Хранители. Единственная
Шрифт:
После перемещения в Штаб у Миранды чуть закружилась голова, как это всегда с ней случалось. Тем не менее, терять время было нельзя, и она, поначалу немного пьяной походкой, устремилась в жилой блок, надеясь встретить Питера там. Странно, но сейчас она поняла одну простую вещь. Когда теряешь кого-то, он становится тебе ближе и дороже, чем был раньше. Именно поэтому она хотела его вернуть, где бы он сейчас не был.
На стук в дверь никто не ответил, что Миру насторожило. Карточки от комнаты брата у неё не было, а потому шансов туда
Однако дверь неожиданно поддалась.
Девушка изумлённо переступила порог, оглядываясь по сторонам.
– Питер, ты здесь? – позвала она. – Питер! Питер, это я, Мира.
Но в ответ лишь тихо тикали электронные часы, стоявшие на прикроватной тумбочке. Тикали так, словно они отсчитывали время, оставшееся до чего-то. Но до чего?
Всё в обстановке говорило о том, что живший в комнате оставил её совсем ненадолго. На кровати валялись какие-то бумаги, стул отодвинут от стола на приличное расстояние, дверца шкафа распахнута. В ванной горел свет. Но Питера здесь не наблюдалось. Мира аккуратно взяла один из листов. Он оказался пуст. Ни кляксы, ни штампа, ни единой буковки – на нём не было ровным счётом ни-че-го. На втором листе в правом верхнем углу была пропечатана дата – вчерашнее число. Девушка похолодела. Рука потянулась к следующим страницам.
– Ищешь брата? – вдруг раздался знакомый голос у неё за спиной. Она резко развернулась.
В дверях стоял Уилл Хейл собственной персоной, сложив руки на груди.
– Ты, – только и смогла произнести Мира.
– Я, – согласился он.
– Где Питер? – холодно спросила она. Он пожал плечами.
– Сбежал, – таков был его неопределённый ответ. – Только прошу, не налетай на меня снова с кулаками. Голова уже раскалывается.
– Ничего не обещаю, – фыркнула Миранда, но бушевать не стала. Не до того ей было.
Они ничего не говорили, наверное, где-то с минуту. В итоге она не выдержала и раздражённо спросила:
– Так и будешь стоять на пороге и смотреть?
– А что мне сделать? – удивился он.
– Помочь мне, например, – с лёгкостью предложила Мира. Но что-то подсказывало ей: просьба эта была наиглупейшая. Просить помощи у врага всё равно что шагать в объятия смерти. Но смерть уже давно не была для неё ночным кошмаром.
Уилл зашёл в комнату. Присел на стул.
Сердце Миранды билось так, будто она зашла в клетку с тигром. Не дрессированным. С острыми клыками и диким нравом. От которого можно было ждать всего, что угодно.
Но вид её излучал полнейшее равнодушие к происходящему. Она не должна была выдать свой страх, ведь его можно использовать в своих целях. Хейлу это под силу.
Хейл бы этим упивался.
– Очевидно, он телепортироваться из этой комнаты, – сообщил Уилл. – Потому что камеры его не засекли ни в одном из коридоров после того, как он сюда зашёл.
– Камеры могли быть
– Я знаю. И он знал.
Молчание. Страшное, едкое, грызущее.
– Если он знал, то он мог этим воспользоваться.
– Только не надо говорить, что ты думаешь, что он всё ещё в Штабе.
– Я уже ничего не думаю.
Она уже действительно ничего не думала. Потому что боялась, что предположения не оправдаются. Боялась, что Уилл сейчас над ней просто издевается, изображая, что готов ей помочь.
Ведь Уилл Хейл совсем не из тех, кому можно доверять.
Но у каждого в жизни наступает такой момент, когда помочь может только враг, а помощь, как не стыдно признавать, нужна.
– Что вообще произошло? – наконец, спросила Мира.
И он рассказал ей. Всё в мельчайших подробностях.
– А кто струсит, того ждёт неминуемая гибель, – процитировал он Аманду.
А Миранда слушала всё это, ужасаясь. Они никогда не были близки с братом, но она и подумать не могла, что Питер может отдать за неё жизнь. Пожертвовать всем ради спасения сестры.
– И всё же я не верю, что он не выдал Сандру лишь из-за того, что таким образом можно было узнать правду обо мне, – покачав головой, проговорила девушка. – Разве уж эта правда не известна?
Уилл усмехнулся, подперев кулаком подбородок.
– Известна. Всё известно. Это лишь глупый театр, шоу, представление. Называй, как хочешь. Только Аманда здесь каждого знает до малейших деталей. И не только здесь. И пока у неё есть это знание, у нас есть сила.
– Надеюсь, под “нами” ты не имеешь в виду меня и тебя, – презрительно хмыкнула Миранда. – Ты говоришь о себе и Коллендж, естественно. Знаешь, как бы ты сейчас не изображал, что якобы пылаешь желанием найти Питера, ты всегда будешь на её стороне.
– Я таким желанием и не пылаю, – удивлённо заметил он. – Ты меня сама о помощи попросила, между прочим.
Мира пропустила этот факт мимо ушей. Надо же, приняла желаемое за действительное.
– Как бы то ни было, – медленно произнесла она, – мы всё равно всегда будем придерживаться тех сторон, которые мы избрали. И менять ничего не собираемся. Ведь так?
Уилл качнулся на стуле, пощёлкал пальцами.
– Посмотрим.
Сандра была в шоке. И когда только услышала слова Нэнси, и когда они уже шли вниз, скрываясь от лишних глаз.
Хлоя уже ехала в больницу. Нэнси сказала сообщить ей о присутствии здесь брата, потому что это был её единственный и последний шанс с ним попрощаться. Даже если он этого прощания уже не увидит, не услышит и не почувствует. Но было понятно одно: похоронить брата Хлое не удастся.
– Лучшее, что может случиться, – его пустят на органы. В ближайшие дни, – сообщила Нэнси, подходя к заветной двери.
Сандра даже решила не спрашивать у неё, что является худшим исходом дела. У неё на этот счёт даже приблизительных идей не имелось.