Хранящая сердце

Линдсей Джоанна

Так вот, ее либидо могло и дальше скакать вверх и вниз при виде Фалона Ван Иера. Но если честно, Шанель охватывала дрожь при мысли о том, как сильно он ее желает. Нельзя идти на такой риск, особенно тогда, когда он признал, что может не сдержать себя, может не быть таким ласковым и нежным, как хотел бы. Это совершенно противоречило его заверениям, что он не причинит ей вреда. И он явно слишком походил на воина.

Ей не следовало сюда приходить и допускать, чтобы дело зашло так далеко. Но как же теперь

быть? Конечно, уходить, но без безобразных сцен. Причем нет никакой уверенности, что он сейчас позволит ей уйти. Поэтому нужно его как-то обмануть. Например, чтобы он закрыл глаза, а она незаметно исчезла… Это легче сказать, чем сделать, тем более что он все еще держит ее.

И тут Шанель пришло в голову, что можно сыграть на своем страхе, который он уже заметил.

— Знаешь, Фалон, мы должны немного подождать, пока ты не перестанешь быть таким… пылким.

— Ты шутишь? — вздохнул он.

— Ну хорошо, тогда сделаем по-другому. Закрой глаза и не прикасайся ко мне. Я разденусь сама, чтобы ты своими неловкими руками не порвал мне одежду. Когда я закончу, ты все равно не смотри. Это может тебя еще больше возбудить, а если ты хочешь, чтобы я осталась жива, тебе не стоит возбуждаться сильнее, чем сейчас.

— Ты все еще думаешь, что я могу причинить тебе вред?

— Не нарочно.

— Я не хочу, чтобы ты боялась меня, женщина.

— Тогда давай сделаем, как я предлагаю, хорошо? Начнем с того, что ты закроешь глаза.

Фалон подчинился и присел на корточки, но на его лице были написаны нетерпение и досада.

— Лучше бы я порвал…

— Так не годится.

— Тогда поспеши, женщина.

Это был прекрасный совет. Она немедленно стала пятиться от него, но, не преодолев и метра, остановилась, услышав приказ:

— Говори со мной, женщина. Не давай мне думать о том, что ты делаешь.

Проклятие! Однако, пожалуй, это не такая уж и плохая идея. Может быть, удастся заболтать его и выскользнуть отсюда.

— Хорошо, — сказала Шанель. — Но ты должен по-прежнему держать глаза закрытыми.

— Должен? Мне не нравится твоя привычка командовать, женщина.

Несмотря на это ворчание, мужчина по-прежнему слушался ее.

«Как будто ему нужно занести протест в протокол», — подумала Шанель.

— Я не осмеливаюсь командовать тобой, Фалон, — сказала она, чтобы его успокоить. — Я только предлагаю. «Особенно когда имеешь дело с такой громадиной», подумала она со смешанным чувством изумления и опаски. Преодолев еще полметра, Шанель заговорила чуть громче, чтобы Фалон не заметил ее передвижений. — Давай поговорим о наших именах и о том, почему ты ни разу не назвал меня по имени. Ты ведь знаешь, как меня зовут, не так ли?

— Знаю! — фыркнул он. — Совсем неподходящее имя для женщины.

Еще полметра в сторону от

груды мехов.

— Это верно, поэтому, хотя моей маме оно нравится, отец никогда его не употребляет. Меня так зовут друзья, а ты, ты можешь называть меня как хочешь.

— Я хочу называть тебя своей.

Фалон сказал это просто, но с чувством, и его слова поразили Шанель прямо в сердце. Совсем недавно она тоже хотела, чтобы он смог так ее называть. А что, если он действительно не причинит ей вреда? Что, если из-за пустых страхов она упустит свое счастье?

Проклятие, из-за стремления к нему она снова закрывает глаза на очевидные вещи! Этот человек может раздавить ее голыми руками, а его чувства совершенно неистовы. В этом отношении он совсем непохож на воина.

— У тебя очень сильное чувство собственника. — Шанель отползла еще чуть дальше и встала на ноги. — В большинстве миров такое поведение считается старомодным. Я забыла — с какой ты планеты?

— Я об этом не говорил. Разве важно, откуда я?

— Нет. — Она уже была вне его досягаемости. — Главное, что не отсюда.

Шанель повернулась и побежала. И тут же, вскрикнув, остановилась, не успев добраться до передней части палатки: Фалон схватил ее сзади за волосы.

— Куда ты собралась, женщина?

В его голосе не было злобы. Все-таки нужно было попробовать договориться! А теперь ее сердце колотилось от страха. Звезды, как же она боится конфликтов!

— Я… я передумала, Фалон.

В ответ он обнял Шанель за талию, поднял и перенес обратно на звериные шкуры. Ее испуг перешел в панику.

— Ты слышишь меня? — закричала Шанель.

— Конечно, — ответил Фалон. — Но я — то не передумал, так что лучше передумай еще раз. Ты хотела меня. Ты выбрала меня, женщина.

— Да, пока ты не начал вести себя как воин. И ты был слишком эмоционален. Ты слишком большой, чтобы быть таким пылким!

— И это тебя испугало?

— Ты смеешься надо мной? Я очень боюсь, Фалон Ван Иер. У меня сейчас начнется истерика. Дай мне встать!

Он медленно покачал головой.

— Мне очень жаль, что ты боишься, керима, но я уже сказал, что не причиню тебе вреда. И сейчас докажу это на деле.

— Подожди!

Благодаря некоторым особенностям кистранской одежды Шанель больше ничего не успела сказать. Эта одежда была сконструирована так, чтобы ее можно было быстро и легко снять. Там потянуть, здесь нажать — и одежда сама спадает с тела. Но, пожалуй, еще никогда это не происходило так быстро, как сейчас, в руках Фалона. Потом одна его рука прикрыла ей рот, а другая начала исследовать форму и податливость грудей. Шанель не могла его остановить. Однако прошло совсем немного времени… и она почувствовала, что уже едва ли и хочет останавливать.