Хранители равновесия
Шрифт:
– Попей, Паша. – Хозяин напоил юношу из фарфорового кувшина чем-то горьковато-кислым. Заставил выпить не менее литра.
– А теперь спи, организму нужен покой от встряски. – Архангелов положил Пашке на лоб прохладную ладонь.
Глаза закрылись, веки отяжелели, и вскоре парень уснул глубоким спокойным сном.
– Ну вот, нашего полку прибыло. – и Петр Петрович вышел из комнаты, закрыв бесшумно за собой дверь.
Как оказалось потом, Пашка продрых трое суток, о чем ему сообщила Рада. Приняв душ и посетив туалет, он чувствовал себя прекрасно, одно свербило в душе – там
– Не переживай, рыцарь, у тебя на даче все в порядке. Ждут с огурцами. – И зловредная Рада расхохоталась. – Тебе пора, иди по дороге. За поворотом, где встретил старушку, попадешь в свой родной погреб.
На крыльце объявился Архангелов.
– До свидания, Павел, через два земных года увидимся.
Рада, немного проводив юношу, на прощание так поцеловала, что Пашка стал посматривать на ближайшие кустики, дабы уединиться в них с красавицей. Блондинка, сексапильно изогнувшись в его объятиях, заметила:
– Пашенька, не о том думаешь, дуй домой, скоро встретимся. Банку не потеряй, рыцарь.
– У-у, заноза! Не может без подколок.
Не сделав и двух шагов за поворотом, Пашка оказался в родном подполе – возле лесенки стояла банка с грибами, люк открыт. Из зала доносилась музыка и пахло всякими вкусностями. Появление Пашки с соленьями никого не удивило, воплей Дениса: «Ты где пропадал, мы тут заждались», – не последовало. Словом, нормальная ситуация – хозяин отлучился ненадолго, всего и дел-то. Девчонки кинулись раскладывать огурчики и грибы на две большие тарелки, а Витюха сосредоточенно наполнял рюмки холодной водкой. Денис постучал вилкой по графинчику, привлекая внимание.
– Ребята, проводим старый год с надеждой, что новый принесет нам больше радости и меньше огорчений.
Девушки расслабились, исчезла некоторая зажатость – видимо, поняли, что попали в компанию нормальных, порядочных парней. Потанцевали, а в двенадцать ночи встретили Новый год во дворе у елки. Прекрасный получился праздник, лишь Павел иногда уходил в себя, уставившись остекленевшим взглядом в одну точку, – вспоминал сон. Надо же, как все реалистично выглядело, а Рада – это нечто. Светлана, видимо, запавшая на парня, оказывала ему знаки внимания, ухаживала за столом и приглашала потанцевать. Часа в три разошлись парами на отдых.
Оказавшись в спальне, Светлана взяла инициативу в свои руки. Приятно, когда тебя раздевает девушка. Гимнастка оказалась несколько неумелой в любовных утехах, но ласковой и страстной. Пашка, немного выбитый из колеи (Рада мелькала перед глазами), не осрамил род Черновых. Довольная Светлана ластилась и мурлыкала у него на груди. При свете ночной лампы точеное тело девушки навевало грешные мысли. И вот на самом интересном месте, когда Пашка собрался идти в очередную атаку, его пассия вдруг спросила:
– Пашенька, а что за странная татуировка у тебя на груди? Если секрет, то можешь не отвечать.
Издав нечленораздельный хрюкающий звук, юноша метнулся к трюмо, по пути включив верхний свет. На левой груди – странный знак. Круг размером с пятак и на синем фоне отливающий золотом крест.
«Ой! Значит, не сон. Значит, все правда. Какой, на хрен, из меня
Нет, Пашка не испугался, просто ситуация образовалась настолько дикая, что сознание отчаянно сопротивлялось. К тому же парень являлся ярым материалистом.
– Светочка, я чичас, одну минуту! – И как был голый, так и выскочил из спальни. Забежав в зал, схватил графин с водкой и налил полный фужер. Выпил одним глотком, словно воду, не почувствовав вкуса. Набулькал второй – стресс нужно срочно снимать, а то мозги закипят. Закусив долькой лимона, сел к столу отдышаться, подумать.
«А чего, собственно, раньше времени суетиться? Ну хранители, ну наводят революционный порядок, ну и пусть. В конце концов, бьются-то за правое дело, не мелочь по карманам тырят. Научат, подскажут!» Он вспомнил, что предстоит встреча с Радой, это подняло ему настроение.
– Пора идти, девушка, поди, заждалась.
Чем ближе подступала дата госэкзаменов, тем меньше свободного времени оставалось у будущего медикуса. Спорт почти забросил, оставил только утренние пятикилометровые пробежки для поддержания формы. Со Светланой периодически встречались – обоих устраивала необременительная связь. Может, девушка и рассчитывала на большее, но пока тактично молчала. Пашка сдал экзамены хорошо, но имел в душе некоторый раздрай. При вручении дипломов бывшие студенты радовались от души, лишь только он сидел за банкетным столом с хмурой физиономией.
Пашка окончательно осознал: медицина – не его призвание. Получается, занимал чужое место, пошел на поводу у мамы, балбес. Конечно, труд врача благороден, врач спасает, лечит людей, но, как только он представлял, что каждый день придется заниматься нелюбимым делом, настроение сразу портилось. Родителям ничего рассказывать не стал – незачем раньше времени огорчать.
Он решил погостить у деда и, предвкушая летний отдых, собирал рюкзак, упаковывал рыбацкие снасти. В день перед отъездом пошел по магазинам кое-чего прикупить. Наткнувшись в спорттоварах на японское удилище-шестиметровку, не удержался и приобрел деду в подарок. Ближе к вечеру забежал попрощаться с папой и мамой – те нагрузили кучей свертков и пакетов. При прощании мама всплеснула руками:
– Чуть не забыла! Тебе повестка, Павлик. Признавайся, что натворил в этот раз?
Пашка озадаченно вертел официальную бумажку, недоуменно пожимая плечами.
Встрял отец:
– Павел, твоя явка обязательна, контора-то серьезная, ФАБ [2] .
На следующий день, сдав на вокзале билет, он поехал в Серый дом. Оказывается, вызвали его в ОБЭП – отдел борьбы с экономическими преступлениями.
Сидя перед следователем и чувствуя себя абсолютно невиновным человеком, Пашка искренне не понимал, зачем его вызывали. Следователь – невзрачный мужичонка в штатском – сразу взял быка за рога.
2
ФАБ – Федеральное агентство безопасности.