Хранители
Шрифт:
— Вы давно видели Гэндальфа? Где он? Что делает? — спросил Фродо. Колоброд потемнел лицом.
— Где он сейчас — не знаю. Весной мы вместе с ним пришли на запад, и я остался стеречь границы Шира, как часто делал в последние годы. Гэндальф редко оставлял их без охраны. А последний раз мы встретились у Сарнского Брода в начале мая. Он сказал, что вы с ним собираетесь в Дольн в конце сентября. Ну, раз он оставался в Шире, я отправился по своим делам. И вот как все обернулось! Он узнал о чем–то важном и спешно отправился в путь, а меня рядом не случилось.
Его отсутствие очень беспокоит меня,
— Как вы думаете, появление Всадников и отсутствие Гэндальфа связаны между собой? — с беспокойством спросил Фродо.
— Я не знаю, что еще могло задержать его, — вздохнул Арагорн, — разве что сам Враг. — Вдруг он улыбнулся. — Не стоит отчаиваться! Гэндальф — великий маг, просто вы у себя в Шире дел его настоящих не знаете. Таких, например, как наше. Здесь не до шуток и фейерверков.
Пиппин зевнул во все горло.
— Я жутко устал. Опасности там, тревоги — ладно. Но спать–то все равно надо. И где это Мерри носит? Не хватало нам еще искать его в темноте.
В это время внизу хлопнула дверь, и по коридору простучали быстрые шаги. В комнату буквально влетел Мерри, а за ним — Ноб. Они никак не могли отдышаться. Остальные с недоумением глядели на них. Наконец Мерри вымолвил:
— Фродо! Я их видел! Черных Всадников!
— Что?! Всадники? — вскричал Фродо. — Где?
— Здесь, в деревне. Вы ушли, а мне надоело сидеть, и я вышел прогуляться. И знаешь, остановился неподалеку от фонаря, на звезды глядел, и тут, тут… Вдруг почувствовал: что–то ужасное крадется, там тени на дороге, а оно еще темней, просто мгла какая–то, как раз на границе света от фонаря. Проскользнуло и во мрак кануло. Только коня у него не было.
— Куда оно направлялось? — резко спросил Арагорн. Мерри только сейчас заметил в комнате чужого.
— Говори, говори, — поторопил его Фродо. — Это друг Гэндальфа, я потом объясню.
— Оно по дороге ушло, туда, на восток, — Мерри неопределенно махнул рукой. — Я было за ним пошел, но сразу потерял его из виду. Ну, я свернул за угол и дошел почти до самого последнего дома…
Колоброд в удивлении воззрился на хоббита.
— У тебя отважное сердце, — произнес он, — но поступил ты просто глупо.
— Да ни при чем здесь ни глупость, ни отвага, — досадливо отмахнулся Мерри. — Меня ведь как тянуло что–то. Я и шел. А потом вдруг стал возле ограды, слышу – голоса! Один бормочет, а другой не то шипит, не то сипит как–то, и не разобрать ни слова. Я хотел ближе подкрасться, но тут меня трясти начало, а потом, сзади — ужас! Я повернулся, бежать хотел, но тут меня догнало что–то и… и… я вроде споткнулся.
— Это я его нашел, сударь, — вмешался Ноб. — Хозяин мне фонарь дал, иди ищи, говорит. Я к западным воротам — нету, я к южным, и вот, напротив Билла Хвоща халупы, гляжу, вроде как возится кто на дороге. Вроде как двое наклонились и поднимают кого–то. Я заорал, они наутек и след простыл. Подбегаю,
— Я не помню, что говорил, — вступил Мерри, — но чувствовал себя как в кошмаре. Словно на куски рассыпался… — Он задумался мучительно. — Нет, не знаю, что со мной было.
— Зато я знаю, — произнес Колоброд. — Черное дыхание! Думаю, Всадники коней оставили за воротами и в Брыль пробрились. Ну, теперь они Хвоща навестили, новости узнали… Ах, ведь еще южанин этот! Теперь жди событий.
— А что может быть? — упавшим голосом проговорил Фродо. — На гостиницу нападут?
— Вряд ли. — успокоил Колоброд. — Они еще не все собрались, да и не в их это обычаях — на дом нападать, где людей полно и свет горит. Где–нибудь в глуши они себя намного уверенней чувствуют. Их главное оружие — страх. И кое–кого здесь они уже победили. Теперь им ничего не стоит толкнуть этих несчастных на какое–нибудь темное дело. Хвощ определенно у них в руках, может, и еще кто. И привратник. Я видел, как они с ним в понедельник у ворот говорили. На Гарри потом смотреть невозможно было, белый весь и трясется.
— Кругом враги? — в отчаянии произнес Фродо, — что ж делать–то?
— Во всяком случае, не лезть в петлю, — посоветовал Колоброд. — Ночевать будем здесь. В ваших комнатах окна у самой земли и круглые — любому ясно. Дверь запрем, ставни тоже. Сейчас мы с Нобом вещи ваши принесем.
Фродо в двух словах пересказал Мерри события минувшего вечера, и не успели они еще раз перечитать письмо, как вернулись Колоброд и Ноб, нагруженные вещами хоббитов.
— Я, конечно, извиняюсь, — сказал Ноб, — но я там постели ваши разворошил, валики положил и одеяла набросил. А из коврика дверного отличная ваша голова получилась, господин Сум… Норохолм, извините.
Пиппин рассмеялся.
— Отлично, Ноб, — одобрил он. — А что будет, когда они подмену обнаружат?
— Ладно, там увидим, — остановил его Колоброд. — Попробуем продержаться до утра.
— Ну тогда — доброй вам ночи, — пожелал Ноб и ушел на свой пост возле входной двери.
Хоббиты сложили одежду и котомки на полу, низкое кресло придвинули к двери, ставни заперли изнутри. Выглянув перед тем в окно, Фродо увидел звездную россыпь над головой. Прямо над верхушкой Брыльского Холма сиял высоко в небе Серп. (6)
6
Серп — хоббитское название Большой Медведицы.
Колоброд тем временем подкинул дров в камин и задул свечи.
Хоббиты легли ногами к камину и натянули на себя одеяла. Арагорн устроился в кресле подле двери. Мерри все переживал рассказ Фродо.
— Надо же, — крутил он головой. — «Как вдруг корова в небо — прыг!» Да уж, с тобой не заскучаешь. — Он хлопнул Фродо по плечу. — Жаль, я не видел Ну уж теперь разговоров в Брыле на сто лет хватит.
— Разговоры — это еще полбеды, — отозвался Колоброд. Потом настала тишина, и, один за другим, хоббиты ушли в сон.