Хранители

Толкин Джон Рональд Руэл

Пони свели с крутого склона в поводу, а там уж влезли в седла и затрусили по долине. На вершине кургана долго еще можно было разглядеть жарко сверкавшую на солнце груду драгоценностей, но потом, за очередным пологим склоном, Упокоище скрылось из глаз. Фродо вертел головой, но так и не увидел ничего похожего на вчерашние камни–ворота, а скоро они и вовсе покинули ложбину и выбрались на простор.

Весело было ехать, поглядывая на беспечного Тома Бомбадила, объезжавшего их то справа, то слева. Толстогоркин, несмотря на свою дородность, двигался легко и быстро. Том пел или просто нес околесицу, впрочем, может, то

был какой–нибудь древний язык, на редкость удобный для радости и песен.

Теперь ехали не сворачивая, но Дорога оказалась намного дальше, чем они думали. Даже не будь вчерашнего приключения, к вечеру им ни за что не удалось бы добраться до нее. Полоса, принятая за деревья, оказалась густым кустарником на краю глубокого рва. По словам Тома, здесь проходила некогда граница княжества. На этот раз он ничего не стал рассказывать, будто вспомнил какую–то печальную историю.

Ров пришелся поперек пути, за ним переехали остатки древней стены и повернули на север, чтобы потом начать забирать к западу. На открытой ровной местности пони прибавили шагу, но только на закате впереди и вправду показались деревья по обочинам Западной Дороги. Путники заторопились и последние фарлонги гнали пони чуть ли не галопом, пока не остановились на вершине пологого склона, а в наступающих сумерках перед ними, плавно изгибаясь, уходила за горизонт Дорога. Недавно прошел дождь, и повсюду виднелись маленькие лужицы.

— Добрались наконец, — с облегчением вымолвил Фродо. — Не так уж страшно. На моей «короткой дороге» не больше двух дней потеряли. Глядишь — на пользу. Может, они со следа сбились.

Тень страха коснулась его спутников. О Всадниках успели немного забыть, а теперь, на Дороге, опасность снова поджидала за любым поворотом. Заходящее солнце мягко слепило глаза, хоббиты с беспокойством вглядывались в предстоящий путь, но Дорога лежала перед ними пустынная и равнодушная.

— Хозяин, — робко обратился Пиппин к Бомбадилу, — как ты думаешь, встретим мы их сегодня?

— По мне, вряд ли, — ответил Бомбадил. — Не сегодня и не завтра. А впрочем, не очень–то доверяйте моим словам. Здесь они недорого стоят. Том не хозяин Всадникам из Черной Страны; край мой остался позади.

Хоббитам так хотелось, чтобы он и дальше шел с ними. Уж если кто и может справиться с этими страхолюдинами, так это их развеселый хозяин. Впереди лежали земли, о которых ничего не говорили даже самые древние Ширские предания. Хоббиты затосковали по дому. Одни, в подступающих сумерках, они оставляли родину, и острое чувство утраты тяжко ложилось на сердце. Они так пригорюнились, что не сразу поняли — Том прощается с ними! Хозяин советовал не унывать и ехать до темноты, не останавливаясь.

— Дальше вас поведет ваша удача. А пока–вот еще что: миль через пять выйдете на деревню. Это Брыль. Там под холмом издавна стоит трактир, а при нем — гостиница. Называется «Резвый Пони». Хозяин — Суслень Маслютик. У него можно переночевать, а с утра пойдете своей дорогой. Посмелее, но и про осторожность не забывайте. Не вешайте нос! От своего не уйдешь, так испытайте судьбу!

В ответ на их просьбу проехаться до трактира и выпить на прощание Бомбадил рассмеялся и замотал головой.

Здесь лежит моей земли древняя граница. Вот и все, малыши, нам пора проститься.

Он подбросил шляпу, ловко поймал ее, вскочил в седло и, распевая, двинулся прочь.

Хоббиты, привстав на стременах,

провожали его глазами.

— Жаль мне расставаться с Хозяином Бомбадилом, — сказал за всех Сэм. — Уж с ним–то мы бы точно были осторожны. Теперь, сколько ни едь, никого чуднее и лучше не встретишь. Ладно, поехали к «Резвому Пони», может, он вроде нашего «Зеленого Дракона»… Что там за народ–то живет, в этом Брыле?

— И хоббиты есть, и верзилы, — ответил Мерри. — Считай, как дома. «Пони», по всем рассказам, вполне достойное заведение. Наша родня там бывала.

— Пусть там как дома, — сдержанно произнес Фродо, — а все–таки не дом. Не забывайте, Шир остался позади. Держите язык за зубами. И запомните, пожалуйста, — никакой я вам не Сумникс, Норохолм моя фамилия.

Хоббиты тронули пони и молча въехали в вечер. Быстро стемнело, а они все тащились вверх–вниз по Дороге, пока впереди не замигали огоньки деревни. Брыльскии холм медленно вырастал, заслоняя звезды, а вокруг его подножия раскинулось довольно большое поселение. Туда они и заспешили, думая только о том, как бы побыстрее отгородиться от наступающей ночи крепкой дверью.

Глава IX. «РЕЗВЫЙ ПОНИ»

На краю обширных пустынных пространств Брыль слыл самым крупным поселением. По другую сторону Брыльского Холма располагались Дворищи, а в лощине, еще дальше к востоку, Овражки. Неширокий пояс обжитых земель, рощ и перелесков шириной всего в несколько миль отделял деревни от раскинувшегося за ними Пустоземья.

Люди Брыля, невысокого роста, коренастые, все больше шатеновой масти, обладали нравом веселым и самостоятельным. Ни от кого они не зависели, ничьей власти не признавали, с Хоббитами, Гномами и Эльфами ладили, тем селение и отличалось от прочих мест, обитаемых Верзилами. Их предания и легенды утверждали, будто здешние исконные обитатели — прямые потомки первых Людей, во времена оны странствовавших на запад Срединных Земель. Конечно, Древние Дни спокойными никак не назовешь, мало кто уцелел в их круговерти, однако когда из–за Великих Морей снова вернулись Короли, они нашли Брыль на том же месте, там он оставался и поныне, а память о Древних Королях давным–давно быльем поросла.

Ко времени нашего повествования других людских поселении, выдвинутых так далеко на запад, не было. Правда, в Пустоземье бродили какие–то странные Люди, заходя иногда и в Брыль. Там на них не очень–то обращали внимание и с оттенком пренебрежительности величали Скитальцами из Пустоземья. А напрасно. Высокие темноволосые Скитальцы обладали, похоже, тайным знанием, необычайным зрением и слухом, знали языки зверей и птиц. Путей их никто не ведал, встречали их и далеко на юге, и возле самых Мглистых Гор, но встречали редко, видно, было их совсем мало. Послушать их в Брыле никогда не отказывались. Скитальцы приносили новости издалека, а древние предания рассказывали так, что заслушаешься. Однако с брыльским народом никто из них дружбы не водил.

В здешних краях осело немало и хоббитских семейств. Конечно, они считали себя старейшим хоббитским поселением в мире, основанным задолго до перехода Брендидуина и заселения Шира. Жили они по большей части в Дворищах, да и в самом Брыле имелась хоббитская слобода, на склонах холма, над домами Людей Переростки и Маломерки (так они звали друг друга) прекрасно уживались, занимаясь каждый своими делами и ведя их по собственному разумению, при этом каждый считал себя исконным брыльским жителем. Во всем Среднеземье это был пожалуй, единственный пример такого согласного жития.