Хранители. Поиск пути
Шрифт:
– Вот ты говоришь, говоришь… А что делать конкретно? – опять Саша.
– Наблюдать. Завтра соберемся снова и решим бежать или нет. Разбейтесь на команды по четыре-пять человек. Присматривайте друг за другом. Если вы видите, что кто-то из вашей команды исчез или ему причинили вред – давайте знать остальным и вместе мы будем стараться его выручить. Пока нас не изолировали друг от друга, но если вдруг захотят, нужно немедленно поднимать тревогу и бежать. Словом, никто не должен быть сам по себе.
– Да пошел ты! Мы сами о себе позаботимся, и в твоих советах, шваль
Конечно это были «особо приближенные» Самира во главе с Сашей. Они встали и проталкивались к выходу, не особо церемонясь и наступая на своих соседей. Вскрики и ойканья заполнили комнату. В темноте я не мог точно посчитать сколько человек ушло, примерно пятнадцать.
– Все оставшиеся согласны со мной?
– Я и ребята тебя поддержим – голос Андрея, детдомовского парня. Того самого который стал негласным главой старших ребят из детдома. Вместо меня. Вслед за ним зашелестели голоса.
– Да, мы с тобой.
– Чего уж, все равно никто не предложил план лучше.
– Мне это тоже не нравится.
– Лучше так, чем одному!
Что ж, не так плохо. Основная масса прислушалась ко мне.
– Тогда первое. Забудьте обо всем, что было. Это не игры, не баловство. Нет больше «лохов», нет тех, с кем никто не общается. Мы все в ответе друг за друга. Поняли? Второе. Чем более растерянный, запуганный и несчастный вид мы примем завтра, тем лучше. Хотя думаю особо напрягаться вам с этим не придется. Будьте наготове.
Я знал, что должно было случиться что-то страшное, чувствовал. С той самой минуты, как увидел первый сон про лес и ощутил его зов. Происходило то, что должно было произойти. Наша спокойная размеренная жизнь, видимая нормальность – вот это было странно и неестественно. А сейчас все, что было скрыто просто вылезло наружу. Но так лучше, я люблю чтобы все было по честному. Все тайное становится явным рано или поздно, все загадки раскроются и тогда мы узнаем что-то важное… Если доживем.
Утро нового дня было холодным. Пронизывающий ветер носил пожухлые листы, швырял их под ноги и в лицо. Я сам разделил мальков (так я их про себя называл) по группам ночью. Надеюсь они справятся. Сейчас я сделал для них все, что мог. Я сам не понимал откуда навязчивое желание защитить этих подростков. Кто они мне? Половина из этих ребят меня не любила, друга половина боялась, дорога мне только Аля. Но внутри крепло сознание, что очень важно для меня спасти как можно больше. Они были нужны, очень нужны для цели, пока мне не понятной.
Крепко поддерживая Алю под локоть я послушно шел к школе, куда нас опять сгоняли. Около десяти человек во главе с Саней пропали. Должно быть улизнули ночью. В классах нам дали поесть. ФСБ-шники ждали чего-то, тянули время. Нужно было выяснить чего именно? Я насчитал пятнадцать человек всего, десять мужчин и пять женщин. Все были вооружены. Некоторые из них смотрели на нас оценивающе, как будто пытаясь решить для себя что-то. Некоторые – с презрением, впрочем к такому взгляду мне не привыкать. В классе с нами осталось
Перед тем, как уйти хотелось узнать как можно больше о враге. То, что эти люди нам враги было очевидно: подозрительные вопросы, их взгляды. Они ненавидели, презирали и испытывали отвращение одновременно, к нам – обыкновенным школьникам. Почему? В помещении с нами двое, всего двое. Вот один отвлекся на звонок по телефону. Я тихонько кивнул Паше, парню с моего класса, который занимался в спортивной секции айкидо. Кроме того он вообще был толковый пацан, быстро соображал что к чему. Я указал глазами на одного из сторожащих мужчин и прижал палец к губам, показывая, что нужно сделать все тихо. Потом наклонился к Але.
– Сейчас выйди и попросись в туалет – прошептал я ей на ухо еле слышно.
– Но…
– Делай, что говорю, быстро.
Аля пожала плечиками скорчила жалобную рожицу и вышла из-за парты.
– Простите, мне очень нужно в туалет. Вы не могли бы…
Внимание наших сторожей отвлеклось и я дал знак Паше. Не знаю, как действовал он, но я просто схватил со стола учителя вазу и разбил о голову «моего» охранника. Когда повернулся второй уже лежал на полу.
– Тихо! – в классе уже слышался радостный гул и возня. – Хотите, чтоб другие агенты нас засекли? Этих нужно связать, и рты заткнуть. Я хочу пойти посмотреть что делают остальные ФСБ-шники. Не знаю, сколько у нас времени, но если вдруг что-то произойдет, их вызовут например (я кивнул на тела), или зайдет кто, оглушайте и бегите в лес. Паша ты за старшего. Ждите меня там, я вас найду.
– Тимур – всхлипнула Аля, все еще растерянно стоявшая возле доски.
– Я быстро.
Перед тем как уйти я обыскал самозванцев. У них были удостоверении, но настоящие ли я не знал. А вот пистолеты были самыми настоящими. Я их вытянул и забрал с собой. Оба. Еще не хватало, чтобы кто-то из мальков размахивал оружием, и без того обстановка напряженная.
Школьные коридоры были пустыми и гулко тихими, как будто я вышел из класса во время урока. Где искать главаря этих уродов? Тут мое внимание привлекли шаги. Кто-то подымался на второй этаж по лестнице и я быстро скользнул в туалет. Двое мужчин несли нечто, завернутое в темную тряпку и судя по их осанке тяжелое. Вот один из них приостановился и из-под темной тряпки выскользнула рука. Обыкновенная человеческая рука. Меня передернуло.
Они прошли в кабинет директора. Я подождал, пока за ними закроется дверь, вышел из своего укрытия и прижался ухом к двери кабинета. Разговаривали двое: мужчина и женщина.
– И что дальше? Мы не можем держать их так долго! – басил мужской голос.
– Это просто дети. Информация ошибочна. Никакого перехода не произошло – возражала женщина.
– Мы не можем рисковать. Даже если его еще не было, то он может случиться.
– Предлагаешь уничтожить без малого пять десятков детей из одной только предосторожности?