Хранители магии
Шрифт:
Джейн свернула на улицу, где находился полицейский участок. Найти место для парковки «Минотавра» не составило труда: дорога была почти пуста, если не считать несколько конских яблок. Джейн редко случалось видеть столь унылые городские пейзажи. Полицейский участок был сложен из красно-бурых кирпичей и щедро украшен шпилями с обоих концов и посредине. При одном виде этого здания головная боль Джейн обрела новую жизнь. Пока Лэмберт и Фелл вылезали из автомобиля, девушка потратила несколько секунд на то, чтобы взять себя в руки. Чем скорее она выяснит, что незнакомцу было нужно от Фелла,
Глава 7
Ах, сделай милость.
Скажи, не ты ль красавцами пленилась
И прячешь их теперь…
Лэмберту помещение полицейского участка Гласкасла показалось удивительно современным. Архитектура его была на много веков новее собственно университетской, и подход к дизайну тут был в основном гигиенически-утилитарный. Ровные белые потолки имели одинаковую высоту. Повсюду щедро нанесена свежая краска, но неприятных тускло-коричневых, блекло-желтых или горохово-зеленых тонов. Несмотря на очевидную новизну здания, пахло в нем как в какой-нибудь сельской хижине-развалюхе: смесью вареной капусты и хозяйственного мыла.
Портеус пришел туда раньше них.
— А, Фелл. Деканы заседают с Войси: что-то насчет записки от лорда Файви. Они поручили мне прийти и разобраться с происшедшим. Я попросил, чтобы против этого типа выдвинули обвинение в незаконном вторжении. Это хотя бы начало.
Лэмберт взглянул на Фелла, ожидая, что список обвинений значительно вырастет. Фелл ничего не сказал. Лэмберта удивило молчание Николаса, но не выражение ослиного упрямства, появившееся на его лице.
— Мы можем поговорить с этим человеком? — деловито спросила Джейн.
— Зачем? — удивился Портеус. — Исключительно мерзкий тип, как мне кажется. Поразительно, что вы смогли его поймать. Не могу толком понять, как это вам удалось.
Он пристально посмотрел на Джейн, которая встретила его взгляд с бесстрастным видом.
— Нам бы хотелось иметь возможность задать этому человеку вопросы, — сказал Фелл. — Если вы не можете удовлетворить нашу просьбу, скажите мне, пожалуйста, кто вправе это сделать. Я уверен, что Войси поможет мне в этом, если вы вынудите меня его побеспокоить.
— Совершенно ни к чему действовать в обход меня! — Большие глаза Портеуса возмущенно выпучились. — А вы уверены, что хотите только его расспросить? Его уже допрашивали. Он отказался говорить. Ни звука не проронил. По правде говоря, они даже не уверены в том, что он может говорить.
— Ругаться он может. За это я поручусь.
Полуулыбка смягчила не только выражение лица Джейн, но и ее голос.
— О, он может говорить, — мрачно подтвердил Фелл. — Пожалуйста, устройте нам это.
Феллу пришлось неоднократно повторить просьбу еще нескольким людям, но в конце концов их провели в комнату, почти полностью занятую стоящим в центре столом и расставленными вокруг него стульями. За столом сидел мужчина, ранее бывший в котелке, а теперь уже с непокрытой головой и в наручниках, но с невозмутимым видом. Портеус и офицеры полиции заняли
Лэмберт поймал себя на том, что пытается уловить хоть какой-то звук. За стенами комнаты, приглушенные закрытой дверью, слышны были шаги, далекий звон колокола и чей-то смех поблизости. Запоздало Лэмберт заметил, что почти все присутствовавшие заснули.
Фелл сидел совершенно неподвижно, но его глубоко заинтересованное лицо убедило Лэмберта в том, что ученый совершенно бодр. Джейн была спокойна и с безмятежной добротой смотрела на пленника. Все остальные, в том числе и Портеус, у которого приоткрылся рот, спали, сидя за столом. Мужчина без котелка тихо похрапывал на своем месте.
Фелл поймал взгляд Лэмберта и поднес палец к губам, призывая к молчанию. К изумлению Лэмберта, заговорила Джейн, и ее голос звучал не громче шепота. Поначалу слов было не разобрать: они совершенно не походили на тот английский, который он привык слышать. Но по мере того как жара и тишина в комнате усугублялись, Джейн замедляла речь, и Лэмберт начал понимать, что она говорит.
— Скажите нам, кто вас послал. Скажите нам, кто вы. Скажите нам, кто дал вам амулет, который я у вас забрала. Скажите нам, куда вы должны были увезти Фелла. Скажите нам все, что вы можете, сэр, скажите нам все про все.
Слова шелестели, как шелк на ветру, и у Лэмберта вскоре начало все расплываться перед глазами. Он решил на мгновение закрыть глаза, чтобы они отдохнули, пока он слушает бормотание Джейн. Но его запястье стиснула чья-то рука. Вздрогнув, Лэмберт сел прямо. Фелл осторожно сжал его руку, убеждаясь, что тот стряхнул дремоту, навеянную словами Джейн.
Лэмберт воззрился на мисс Брейлсфорд. Хотя слова звучали мягко и ровно, она тяжело дышала, а щеки у нее покраснели. Казалось, будто она пробежала несколько миль, хотя сидела на месте. Виски у нее стали влажными, и Лэмберт увидел, как с кончиков ее волос заструился ручеек пота. Наконец, с явным усилием, она вытащила из своего ридикюля карандаш и маленький блокнот. Продолжая шептать, она вырвала из блокнота листок, положила его перед арестованным и свела его безвольные пальцы на карандаше. Она оставила свою руку поверх его руки, словно была так расположена к нему, что не хотела его отпустить.
Ритм речи Джейн изменился. Она снова вернулась к незнакомому языку. По мере того как ее усилия стали более энергичными, голос ее слабел, пока звуки почти не исчезли, так что она только шевелила губами.
Конвульсивно содрогнувшись, рука арестованного пришла в движение, резко передвигая грифель карандаша по обрывку бумаги. Бумага заскользила по крышке стола, и Лэмберт не задумываясь протянул руку, чтобы удержать листок. Еще одна судорога, и карандаш начал двигаться по бумаге. Одно слово: «Ладлоу». А потом карандаш выпал из обмякших пальцев и прокатился по столу.