Хранители Света
Шрифт:
Птицы, с немалым размахом крыльев, приблизились и закружились над местом, где недавно стояли путники. Их змеиные головы, по три на каждой шее, поворачивали то вправо, то влево, а то смотрели вдаль.
– Стрелы для красоты или как? – с намёком спросил Сила. Ильм, наблюдая за люцифанами, потянулся за стрелой.
–Нет, – грозно и тихо остановил Яра. – Они ни не должны видеть нас. Наш путь скрыт. До места пойдём без звука и шороха, даже, дышите медленней. Проводив птиц долгим грустным взглядом, Яра сказал, тыча своим длинным тонким пальцем в грудь Силы. – А тебе, непременно, быть жабой. Отвернулся, улыбнулся в усы,
Келла и ильм переглянулись и Силе показалось, их глаза излучили нежное смятение. Вздохнув, он припал спиной к камню.
Равнина с редкими взгорьями сменилась ухабистой землёй и густым колючим кустарником. Идти стало труднее, но вскоре, узкая тропа вывела путешественников на проезжую дорогу, круто уходящую на восток. Первые на пути жилища, с растрёпанными крышами, согрели надеждой на скорый отдых, кров и пищу, но каждый пройденный мимо дом, отнимал её, а Яра всё шёл вперёд, опираясь на палку. Место остановки ждало их, и было похоже на весёлый перекрёсток Синегорья. Только, дома выше, люди мутнее и разговоры грубее. Облезлая вывеска, криво висящая, над разбитой пинками дверью, украшала, а может и портила вид длинного здания. Она гласила: «Питейное заведение карлика Химы». Открытые, с грязными дождевыми подтёками окна, выплёскивали наружу смех, грохот и добротную брань.
Медвежий угол – место, где остановились наши герои, представляло собой сборище воров, наёмников и прочей публики, не знающей удержу ни в выпивке, ни в желаниях, ни в выражениях. Захаживали и те, кого привела нужда или важное дело. Места и выпивки хватало и тем и другим и гостям из Замории, если в кошельках звенели монеты.
Усадив своих спутников под раскидистой душно пахнущей клетрой, Яра учтиво напутствовал:
–Сидите тихо, не привлекайте внимания. Думаю, задержусь недолго. Сказал и направился в хохочущий и веселящийся дом на вытоптанной замусоренной площади.
Сила, нарочито усевшийся между Келлой и ильмом, достал походную фляжку – маленькую выдолбленную тыковку, заткнутую пучком травы и сверху, замазанную глиной со мхом. Откупорил, отпил несколько больших булькающих глотков и протянул Келле. Она сделала несколько маленьких глотков и передала сосуд ильму. Он пил не спеша, ровно и поглядывал на Келлу.
Толпа ярко одетых женщин и гогочущих мужчин, привлекла внимание Силы и он был рад избавиться от невыносимых ему, взглядов своих спутников. Люди потешались над диковинной птицей. Яркая окраска, распушенный хвост и дёргающийся хохол на голове, были не самым загадочным в ней. Она повторяла слова, сказанные тем или иным человеком и надо заметить, что слова несли не всегда хорошее содержание.
–Ишь ты, заморианская птица, – отметил Сила и не бесцельно добавил, – хоть одним бы глазком взглянуть.
–Одним глазом ты её видишь. Сиди, – осадила его прыть Келла и сунула в руки баклагу.
Птица растопырила крылья и, переступая лапами, хрипло прокричала: Глупцы, бестолочи и ещё пару слов, звук которых неприятно резал уши.
–Воевод у нас хватает, – огрызнулся Силаний и быстро встав, направился к умирающей от смеха толпе.
–Куда? Забыл площадь в городе? Окликнула Келла непослушного парня, но тот и ухом не повёл. Келла встала и побежала за ним. Ильм тронулся следом.
Пока они разглядывали и смеялись над попугаем. Так назвал птицу смуглый раскосый мужчина в широкополой
Тем временем, Яра оглядывал приземистое полутёмное, при открытых окнах, пространство закопченной залы. Его взгляд блуждал не по центру, по стенам и углам и наткнулся на человека, сидевшего в углу, прикрытого капюшоном, уже потерявшего цвет, плаща. По размытым дождями краскам, можно было предположить, что шерсть была тёмно-коричневой или болотной. Он безучастно глядел и, кажется, ничего не делал, но это было не так. Он ожидал. Его глаза смотрели равнодушно, но лёгкий лучик солнца в глубине зрачков, говорил, что он увидел того, кого ожидал и был рад тому человеку, обратившемуся к нему с вопросом:
–В чужом углу сидишь, а своего не обжил? Человек откинул капюшон, обнажая красивое мужественное лицо, а маг сел напротив.
–Нет, не обжил. Голос прозвучал тихо и простодушно и лёгкая улыбка коснулась его губ. Возвращая красивому лицу глубину, он приветствовал. – Рад тебе, Яра Великодушный.
–А я не очень, – горько протянул тот. – Встречаемся всё в недобрые времена. Нет бы в радостном застолье, за кубком вина.
–Вина нам ещё хватит, друг мой. Некому его сейчас пить радуясь. Другая забота у мира.
–Вообще-то, я рад тебе, Кир – улыбнулся старик и его лицо озарил еле заметный свет.
О чём говорили два старинных друга узнали и запомнили стены. Беседа протекла, и воздух колыхнулся, когда Яра сказал:
–Подумай, Кир. Не в няньки тебя зову. Дело серьёзное.
–Мне легче, лицом к лицу, с врагом стоять, – объяснил Кир. – С детьми – возня. Не моё это дело. Прости. Не моё.
–Да не такие уж, они и дети, – вздохнул маг, – шестнадцать лет – лучшая пора. Жаль, что выпала на их годы – напасть. Им бы, сердечными муками маяться, а придётся муки пострашней принять. Ладно, пойду, позову скитальцев, – ещё раз вздохнул маг. Надо их накормить. Кир кивнул и Яра направился к выходу.
Незадолго до этой минуты произошли события, расстроившие благодатные планы мага. Наигравшись с птицей, Келла, толкая впереди себя Силу, направлялась в тень раскидистого дерева. Ильм шёл следом. Проходя мимо кучки мужчин, стоящих поодаль от чужака с попугаем, Келла нечаянно задела одного из них.
–Смотри под ноги, лягушонок, – вскричал низким голосом мужчина. Келла двинулась и он схватил её за руку. – Стой, малый, не обчистил ли, ты мои карманы. Знаю я, вас воришек.
–А ты потряси его верх ногами. Может, что и вывалится, – посоветовали смеющиеся друзья.
–Хорошая затея, – подхватил тот и, притянув Келлу ближе, ухватил за ворот. Его изрезанная толстыми жилами рука наткнулась на шнурок и он, поддев верёвку мечом, вытащил наружу камень.
–Ого, какая находка, – обрадовано отозвался щетинистый мужчина и сдёрнул камень с её шеи. – Откуда у тебя, оборванца, такая вещь? Его алчные глаза искрили.
–Отдай, – крикнула она и кинулась на мужчину. Подхватив её одной рукой, другой он не выпускал камень, он тряханул её, словно стряхивал гнев, горящий в её глазах. Шляпа рухнула наземь и волнистые волосы рассыпались по плечам.