Хранитель

Шувалова Виктория

– Начинаю видеть тех, кому надо помочь, – ответил он, шнуруя кроссовки. – Как только возникает первый образ, пора выходить. Обычно первое чувство появляется за то время, которое мне понадобится, чтобы добраться до нужного места. Идем!

Они вышли из Хранилища и направились к автобусной остановке. Алиса нервничала, едва поспевала за наставником и хотела бы задать всю сотню вопросов, копившихся со вчерашнего дня, но страх поднял корявую руку и сжал горло.

– Ты… нормально? – спросила Алиса, зайдя в автобус.

– Я? Да… –

Кирилл задумчиво закусил нижнюю губу, нахмурился. – Пытаюсь придумать, как тебе объяснить все так, чтобы не запутать. Не переживай! Мы просто постоим рядом и послушаем.

За окном мелькали дома, улицы и перекрестки. Алиса нервно теребила ткань серого льняного платья, вздыхала и кусала губы. Она перестала понимать, куда они едут, потому что никогда не была в этом районе. Автобус увозил их в промышленную зону. Кончились стройные ряды панельных домов, уступив место зеленым полям, перетянутым линиями электропередач, подстанциям, трубам котельных и старым производственным зданиям.

– Выходим, – скомандовал Кирилл, схватившись за поручень.

Они сошли на безлюдной остановке и направились в сторону гигантских складов.

– Что произойдет? – спросила Алиса, поморщившись.

Босоножки натерли голые ступни, она то и дело путалась в длинном платье и безнадежно отставала. Кирилл притормозил, внимательно оглядел ее ноги.

– Тебе нужно сменить гардероб, – сообщил он.

– Почему это?

– Посмотри: мы еще не дошли, а ты уже хромаешь. Купи себе кроссовки. Кожаные и какие-нибудь легкие, на жару. Обязательно удобные, чтобы не замечать их. И спортивный костюм купи на лето и на зиму. Можешь носить любую одежду, но, поверь, со временем будешь выбирать только спортивные костюмы. Они должны быть как вторая кожа. И без синтетики.

– Почему?

– Синтетика плавится от огня и прилипает к коже. Это очень больно.

– От какого огня? – опешила Алиса.

– В котором мы будем иногда работать, – ухмыльнулся Кирилл, покосившись на нее. – Поверь мне, это тоже будет. Так что купи… Хотя, ладно. Завтра сходим вместе. Потерпи немного, мы почти пришли.

Они свернули на безлюдную улицу, обошли парковку и остановились напротив узкой асфальтированной дорожки, ведущей к черной железной калитке. За калиткой возвышалось большое здание, обшитое металлическими листами и практически без окон. Все выглядело слишком спокойно: ни людей, ни машин спасателей, ничего.

Мимо прошли Рома с Гришей, помахали Алисе, с неприязнью оглядели Кирилла. Из подъехавшей машины высыпали Тимур, Артур и девушка, которая сидела с ними в столовой.

– Времени все меньше, – пробормотал наставник. – Эти трое всегда появляются к началу. Нам пора.

Алиса вжала голову в плечи и посмотрела на него испуганным взглядом.

– Ты у меня голосовая, – Кирилл все еще хмуро смотрел в спину Артуру с Тимуром. – Вся работа у тебя через разговор с душой. Так… Твоя задача сейчас не паниковать, а постараться выкинуть все мысли

из головы. Просто перестать думать, поняла? Скажи, когда получится.

Он глянул на нее и утвердительно кивнул. Алиса ждала еще каких-нибудь наставлений.

Выкинуть мысли. Легко сказать. Мысли, словно встревоженные мыши, бросились врассыпную, прячась по углам. Поймать хоть одну не удалось, они метались, сталкивались, и от этого их количество росло с невероятной скоростью.

Алиса зло выдохнула, мотнула головой и снова попыталась сосредоточиться. Кирилл косился на нее с улыбкой.

У бешено скачущих мыслей появился аккомпанемент в виде надоедливой песенки из рекламы.

– Да никак! – зло воскликнула Алиса, стряхивая руки. – Их еще больше становится!

– Понимаю, – кивнул Кирилл. – Раньше тоже не умел. Не спеши. Время есть. Будь безмятежна.

Алиса сжала челюсти, зажмурилась. Неужели у Хранителей нет универсального упражнения? Как вообще можно не думать мысли, если они именно для этого и созданы?

– Алиса, мысль – это энергия. О чем думаешь, туда энергию и сливаешь. Чтобы говорить с душой, энергия должна быть высокого порядка. Для этого нужно расслабиться и не давать тяжелым мыслям занимать голову.

Она судорожно вздохнула. А страх это тоже мысль? Как можно думать о высоком порядке, когда тебе страшно, а еще ты злишься на наставника, потому что он не может дать тебе чего попроще?

Кирилл схватил ее за руку и сжал ее горячими ладонями.

Мысли застыли, как заколдованные, и исчезли, оставив в голове темное ничто. Такое ничто последний раз у нее было на защите диплома, когда экзаменатор задал дополнительный вопрос.

– Запомни это состояние, – посоветовал Кирилл. – Именно так надо отключать голову.

Она хотела отстраниться, вырваться, но лишь подняла глаза на него и застыла. Щеки предательски краснели.

– А теперь, – Кирилл ухмыльнулся. – Попробуй прислушаться к тому, что внутри тебя. Возможно, тебе почудится голос. Или несколько голосов. Давай!

Он сжал ее ладонь крепче.

Алиса смущенно опустила взгляд, вздохнула и прислушалась. Внутри было пусто, как в давно покинутой квартире. Ничего. Даже мысль о том, что внутри пусто не пролетала. Только ее ладонь, стиснутая его пальцами.

Кто-то выкрикнул ее имя.

Алиса вздрогнула, оглянулась, но вокруг никого не было. Кирилл не сводил с нее пристального взгляда.

– В голове, – напомнил он. – Слушай в голове.

Она судорожно вздохнула, прикрыла глаза. Тишина. Кто-то крикнул. Алиса стиснула зубы, чтобы не оглядываться. Кровь шумела в ушах, гулко билось сердце.

– Сейчас должно получиться, – произнес Кирилл.

Алиса открыла глаза. Над складом потянулся черный столб дыма, воронкой расходясь к самому небу. Но ей почему-то не было страшно, словно руки наставника гасили все негативные эмоции. Снова опоздала? Пожар начался, а она еще ничего не услышала…