Хранители Молнии
Шрифт:
— Тебе не надо нас опасаться, — успокоил его Страйк. — Только говори правду, и все будет в порядке. Итак, разгадываем загадку. — Он поднял цилиндр. — Я хочу услышать в деталях, что тебе известно об этом предмете и почему он стоит твоей жизни.
— Он мог бы стоить и ваших, — отвечал Моббс.
Коилла нахмурилась:
— Как это?
— Все зависит от того, насколько вы цените свое наследие и ту участь, которая вам выпала.
— Это все пустые слова, чтобы отсрочить смерть, — взорвался Хаскер. — Я говорю, его надо прикончить.
— Дай
— Можно не сомневаться, ты на его стороне!
— Я буду решать, есть ли в его словах какой-то смысл, — остановил его Страйк. — Выражайся проще, Моббс.
— Чтобы вам было понятнее, я должен рассказать кое-что из нашей истории. И боюсь, история — это то, что мы уже утратили.
— О, да, расскажи нам историю, — саркастически усмехнулся Хаскер. — В конце концов, времени у нас навалом…
— Закрой рот! — с угрозой в голосе произнес Страйк.
— Мне кое-что известно о прошлом Марас-Дантии, — вмешался Элфрей. — К чему ты ведешь, гремлин?
— Простите, но большая часть того, что вам известно и что многие из нас считают правдой, на самом деле всего лишь смесь из легенд и мифов. Я посвятил жизнь тому, чтобы узнать, как события развивались на самом деле и что привело к нынешнему печальному состоянию дел.
— К нынешнему печальному состоянию дел привели люди, — объявил Страйк.
— Верно. Но они, по историческим меркам, появились совсем недавно. До этого жизнь на Марас-Дантии не менялась с начала времен. Разумеется, всегда существовала вражда между коренными народами. Союзы также были нестойкими, одни в них входили, другие выходили, и это также приводило к конфликтам. Но земля была достаточно просторной, чтобы в общем и целом сохранялся мир.
— А потом появились люди, — сказала Коилла.
— Да. Но многие ли из вас знают, что эта проклятая раса пришла к нам в два приема? И что в первый раз отношения между людьми и древними расами вовсе не были враждебными?
Джап посмотрел на него скептическим взглядом:
— Ты шутишь.
— Это факт. Первыми через Сцилантиеву пустыню к нам пришли отдельные люди и небольшие группы. Это были пионеры, ищущие новых мест обитания или скрывающиеся от преследования, или просто желающие начать новую жизнь.
— Их преследовали? — усмехнувшись, воскликнул Хаскер. — Ты, морщинистая груша, в эту сказку поверят только нищие.
— Я пересказываю вам правду, какой я ее узнал, сколь бы неожиданной она вам ни казалась. — Гремлин произнес это так, будто его оскорбили в лучших чувствах.
— Продолжай, — сказал Страйк.
— Хотя их жизнь коренному населению казалась, как и нам сейчас, во многом непонятной, все же этих первых поселенцев не трогали. Некоторых даже стали уважать. Сейчас трудно в это поверить, верно?
— Верно, — согласилась Коилла.
— Очень немногие из них даже вступали в брак с представителями
Коилла кивнула:
— Ты о Дженнесте? Слово «сторонники» не совсем верно.
Страйк отметил про себя злость, с которой она произнесла последнюю фразу.
— Об этом позже, — сказал Моббс, — если вы позволите мне вернуться к этому вопросу. — Его черты затуманились. — Итак, о чем бишь я?..
— О первых поселенцах, — подсказал Элфрей.
— Ах, да… Как я уже говорил, первая волна людей неплохо ладила с древними расами. По крайней мере, они вызывали больше любопытства, чем тревоги. Вторая волна была уже другой. Они скорее напоминали потоп. — Моббс издал короткий смешок, как бы оценивая собственное остроумие. Лица орков оставались неподвижными, как гранит. — Да, вторая, и более крупная, волна пришельцев-людей была другой. Они грабили и оскверняли землю, а на нас смотрели в лучшем случае как на досадную помеху. Вскоре они начали бояться и ненавидеть нас.
— Они демонстрировали свое презрение к нам, — пробормотала Коилла.
— Да, и ни в чем это не проявилось так ярко, как в том факте, что они переименовали нашу страну.
— Центразия, — сплюнул Хаскер. Слово прозвучало в его устах, как ругательство.
— Они обращались с нами, как со зверями. Они стали эксплуатировать и истощать ресурсы Марас-Дантии. Вы знаете: безжалостная эксплуатация продолжается и по сей день, становясь все более интенсивной. Они помещают в загоны вольных животных, а потом едят их и сдирают с них шкуры…
— Они оскверняют реки, — добавила Коилла, — они истребляют леса.
— Поджигают деревни, — внес свой вклад Джап.
— Распространяют заразные болезни, — добавил Элфрей.
Хаскер особенно был раздражен последним высказыванием.
— Хуже того, — продолжал Моббс, — они поедают магию.
По отряду прошло волнение, переросшее в одобрительный ропот.
— Для нас, древних рас, сила которых и так шла на убыль, проблемы с магией стали последним ударом. Это посеяло семена войн, которые мы ведем с тех пор.
— Я всегда задавался вопросом, почему люди не используют магию против нас, — заметил Джап. — Или они слишком глупы, чтобы воспользоваться ею?
— Думаю, не исключено, что они просто невежественны. Возможно, они не применяют магию вообще, и она пропадает даром.
— Мне тоже так кажется.
— То, что магия утекает из земли, очень плохо, — сказал Страйк, — но то, что они изменили естественный порядок времен года, гораздо хуже.
— Нет сомнения, — согласился Моббс. — Лишая землю сердца, люди вмешались в энергетический поток, который поддерживал баланс в природе. Сейчас ледники надвигаются с севера так же неуклонно, как с юга наступают люди. И все изменения произошли со времени жизни твоего отца, Страйк.