Хранители холода

Абдуллаев Чингиз Акифович

– Если вы назовете мне номер телефона, куда звонили, и время, то, думаю, что смогу.

– Звонили заместителю начальника УВД города. По линии правительственной связи. Примерно в полдень или чуть раньше. Может, часов в одиннадцать утра.

– Понимаю. Но, по-моему, вы путаете. У заместителя начальника УВД не может быть такого телефона. Они есть только у руководителей.

– Нет. Точно. Звонили заместителю начальника УВД города, чтобы тот отменил вызов.

– Сегодня суббота, – задумчиво сказала Ирина, – мне нужно будет поехать

на службу. Хотя это сложно...

– Если так сложно, то не нужно... Я не хочу тебя подводить...

– Ничего. Я подумаю. Может, это был первый заместитель? У него есть такой телефон.

– Я не знаю. Если хочешь, я перезвоню к тебе минут через двадцать и сообщу номер телефона. Я его постараюсь узнать.

– Договорились, – решила Ирина, – я буду ждать вашего звонка. Не обещаю, что смогу помочь, но постараюсь. А Павел действительно пропал? – Она знала, что они дружат уже много лет.

– Нигде не можем найти, – подтвердил Караев. – Спасибо, Ирина. Я тебе перезвоню.

Он положил трубку и увидел, как в кабинет входит рассерженный Семен Маляров. Тот сел на стул напротив Караева.

– Втянул ты меня в эту историю, – прошипел он, криво усмехаясь.

– Опять что-то не так?

– Всех интересует вопрос, почему я там оказался и каким образом взорвали мой автомобиль. Сказали, чтобы написал объяснение. Формально они правы. Я не занимаюсь «летающими трупами». Это по другой части. Мои ребята работают в основном с карманниками и ворами. Которые не взрывают автомобилей сотрудников МУРа.

– Объяснил?

– Не очень поверили. Но это еще не самые плохие новости. Начну по порядку. Саевич, оказывается, работал в страховой компании, обычным агентом. Ходил по домам и упрашивал людей страховаться...

– А заодно носил с собой оружие профессионалов с глушителем, – усмехнулся Караев. – Как интересно.

– Я сказал то же самое. Но все его документы в порядке. И его «Волга» числится за этой компанией. Между прочим, его машина была весь день на стоянке, это мы проверили. Получается, что он приехал к тебе на такси. Или его привезли. Кстати, я тебя поздравляю. Один выстрел и почти точно в сердце. Хорошо стреляешь.

– У меня случайно так получилось. Я стоял у него за спиной. Он начал поворачиваться, чтобы выстрелить первым. Поворачивался левым боком. И я попал ему в сердце.

– Тогда повезло, – согласился Маляров. – Сейчас проверяют все номера на его мобильном. Но, похоже, это тоже «тухлый номер». Там либо телефоны отключены, либо недоступны. Я думаю, до вечера мы выясним, кому принадлежат номера недоступных телефонов. Или принадлежали. Но не очень рассчитываю на успех. Если они профессионалы, то должны успеть сменить все телефоны. Во всяком случае, те, которые вызовут у нас определенный интерес. Теперь насчет правительственного телефона. Мы все уточнили. Звонили из дежурной части ФСБ. Сказали, что высылают на место преступления свою оперативную группу.

– Кто звонил?

– Наши генералы каждый раз пугаются,

когда раздается звонок телефона правительственной связи. Поэтому они не очень спрашивают, кто звонил. Но на этот раз позвонивший представился. Полковник Воробьев, он как раз был оперативным дежурным вчера.

– Воробьев? – переспросил Караев. – Что-то я не помню такого полковника. Подожди, я перезвоню нашим ребятам.

Он перезвонил одному из своих знакомых, в секретариат. Сначала долго говорил о погоде и охоте, затем спросил, кто такой Воробьев.

– Какой Воробьев, – не понял отвечавший, – ты о чем, Тимур?

– Вчера оперативным дежурным по ФСБ был полковник Воробьев, – пояснил Караев.

– Нет у нас никакого Воробьева, – ответил удивленный сотрудник ФСБ, – и вчера дежурил наш Виктор. Виктор Никаноркин, ты его должен помнить. Хороший парень, уже подполковника получил.

– Ребята сказали, что вчера дежурил Воробьев. А телефон Никаноркина у тебя есть?

– Конечно есть. Но зачем он тебе нужен?

– Хочу с ним посоветоваться. Давай мне его номер.

– Странный ты человек. Уже несколько лет на пенсии, а все успокоиться не можешь. Тебя нужно вводить в состав руководящего совета ветеранов нашей службы. Чтобы помогал нашим старикам.

– Ну, до этого пока не дошло, – усмехнулся Караев. – Давай номер телефона.

Он записал номер и, поблагодарив своего знакомого, положил трубку.

– Никакого Воробьева нет? – весело спросил Маляров.

– Не понимаю, чему ты радуешься.

– Мы с тобой оба понимали, что позвонивший никогда в жизни не назовет свою настоящую фамилию. После убийства Саевича у них была легкая паника, если они решились на такой шаг. И эту панику вызвал твой удачный выстрел. А чей это номер телефона?

—Другого офицера, который действительно дежурил. Ты знаешь номер правительственного телефона, на который к вам звонили? Мне он очень нужен.

– Зачем?

– У меня есть свои каналы. Ты можешь сказать мне номер телефона, куда звонили?

– Конечно. – Маляров взял трубку внутреннего телефона. Позвонил секретарю первого заместителя УВД. – Галя, здравствуй. Как хорошо, что ты на работе. Даже в субботу. Просто горишь на службе. Нет, я шучу. Мы всегда рады тебя видеть. Скажи мне, какой номер правительственного телефона у твоего шефа? Нет, у меня пока нет такого телефона. Но я надеюсь, что это пока. Ага. Спасибо. И вообще мы все тебя очень любим.

Он положил трубку. Продиктовал номер. Караев позвонил по городскому.

– Ирина. Это я. Номер телефона у меня есть. Звонили примерно в полдень. Сможешь помочь? – Он продиктовал ей номер.

– Постараюсь. Я вам перезвоню. У вас мобильный включен?

– Да, спасибо. – Он положил трубку. Семен посмотрел на него, потом на аппарат.

– Я могу узнать, кому ты звонил?

– По своим каналам, – ответил Караев. – Хочу узнать, кто звонил и откуда.

– Тебе мало объяснений нашего начальства?