Хранители народов
Шрифт:
— Ну найдете вы такое место, — укоризненно посмотрел я на Корниэля. — И дальше что?
— Установим за ним наблюдение, — твердо сказал эльф.
— И чем это поможет, если из портала вывалится несколько десятков дядей с топорами и дубинками? — с интересом спросил я.
— Поможет! — уверенно заявил Корниэль. — Если наблюдать будет десяток воинов и пара десятков древо-стражей.
— Так вы хотите к каждому такому месту приставить такое количество людей? — ужаснулся я. — Да у вас не хватит тогда войска, если придется отражать массированную атаку на лес.
— О каких людях
О том, что было со мной потом, вы можете судить по описанному мною первому дню занятий. Харантэль практически ничему меня не учил. Он гонял меня, развивая в физическом плане. И надо сказать, что это у него начало получаться. В смысле физического плана, конечно! В смысле гонений это у него получалось с первого дня.
Я уже не испытывал особых неприятных ощущений, наматывая километры по лесу. Я научился бегать совершенно бесшумно. Ноги, казалось, сами знали, как и куда становиться.
Я мог прыгать с любой высоты без особой опаски. При падении я уже рефлекторно изворачивался, подобно кошке, смягчая и сводя на нет последствия. Я уже мог часами стоять в неудобных позах, которые выдумывал изощренный мозг моего наставника.
Как оказалось, эти позы были необходимы в рукопашной схватке и в бою на мечах. Умение, замерев, стоять долгое время необходимо также, когда охтар (воин) заступает на дежурство. Он должен видеть и слышать все, в то время как его никто и ничто не должно замечать.
Если у меня и были сомнения в том, что я настоящий эльф, то они пропали после одного случая.
Мне, конечно, стыдно о нем вспоминать, но что было, то было. Это произошло, когда Харантэль обучал меня скоростному подъему и скоростному спуску по деревьям.
Да, эльф должен этим искусством владеть в совершенстве. Вы спросите — для чего? «Да леший его знает!» — отвечу я. Но факт остается фактом.
И вот во время одного такого подъема, вернее, уже начала спуска, я сорвался. Промахнулся мимо ветки. Устал, понимаете ли.
И вот я пролетаю мимо ветки, с тоской провожая ее взглядом и всей шкурой чувствуя, что встреча с поверхностью земли будет слишком жесткой. Конечно, извернувшись немыслимым образом, я попытался дотянуться до ветки, но…
И вот лечу это я, лечу. Что-то долго лечу! Я взглянул вниз. Земля приближается не спеша. Я мягко приземлился на ноги! Вот это да! Я с огромным удивлением осмотрелся. Живой! И вроде все в порядке. А высота — ого-го!
— Лес тебя принял, — раздался за спиной голос Харантэля. — Мы, эльфы, в лесу не можем упасть с дерева и повредить себе что-нибудь. Потому что мы дети леса. И лес нас, своих детей, любит. Ну чего стал? Повтори подъем и спуск! И чтобы больше мне таких ошибок не допускал! Живо, живо!
У меня тем временем появилась новая головная боль. Вообще-то у эльфов головной боли не бывает. Ну если, конечно, не стукнуть чем-то большим и тяжелым по этой голове.
Начались
Начал Харантэль меня обучать уже непосредственно бою на мечах. Вот тут-то я стал пожинать плоды многочасовых отстоев с палкой, движений, развивающих гибкость кистей, укрепляющих упражнений. Все, что я раньше считал бессмысленной тратой времени, оказалось нужным при обучении непосредственно бою.
Меня поражала пластика и экономность движений Харантэля. Ничего лишнего! Его движения с мечом были похожи на великолепный танец. Танец смерти. Вот этому танцу он меня и учил.
Еще он меня обучил видеть. Нет, не просто видеть, а видеть то, что необходимо. И слышать то, что необходимо, он меня обучил. Вычленять из общей картины детали так, чтобы осознанию их не мешало обилие других факторов. Это очень нужная особенность для эльфов. Особенно для тех, кто готовится стать эвелином Зеленой стражи.
Дни были насыщены всеми этими упражнениями до предела. И вот незаметно пришло время, когда меня сочли возможным принять в стройные, так сказать, ряды.
Надо заметить, что за всеми этими мучениями я как-то не удосужился подробно исследовать поселение. А что вы хотите? Попробуйте поработайте в таком темпе, в каком вынужден был работать я! Я доползал до постели и мигом отключался, для того чтобы утром (ранним утром) начать все сначала. Единственное место, которое я узнал очень хорошо, — это эльфийская столовая.
Скажу сразу: ничего общего с общепитом! Скорее это напоминало ресторан средней руки, но с едой высочайшего класса. Одна беда: ресторан для вегетарианцев. Ни одного мясного блюда в этом ресторане не числилось. Не скажу, чтобы я был такой уж мясоед. Но иногда мне нравилось перекусить что-нибудь такое этакое. Вот, к примеру, — шашлычок. Кто-то скажет — «фи!». Ага! Эльфы тоже так говорят, так что вы не будете оригинальны. А мне нравится. Что я могу поделать?
Впрочем, что-то я отвлекся.
Однажды утром я узрел рядом с Харантэлем незнакомого эльфа. Он иронично рассматривал меня. Видимо, осмотр его не порадовал. Он поморщился и обратился к моему учителю:
— Ты думаешь, что он потянет? Не хотелось бы в нем разочаровываться, да и в тебе тоже.
— Торноэль, когда это было, чтобы я тебе рекомендовал недостойного? — поднял брови Харантэль. — Я могу засвидетельствовать, что этот юноша прошел полный курс моих упражнений. Есть, конечно, некоторые вещи, которым можно обучиться только в процессе самой службы. Но это уже твоя задача! Совет так решил!