Хранители Мира
Шрифт:
Как только я увидел очередной ручеек, подкатил к нему телегу и опустил её на землю. Присел и стал набирать свежей водицы в баклажку, закончив, стал обливаться прохладной водой с ног до головы. Как приятно, когда по разгоряченному ходьбой телу течёт холодная родниковая водица из родной земли! Её холодные струйки вонзаются как иголки, смывая с тебя пот и пыль, а с ними и усталость. Чувствуешь себя, как новорождённый! Вновь полон сил, и готов к новым путешествиям и опасностям.
Вот, наконец, тропа разделилась, но стала заметно шире, её чаще использовали люди, а не животные.
Свернул
– Телега больше не понадобится, – пробурчал я себе поднос.
Болото казалось непроходимым для непосвященного человека. Но, приглядевшись пристальней, я увидел почти еле заметные кочки, скрытые в болотной траве. Поставил правую ногу на первую кочку, убедившись, что она не тонет, поставил вторую. Вот так, медленно прыгая с одной кочки на другую, стал продвигаться вперёд, под неугомонное кваканье лягушек. Но появилась ещё одна напасть – комары. Они тучами вились над нами. И мы не имели возможности от них хоть как-то избавиться, даже отмахнуться не могли. Старик от боли опять сознание потерял, а у меня руки заняты. Пользуясь нашим бездействием, мошкара облепила открытые участки тела. Хочу заметить, эти комары очень отличались от наших, современных. Они примерно раза в два больше, чем обычно, и страсть как голодны!
Солёный пот застилал глаза, руки дрожали от напряжения и опускались под тяжестью Святогора. Прыгая с кочки на кочку, я постепенно приближался к острову. Не помню, как выбрался на берег. Но когда ступил на твёрдую землю, опустил свою ношу в густую траву и рухнул как подкошенный рядом. Вот как стоял, так и упал, обессиленный.
Помню только, что лежал в зелёной траве и почти заснул, но вдруг слышу – шаги, тихие такие. Словно кто-то крадётся. Подпустил поближе, резко вскочил, вытащил меч и выставил его вперёд, готовый отразить атаку нападающего врага, и тут же снести ему голову.
Вижу – передо мной чучело стоит. Невысокого роста, не-то баба, не-то мужик. Юбка такая разлетайка, как у цыганки, но внизу обтягивает щиколотки ног, издалека смотрится как штаны. Сверху что-то вроде рубахи. Но больше похоже на банный халат. Лицо серого цвета, с нечесаными грязными волосами на голове, в которые вплетено какое-то вьющееся растение. Все не первой свежести: и вещи, и сама хозяйка. Внимательней взглянув, я все же смог разглядеть в этом пугале женщину, несмотря на её облик и обветренное, загорелое лицо и руки.
– Ты кто? – прохрипел я голосом, не своим от усталости.
– Я – Биба. – приятным на удивление голосом ответило это божье создание. – Ты тот, кого ждал всю жизнь Святогор?
– Да, наверное, ему нужна помощь. Его медведь задрал. Спасите хорошего человека! Я прошу вас, помогите ему! – хрипел я.
– Живо неси его в хижину! – скомандовала старуха.
– Где она, я её не вижу! – я сорвался на крик. Мне стоило больших усилий удерживать тело старика на руках.
– Вон, за кустом черёмухи!
Женщина шла первой, мелким, но частым шагом. Я, шатаясь, нес старика на трясущихся от напряжения руках следом за ней. Она открыла почерневшую от времени дверь и пропустила
– Проходи, прямо до стены, там лавка, положи его туда.
Выполнив то, что мне велела местная ведьма, я отошел в сторону. В доме было тепло и сухо, пахло сушеными травами и какими-то настойками, мазями.
– Пошёл на улицу! – прикрикнула она на меня.
После спертого воздуха помещения свежесть лесного воздуха опьянила меня, я сел, прислонившись к берёзе, росшей неподалеку от дома, и крепко заснул. Снилась всякая дребедень: то, как оторвались у меня руки, то, как сломал ногу. Внезапно острая боль возникла в левом боку. Прошла, но новый приступ настиг врасплох, когда я из последних сил лез по отвесной скале. Снова прошёл, и опять тоже…
Открыл глаза, гляжу – а это старуха нависла надо мной и пинает меня ногой под рёбра.
– Ты что старая делаешь? Мне же больно! – возмутился я.
– Ну, ты и спишь! – удивлённо сказала она, – пошли, баньку тебе истопила. Приведешь себя в порядок.
– Какая баня, ночь на дворе! – продолжал возмущаться я.
– Встань и иди! Тебе сразу полегчает.
Мне ничего не оставалось, как подчиниться этой лесной ведьме. Послушно пошёл за ней. Мы обошли приземистый дом. Баня стояла в небольшой берёзовой роще. Хозяйка завела меня внутрь и плотно закрыла дверь.
– Вот, это дубовый веник, сначала им похлещешься, дуб снимает усталость и дарует свою силу человеку. Затем возьми берёзовый, этот служит защитой, снимает воспаление и убивает всякую заразу. Это кадка с настойкой из молодых берёзовых почек, здесь мочи веник и брызгай корчиком на каменку. Понял?
– Ага.
– Если не можешь, не хватает сил, то давай помогу.
– Нет, спасибо, сам как-нибудь! – вежливо отказался я от помощи. Мне не хотелось выглядеть в её глазах дохляком: подумаешь, прошёл двое суток! Не настолько я выбился из сил, что не смогу удержать веник в руке.
– Сначала дубовым, затем берёзовым! – строго повторила она и вышла из бани.
Баня по-чёрному мне понравилась. Я знал, что это такое, но почему-то думал, что дыма должно быть больше. А я его не чувствовал вовсе. Просто вытяжная система работала исправно и выводила дым вверх, по специальному встроенному каналу в стене, где он выходил через отверстие в крыше, специально сделанное для этого. Каменка горела жарко, пара хватало с избытком.
Эх, баня! Памятник надо бы поставить тому человеку, который первый её построил! Какой аромат! Дуб, берёзка, парок, что ещё Русской душе надо?
Вышел из бани, словно другой человек. Биба показала мне сеновал, где я мог провести остаток ночи, что я не преминул сделать.
На этот раз мне ничего не снилось. Парок снял все стрессы и облегчил душу. Я просто закрыл глаза и погрузился в крепкий здоровый сон. Сон – единственное средство для восстановления физической силы, успокаивает и приводит в чувство.
Я бы так сказал: мой сон – моё лекарство.
Разбудили меня воробьи, которые нашли червяка и не смогли его поделить, устроив грандиозную драку прямо около меня. Они орали, клевали и вырывали друг у друга добычу, поднимая целую тучу пыли и перьев.