены находиться под защитой воинов, иначе окажутся в лапах любого мужчины, который их захочет.
Глядя на лица обеих женщин, было трудно удержаться от улыбки. Ожидая их реакцию, Шанель отпила из своего бокала глоток голубовато-зеленой жидкости.
— Какое варварство! — фыркнула Ланар.
— Неудивительно, что вы убежали, — посочувствовала Донилла.
— Разве я не говорила, что наши женщины редко жалуются на свою жизнь? — с притворным удивлением спросила Шанель. — Правда, если бы вы сами увидели, как выглядят воины, то, вероятно, поняли бы, почему это так.
Ланар изобразила гримасу отвращения. Донилла усмехнулась.
— Так почему же вы убежали?
— Моя мать родом из другого мира, где мужчины и женщины равноправны и где каждый сам себя обеспечивает. Поэтому она смотрит на вещи по-другому, что передалось и мне. Кстати, она добилась того, что теперь любая женщина, желающая зарабатывать самостоятельно, а не зависеть от мужчины, может покинуть Ша-Каан и отправиться в новые колонии, где женщины очень нужны.
— Но удалось ли ей хоть немного ослабить господство мужчин в самом обществе, где она живет? — спросила Ланар.
— Нисколько. Легче пройти по горячим углям, чем заставить воина изменить свое поведение. Вот почему я здесь. Моя мать мирится с вещами, которые ей не нравятся, потому что любит моего отца. У меня ничего подобного нет.
— А у Дониллы есть, — ядовито заметила Ланар. — В свое время она ратовала за переделку, теперь же хочет, чтобы все вернулось на круги своя и стало по-прежнему. Она мечтает вновь оказаться под пятой мужчины.
Шанель не понравилось, что она дала Ланар повод вновь наброситься на свою сестру. На этот раз она не смолчала:
— В чем дело, Ланар? У нас близнецы заботятся друг о друге, а не пытаются уколоть побольнее, как это делаете вы.
Ланар не ожидала ответной атаки. Она реагировала так же, как в
— В этом не было нужды, но все равно спасибо, — сказала Донилла.
— Она всегда такая? — спросила Шанель.
— Со мной достаточно часто.
— Как вы думаете, почему?
— Наверно, от зависти. У нее есть все, о чем только можно мечтать: должность, влияние, власть, даже рабы, но ей этого недостаточно. Она хочет иметь все, что есть у меня, даже Шеррилла. Несмотря на уничтожающие высказывания, она была бы не прочь увести его от меня. Но ему Ланар всегда была не по душе, как тогда, так и теперь.
— Значит, у вас тоже есть рабы? Донилла покачала головой, глядя на закрытую дверь за спиной Шанель.
— Я никогда не стремилась к такого рода власти над людьми. Кроме того, военные заботятся о себе по-своему. У Феррилла всегда было по меньшей мере четыре помощника, которых я унаследовала.
— Как я понимаю, они тоже переделаны, как и все, кто его знал, и не помнят, что он был генералом? Донилла побледнела.
— Да. Когда мы стали занимать их посты, возникли большие трудности.
— Очевидно, вы не хотели того, что сделали с вашим мужчиной, — мягко сказала Шанель. — Если сейчас вы несчастливы, то почему бы не освободить его от переделки?
Донилла печально улыбнулась.
— Он убьет меня.
— В переносном смысле, — усмехнулась Шанель. — Тем не менее он, вероятно, будет вам благодарен за освобождение. Отрицательные черты, от которых вы избавили мужчин, были частью их сущности, так что теперь вы получили каких-то полумужчин. Не исключено, что вы не единственная, кто несчастлив в нынешней ситуации и хотел бы, чтобы ее мужчина стал полноценным.
— Я не могу решить эту проблему одна. Если один будет освобожден, он начнет освобождать других. Мы вернемся к тому, с чего начали, и вновь окажемся перед лицом дьявольской склонности мужчин к войне.
— Известно, что людям свойственно делать ошибки. Но обычно они учатся на них.
Донилла не успела ответить, так как появилась Ланар и объявила, что обед подан. По бокам ее шли две убого одетые рабыни, которые несли большие подносы. Как только Ланар села, рабыни предложили кушанья, причем начали со своей госпожи.
Когда поднос передали Шанель, она увидела на нем четыре сорта блюд. Вслед за хозяйкой Шанель выбрала одну квадратную тарелку. Она не представляла себе, что именно ест, но это ее мало заботило, поскольку все внимание Шанель привлекали рабыни. На обеих было трудно не заметить следы наказаний. Их ноги были покрыты безобразными красными рубцами, причем у одной из девушек они были заметнее, чем у другой. Похоже, что она вот-вот получила наказание.