Хранитель
Шрифт:
– Ты, наверное, долго бродила по свету и много повидала… - скользнула в голосе Арлины зависть, легкая, как летнее облачко.
– Да не особенно… В Яргимире было первое место службы. Потом нашу сотню перебросили в Ваасмир. Хороший город, служи да радуйся… Нет, дернула меня Серая Старуха сотнику нос набок свернуть!
– За что ж ты его так?
– А пусть не тянет лапы куда не просили… Еще легко отделалась, могли руку отрубить за то, что своего командира ударила. Спасибо ваасмирскому дарнигару, не поленился во всем разобраться. Сотника - в рядовые,
– Тебе не нравятся здешние края?
– Почему - не нравятся? Это моя родина. Откуда ушла, туда и вернулась.
– Ты никогда не рассказывала о себе, - укорила ее Арлина.
– А разве это интересно высокородной госпоже?
– искренне удивилась наемница.
– Мои родичи рыбачат на берегу Моря Туманов… то есть рыбачили.
– Аранша нахмурилась, голос ее стал низким и напряженным.
– Господину, конечно, рассказали про деревню Старый Невод, на которую в Первотравном месяце напали Подгорные Твари. У меня там все родные погибли - дед и сестра с малышами. Теперь и вернуться некуда…
Три человека притихли. Крепость вдруг показалась им маленькой, стены ее - низкими и непрочными. Вражеской армией стояли вокруг горы, обитель злобных чудовищ. Силы, более древние, чем крепость, страна и даже сам Человек, хмуро глядели на кучку камней, уложенных один на другой жалкими людскими руками…
Все трое обрадовались, когда из-за угла вывернулся маленький наемник Тайхо и, по-взрослому приветствовав Хранителя, передал настоятельную и срочную просьбу Правой и Левой Руки - пожаловать в шаутей…
Дарнигар, заложив тяжелые ладони за пояс, мерил большими шагами комнату. Шайвигар, бледный, с подрагивающими губами, смотрел перед собой. Он не встал, когда вошел Хранитель. Это сразу отметил наблюдательный Орешек, который и без того был встревожен тем, что помощники ждали его не в зале шаутея, а в покоях Хранителя - для особой секретности. Вей-о! Не к добру это!
– Что случилось?
– тревожно спросил Орешек.
Харнат остановился и вскинул на Хранителя мрачные глаза.
– В полдень не вернулся из дозора третий десяток второй сотни. Я послал на разведку троих конных. Они вернулись с дурными вестями. Силуранская армия не повернула на запад. Она движется к перевалу, господин мой. Завтра Нуртор будет здесь.
Ледяной ком прокатился от горла к животу Орешка. Парень почувствовал себя мышонком, на спину которого легла когтистая лапа.
– Надо известить короля… и Ваасмир…
– Уже отправлены трое гонцов. Разными дорогами.
– Правильно, - сказал Хранитель, беря себя в руки.
– Какие еще отданы приказы?
– Я вызвал сотников. Надо собрать солдат в казармах, запереть кабак, подготовить все для приема крестьян, которые ночью хлынут сюда с семьями и скотом…
– Первые крестьяне уже заявились, - вставил шайвигар.
– Если господин позволит, прикажу увеличить выпечку хлеба.
– Распоряжайся, как считаешь нужным, почтенный Аджунес, - отозвался Хранитель.
– Я уверен, что хозяйственные заботы в надежных руках… - и менее уверенно
– Сразу после вечерней переклички, - подтвердил дарнигар, даже взглядом не показав, как позабавила его наивность Хранителя. Воины и так не расставались с оружием. Это, конечно, было против правил, но попробуй заставить наемника после дежурства сдать любимый меч в арсенал! Харнат, как и другие командиры, всюду и везде, смотрел на это сквозь пальцы. А если неопытный чудак вроде молодого Сокола спрашивал солдата, почему вне караула тот разгуливает с клинком в ножнах, воин не моргнув глазом отвечал, что собирается потренироваться на плацу (это разрешалось в любое время дня).
Харнат постарался натолкнуть Сына Клана на самое главное:
– Объявить Большой Сбор имеет право лишь Хранитель, и я покорно жду приказа…
– Ах да… конечно…
«Что еще?
– лихорадочно соображал Орешек.
– Дом Исцеления?»
– Надо приказать Зиннитину подготовить все к приему раненых… может, дать ему еще пару рабов в помощь…
– Сделаем, господин мой, - кивнул Аджунес.
– Катапульты, - азартно продолжал Хранитель, - и копьеметы. Я видел, на стенах стоят только рамы…
– Так, господин, - отозвался Харнат.
– Механизм и канаты убраны от непогоды… Всю ночь будем собирать, при факелах. Пусть Левая Рука даст мастеров-рабов…
– Кузнеца дам, - взвился Аджунес, - а плотников - ни за что! Своими силами управитесь, среди солдат такие умельцы есть… Армия с марша на стены не полезет, а мне крестьян размещать надо! Они со скотиной припрутся, а на скотном дворе и так тесно… кормушки новые, навесы… ах да, для людей тоже навесы нужны от непогоды…
– Почему раньше не позаботились?
– возмутился Хранитель.
– Кто ж знал… а доски в хозяйстве всегда нужны… Зато, - поспешил добавить шайвигар, - с продовольствием все в порядке, любую осаду выдержим.
– Так, - деловито подытожил Хранитель, - перекличку - немедленно, катапульты собрать, караулы удвоить…
И вдруг он осекся. Харнат и Аджунес с тревогой увидели, что лицо молодого Сокола резко побледнело, на лбу выступили мелкие капельки пота.
– Не занемог ли высокородный господин?
– робко спросил шайвигар.
– Я… нет… о чем это я?.. Ах да, Большой Сбор… перекличка… Пусть Правая Рука сейчас же распорядится. А ты, почтенный Аджунес… эти… навесы… Я скоро выйду к вам и сам проверю.
Помощники покинули комнату. За дверью Харнат сказал понимающе:
– Он так молод… не знает, что такое война… вот и разволновался!
Аджунес с некоторым сомнением кивнул.
Дарнигар и шайвигар не видели, как Хранитель беспомощно опустился на край кровати, закрыв руками лицо.
Только что это самое лицо мелькнуло перед ним в рамке зеркала - возбужденная физиономия со сверкающими глазами.
Время замерло и покатилось вспять.
Аршмир… Театр… Подолгу отрабатывал он тогда перед зеркалом именно такое выражение лица.