Хранители Молнии

Николс Стэн

— А-а, мой гость прибыл. — Сиропный тон королевы сочился издевкой. — Добро пожаловать!

Узник промолчал.

Пока королева томно приближалась к нему, один из стражников дернул за цепь, прикрепленную к кандалам на запястьях. Человек содрогнулся от боли. Дженнеста изучала его мощное, мускулистое тело. Пожалуй, он подойдет…

Узник, в свою очередь, изучал ее. Судя по выражению лица, увиденное смутило его.

В форме лица королевы была какая-то странность. Оно было плосковато, чуть шире в висках, чем кажется нормальным, и сужалось книзу до подбородка,

более острого, чем опять же кажется нормальным. Эбонитово-черные волосы доходили до талии и так блестели, что казались влажными. Темные бездонные глаза косили, а необыкновенно длинные ресницы подчеркивали это. Нос слегка напоминал орлиный, а рот казался слишком широким.

Ни одну из этих особенностей нельзя было назвать неприятной. Общее впечатление создавалось такое, как будто ее черты отклонились от природных и развились в процессе своей собственной эволюции. Результат был поразительным.

Ее кожа тоже была не совсем обычна. В неверном сиянии свечей в какое-то мгновение казалось, что она имеет изумрудный оттенок, а в следующее — что отливает серебром, словно состоит из крохотных рыбьих чешуек. На ней было алое одеяние с открытыми плечами. Ткань плотно облегала ее сластолюбивое тело. Королева была босиком.

Без сомнений, смотрелась она прелестно. Однако в ее красоте было что-то несомненно тревожное. Кровь в жилах узника потекла быстрее, но одновременно он испытал смутное отвращение. В мире, изобилующем существами самых разных рас, она была чем-то, с чем ему никогда не приходилось сталкиваться прежде.

— Ты не проявляешь должного почтения, — произнесла Дженнеста.

Ее необычайные глаза излучали магнетическую силу и словно пронизывали насквозь, читая секреты его души.

Пленник выбрался из глубин этого поглощающего взгляда. Несмотря на боль, улыбнулся, хоть и не без цинизма. Бросив взгляд на цепи, сковывающие ноги, наконец заговорил:

— Даже если бы я хотел это сделать, то все равно бы не смог.

Дженнеста тоже улыбнулась. Эта улыбка вселила бы настоящую тревогу в любого.

— Мои стражники с удовольствием помогут тебе.

Солдаты силой поставили его на колени.

— Так-то лучше. — Голос королевы сочился искусственной сладостью.

Задыхаясь от этого дополнительного дискомфорта, узник обратил внимание на ее руки. Длинные тонкие пальцы, казавшиеся еще длиннее от острых ногтей, казались уродливыми. Приблизившись к узнику, Дженнеста протянула руку и потрогала рубцы у него на спине. Прикосновение было легким, но он все равно дернулся. Кончиками ногтей она провела по рубцам. Под ее ногтями пошла свежая кровь. Он застонал. Она даже не попыталась скрыть удовольствие.

— Проклятая языческая сука, — слабо прошипел он.

Она рассмеялась:

— Типичный Уни… Любой, отвергающий ваши убеждения, — язычник. Со всеми вашими фантазиями о единоличном божестве вы просто выскочки.

— А ты следуешь за старыми мертвыми богами, которым поклоняются вот такие. — Он бросил сверкающий взгляд на стражников-орков.

— Как мало ты знаешь!.. Последователи Поли

поклоняются еще более древним богам. Живым богам, а не фантазиям, за которые цепляетесь вы.

Он закашлялся, сотрясаясь всем телом:

— Вы называете себя Поли?

— А что такого?

— Последователи Поли заблуждаются, но они, по крайней мере, люди.

— А я нет и поэтому не могу исповедовать эту веру? Твоим невежеством, крестьянин, можно заполнить рвы вокруг моего дворца. Путь Поли — для всех. Кроме того, я — частично человек.

Он поднял брови.

— Ты никогда раньше не видел гибрида?

Ответа не последовало, но и так все было ясно.

— Очевидно, нет. Я наполовину наяда, наполовину человек и унаследовала лучшие черты обоих моих родителей.

— Лучшие?.. Но такой союз… омерзителен!

Это еще больше позабавило королеву. Откинув голову, она опять расхохоталась.

— Хватит об этом. Ты здесь ни для того, чтобы участвовать в философских спорах. — Она кивнула солдатам. — Приготовьте его.

Узника рывком вздернули в вертикальное положение, подвели к мраморной глыбе и подняли за руки и за ноги, после чего бесцеремонно бросили на нее. Вскрикнув от боли, он тяжело задышал. Глаза его слезились. Стражники сняли цепи и надели ему кандалы на руки и на ноги.

Дженнеста жестом отпустила стражников. Поклонившись, они с шумом вышли.

Подойдя к жаровне, она бросила в угли ароматический порошок. Воздух наполнился странным запахом. Приблизившись к алтарю, она сняла с него церемониальный кинжал и чашу.

Человек с усилием повернул голову в ее сторону.

— По крайней мере, дай мне умереть быстро, — взмолился он.

Она нависала над ним с кинжалом в руке. Он громко вдохнул и забормотал что-то вроде молитвы. Голос его был переполнен смертным ужасом.

— Ты несешь чепуху! — крикнула она. — Придержи язык. — Она остановилась с кинжалом в руке.

И вспорола набедренную повязку.

Отбросила материал в сторону. Положив нож на край глыбы, она задумчиво рассматривала обнаженное человеческое тело.

С трудом двигая непослушным языком, он проговорил:

— Что… — Он задохнулся и скорчился. Его лицо залила краска стыда.

— У вас, Уни, неестественное отношение к телу. — Королева словно говорила о чем-то, само собой разумеющемся. — Вы испытываете стыд тогда, когда стыдиться нечего. — Подняв рукой его голову, она поднесла чашу к его губам, — Пей, — приказала она, резко наклоняя сосуд.

Узник, подавился и схватился зубами за край, но к этому моменту в горло ему влилось уже достаточно жидкости. Дженнеста убрала чашку, оставив его кашлять и отплевываться. С уголков его рта стекала жидкость цвета мочи.

Настой действует быстро, но недолго, так что времени терять не стоит. Она расстегнула застежки платья, и оно упало на пол.

Узник смотрел на нее, не веря глазам. Ласкал глазами тяжелые груди с острыми сосками. Его взгляд скользнул вниз — по плоскому животу, к приятным округлостям бедер и поросшей нежным пухом возвышенности в паху.